Чтение онлайн

Например, что означала моя ревность, и были ли эти спазмы в животе тем, что многие нормальные люди описывают как любовь? Или дело было в индийской еде, которой я пообедала, и что устроила слабый желудочно-кишечный переворот?

— У тебя странная улыбка, — сказал Эд, когда я дошла до него. — Словно ты бздишь.

— Стараюсь сдерживаться.

Он не стал развивать тему. Люблю Эда.

— Хочешь посидеть внутри или снаружи? — он указал на мой живот. — Может, снаружи, где больше свежего воздуха?

Центр Санта-Барбары был оживлённым в это время ночи. Бары и рестораны выстроились вдоль тротуаров, ярко освещённые веранды с креслами выходили на улицы.

Хотя внутри было тепло и уютно, с кожаными стульями в заклёпках и с широким баром, снаружи было намного тише. И он был прав насчёт вентиляции. Я всё ещё не знала, как назвать это ощущение в животе.

— Три снаружи, — сказал Эд официантке. Я не сразу осознала его слова.

— Постой. Три?

Как горячий дементор-латиноамериканец, Алекс появился рядом с ним.

Я повернулась к Эду.

— Ты привёл Алекса? Я же сказала, что нужно поговорить.

Алекс схватил чипсу с подноса проходящего официанта, бросил её в рот и спросил, хрустя:

— Зачем тебе говорить с Эдом?

Я хмуро глянула на Эда.

— Неважно. Пустяки.

Эд заговорщически похлопал его по руке, привлекая внимание.

— Потому что она — Кэтрин, — прошептал он, потом наслонился поближе и добавил. — О, и они с Рейдом спят вместе.

Гром разразился в моей голове.

— Боже! Эд!

— Что? Ты сказала, что нельзя говорить Рейду, — сказал он. — Как ты могла подумать, что я смогу держать такое при себе. Это вредно для моей кожи.

Глаза Алекса широко распахнулись.

— Прости, какого хрена ты только что сказал?

Меня спасла от ответа милая официантка, которая повела нас на веранду. Мы с Алексом застыли на месте, и Эд подтолкнул нас. Мы с неохотой пошли за ним.

Она привела нас к круглому столу с низким мерцающим огоньком в центре и, вручив нам меню, ушла. Повисло неловкое молчание. Алекс, наверное, пытался обдумать услышанное, а я, пользуясь своими обширными знаниями, думала, как лучше убить Эда. Мышьяк казался хорошим выбором.

— Итак… — Эд спокойно просматривал меню. — Как все?

Алекс тупо уставился на лист, что держал в руке.

— Даже не знаю, с чего начать.

Я была с ним согласна.

— Не ты один.

— Я слышал все за тонкой, как бумага, стеной, так что могу начать с этого, — сказал Эд. — Хочешь, разыграю по ролям?

Я не думала, что такое было возможно, но глаза Алекса расширились сильнее, и я увидела, когда он сложил два и два.

— В доме его родителей?

Я вжалась в кресло.

Алекс, сидящий напротив меня, позвал официантку и указал на нас.

— Да, выпить нам не помешает.

* * *

Если хотите напиться как можно сильнее за двадцать долларов, то Тёмный пляж — вполне шикарный вариант для этого.

Объяснив Алексу ситуацию в общих словах, я посмотрела на него поверх огромного стакана — мощной смеси из водки, рома, голубого кюрасао, персикового шнапса и капельки крепкого рома Бакарди 151, поданной в том, что можно было описать только как аквариум. Готова поспорить, что с таким огромным коктейлем ни одно хорошее решение принять до сих пор не удалось.

— Так ты — уродливая девчонка, — сказал Алекс, пока я думала, что лучше: допить оставшуюся треть коктейля или вылить ему на брюки.

— Фото не уродливое, — сказала я и бросить в него кусочек тортильи. — А что мне было делать? Я не могла показать лицо.

Алекс махнул в сторону моей груди.

— Ты могла показать свои…

Эд зажал рукой рот Алекса.

— Даже я знаю, когда тебе следует замолчать.

Алекс оттолкнул его.

— Дай уточню. Ты пишешь ему как Кэтрин, но занимаешься с ним сексом как Милли?

— Да. Но мы не занимаемся сексом, — сказала я. — Он просто у нас был.

— Ладно, один раз, — сказал он. — Я о другом.

— Ну… — я потянула коктейль соломинкой, делая вид, что думала. На вкус он как конфетный бензин. — Может, дважды.

Алекс откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.

— Может?

Я вздохнула.

— Ладно. Дважды.

— Пока что, — отметил Алекс, а Эд, засмеявшись, на мгновение перестал пихать в рот чипсы и сальсу.

Я хмуро посмотрела на них.

— Никаких «пока что». Всего лишь странная маленькая случайность. Это не повторится.

Алекс рассмеялся, его глаза опасно заблестели в свете огня.

— Ты знаешь, что такое случайность, Миллс? Случайность — пролить стакан воды. Подрезать кого-то на дороге. И хотя мне нравится эта отмазка, я не знаю, как первый человек может случайно оказаться пенисом в другом человеке.

— Теоретически, в зависимости от обстоятельств, угла падения и скорости… — Эд замолк и оглядел стол. — Продолжай.

Алекс кашлянул и повернулся ко мне.

— И ты призналась Эду, а не мне. Крис знает?

— Чёрт побери, нет. Крис не знает. И никому я не признавалась, — я тыкала напиток соломинкой, испепеляя Эда взглядом. — Пришлось признаться ему, потому что он меня застукал.

— Вообще-то, — Эд выпрямился, — не думаю, что в тех стенах есть хоть немного изоляции. Я будто был в одной комнате с ними. Я чуть не принял душ сам.

— Если не собираешься это повторять, — начал Алекс, — то зачем мы здесь? Зачем тебе говорить с Эдом? Я удивлён услышать о Кэтрин, но не об остальном. Вы с Рейдом… другие, когда вместе. Странно, что вы не переспали раньше.

Эд прищурился, и казалось, лампочка, как в мультике, зажглась над его головой. Я уже скривилась, когда он сказал:

— Он на свидании с Дейзи, да?

Я отодвинула коктейль, не зная, выдержит ли мой желудок ещё глоток этого напитка.

— Да. Но я хотела сказать, что о Кэтрин можно больше не переживать.

— Почему? — Эд заёрзал, когда официантка прибыла с едой и очередной порцией напитков.

Я с радостью обменяла коктейль на воду, поблагодарила её, и она ушла.

— Я постаралась отпугнуть его.