Чтение онлайн

Я так сильно хотела сказать: "Ты , твою мать, серьезно?" но в моем случае это вряд ли бы помогло.

– Так вы ничего не можете сделать?

– Только, если в этом нет прямой угрозы для вас. Он вам угрожал? Не бойтесь рассказать об этом..

На каких-то полсекунды я задумалась. Я понимала, что если скажу ей, будто Хантер мне угрожал, то у него могут быть серьезные неприятности, вплоть до исключения из университета. В это дело может вмешаться охрана кампуса, они даже могут взять его под арест. Хоть меня и забавлял образ Хантера за решеткой, но я не могу становиться той, кто отправит его туда незаслуженно. Особенно принимая во внимание то, что фактически именно я напала на него.

Я запуталась.

– Нет, он никогда такого не делал.

– Хорошо. Вот моя визитка. Если возникнет необходимость, звоните сразу же, даже не сомневайтесь. Похоже, вам двоим просто нужно серьезно поговорить. Я выступлю посредником, чтобы наладить сотрудничество между вами и нашей охраной..
– Она встала и протянула руку, давая понять, что разговор окончен. У меня не оставалось выбора, кроме как подняться со стула, ответить на рукопожатие и покинуть офис с крепко зажатой в ладони визитной карточкой.

Черт побери, только впустую потратила время.

А с какой стати я ожидала большего? В университете, где учатся около 12 000 студентов, я была всего лишь статистической единицей. Вот почему я выбрала именно Университет Мэна, а не колледж поменьше. Теперь пришло время расплачиваться.

Я вихрем влетела в квартиру. Дара уехала на выходные домой праздновать день рождения мамы, поэтому я ее уже не застала. У Рене было какое-то собрание на ее факультете сестринского дела, а значит, дома мог быть только Хантер.

Я старалась не хлопать громко дверью, но у меня не получилось.

– Тяжелый день?
– Поинтересовался мужской голос.

Я бросила взгляд на диван и увидела, что он сидит там с гитарой.

Я вмиг восстановила свое самообладание.

– Я согласна, -сказала я, подходя и протягивая ему руку.
– Я согласна на пари.

Он секунду пялился на мою руку, а потом медленно растянул губы в довольной ухмылке.

– Если мы пожмем друг другу руки, обратной дороги уже не будет.

Я кивнула, но отдернула руку, когда он попытался дотронуться до меня.

– Надо установить критерии. Всю эту штуку с любовью и ненавистью просто невозможно доказать. Я ведь говорила, что ненавижу тебя и даже врезала тебе по яйцам, но ты мне не поверил. Если я прямо сейчас скажу, что люблю тебя, ты тоже мне не поверишь. Ну, и как мы сможем определить это?

– Намного труднее признаться кому-то в любви, чем заявить о ненависти. Поэтому тебе придется произнести эти слова. И они должны звучать искренне.

– Как ты узнаешь, что я не лгу?

Он пожал плечами.

– Узнаю. Ты сама поймешь.

– А что насчет ненависти?

– Я пойму, что ты ненавидишь меня, я увижу это в твоих глазах. Я уже видел такой твой взгляд, поэтому сразу его узнаю.

– Значит, ты будешь судьей. У меня права голоса не будет?
– Я сжала руки в кулаки, отчаянно желая ударить его.

– Я не принуждаю тебя соглашаться с этим. Ты всегда можешь позвонить в домоуправление и сказать им, что я тебя сексуально домогаюсь. Они привлекут меня к дисциплинарной ответственности и, возможно, вышвырнут из школы. Ты могла бы сказать свое слово прямо сейчас. Но не станешь это делать.

– Я не могу, -согласилась я. Также, как не могу выбросить его из своей жизни.
– Ты, конечно, придурок, но не насильник. Если бы ты был таким, я бы избавилась от тебя так быстро, что ты не успел бы ничего понять.

– Вот именно. Ты не из тех девушек, кто станет со всем мириться. Ты можешь о себе позаботиться и продемонстрировала мне это в первый же вечер. Просто дай мне знать, если я зайду слишком далеко.

– Непременно.

– Тогда, ладно.

– Договорились, -сказала я и мы пожали друг другу руки. Я попыталась высвободиться, но он сжал мою руку крепче и дернул так, что я врезалась ему в грудь.

– Ну, вот. Ты застряла здесь со мной до самого Рождества, -выдохнул он.

Он выпустил мою руку и я отступила назад. Это далось мне нелегко. Мое тело тянулось к нему, как к противоположному полюсу магнита.

– Ты считаешь, что только ты можешь осложнять мне жизнь. Я постараюсь сделать твою невыносимой, -пообещала я, сладко улыбаясь.

Его голубые глаза скептически осмотрели меня.

– Каким образом?

– Ты, правда, хочешь это знать? Я приглашу толпу девчонок домой и мы будем смотреть девчачьи мелодрамы и разговаривать о месячных. Мы зажжем разные ароматические свечи и будем болтать и хохотать до утра.

– А когда будут бои подушками в обнаженном виде или что-то сексуальное?

Я ударила его по плечу.

– Ты свинья, такого не бывает на девичниках, разве что только в кино. Мы с Рене и Дарой можем ополчиться против тебя. Ты и представить себе не можешь, как для тебя это будет ужасно.

– Почему ты считаешь, что все это может причинить мне неудобство?
– Спросил он, разрушив мой спонтанный план по выведению его из себя.

– Потому что все парни бегут сломя шею, когда девушки заводят разговор о менструациях. Предполагается, что ты уже должен сбежать.

Он шагнул ближе.

– На меня это не действует.

– Тампоны, -сказала я.

Он сделал еще один шаг.

– Спазмы. Вздутие живота. Тошнота.

Его грудь почти касалась моей. Я запрокинула голову, встречаясь с его взглядом. Он смотрел, не моргая. Я почти ощущала хлопковую ткань его рубашки на своей коже. Он медленно поднял руки и провел по моим щекам большими пальцами.

– Продолжай, -прошептал он, притягивая меня ближе, так, что даже пришлось встать на цыпочки. О, боже...

В этот момент мой мозг отключился. Все мысли исчезли и, как бы я ни старалась, но уже не могла ни о чем думать.