Чтение онлайн

— Я слежу за вами.

— Следит он за нами. Ага. Конечно. За собой лучше следи, придурок, — возмущалась моя малышка, когда мы отошли от него.

— Не бухти, ребенок, — я вновь потрепал ее по голове. — Что там по твоему списку?

Она достала бумажку из заднего кармана своих шорт, но тут же ее выронила из рук. Поэтому мне пришлось наблюдать ее очень сексуальную попку около пяти секунд. Когда она приняла прежнее положение, я шумно сглотнул.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

— Пойдем в мясной отдел, извращенец, — усмехнулась она. — Думаю, тебе надо охлодиться.

— Ты же знаешь, что я отомщу тебе за все твои прикольчики сегодня ночью, — шепнул я ей на ушко.

— Так я же не против, милый. Жду с нетерпением.

Черт, эта малая сводит меня с ума. Как можно быть такой невинной и сексуальной одновременно?

Мы проходили мимо средств женской гигиены, когда я решил немного вогнать в краску свою девушку. Она была примерно в десяти шагах от меня, и здесь также было многолюдно. Я остановился напротив полки с прокладками.

— Тебе нужны? — слишком громко спросил я.

— О черт, — она покраснела и закрыла лицо руками. — Нет, пошли отсюда.

— Точно? Может возьмешь парочку? — я взял несколько пачек в руки.

— О боже, — она пошла дальше, пытаясь скрыть смущение.

— Я всё же закину их в тележку, — прокричал я ей в след и засмеялся.

Мы бродили с Катей среди отделов, вычеркивая продукты из ее списка, тем самым пополняя наш холодильник. Я всячески веселил её, наслаждаясь этими хорошими минутами и смехом своей малышки. И все было прекрасно, но как часто это бывает, до определенного момента.

— Ваня? — услышал я знакомый голос из-за спины.

Я обернулся и увидел её. Глупо было надеяться, что мы сможем три месяца прожить в одном городе и не пересечься.

— Привет, мам.

— Сынок, — она подошла и обняла меня, — я не знала, что ты в городе. Боже, Ванечка, родной, прости меня за все. Я так виновата перед тобой.

— Мама! — грубо остановил ее я. — Все нормально. Мы вроде бы уже все решили.

— Сынок, ты же понимаешь, что так неправильно. Мы же семья.

— О какой семье идет речь?! — повысил голос я, но вдруг почувствовал удар локтем в грудь. Это была Катя.

— Не повышай голос на свою маму. Где твои манеры, Иван? — она приподняла одну бровь. — Здравствуйте, я Катя, девушка этого бестолоча. А вы?..

— Я его мама, Елена Александровна. Можешь звать меня просто тетей Леной.

— Ох, конечно, — Катя улыбнулась ей. — Я так рада нашему знакомству. Ваня совсем мне ничего о вас не рассказывал.

— Не удивительно. Я очень виновата перед ним…

— Не стоит продолжать, — прервал ее я. — Кать, мы все купили?

— Ваня…

— Докупим в продуктовом магазине у дома. Поехали.

— Ваня, это не культурно.

— Пока, мам, — сказал я и, схватив Катю за руку, повел к кассе.

— Да что с тобой происходит, черт возьми?!

— Пожалуйста, поехали домой, — постарался спокойно ответить я.

— Ваня, это твоя мама. Как ты можешь так поступать с ней?!

— Родная, — я взял ее лицо в свои руки, — прошу тебя, просто согласись со мной и давай уедем отсюда. Мне больно видеть её.

Она вдохнула и хотела что-то сказать, но затем посмотрела мне в глаза и замолчала. Чуть качнув головой, она дала согласие и успокоилась.

Чувствую нам предстоит серьёзный разговор.

***

— Вот мы и дома.

Катя посмотрела на меня с надеждой, что получит ответ, но я все еще был там в магазине рядом с женщиной, которая предала меня.

— Ладно, — протянула она. — Будем игнорировать эту ситуацию.

Она попыталась уйти в комнату, но я успел ухватиться за ее запястье и остановить.

— Слишком часто ты стал меня так хватать.

— Прости, — я сразу же отпустил ее руку. — Тебе больно?

Катя коснулась своими пальцами моих и переплела их, поднося к нашим лицам.

— Здесь есть только ты и я. Если ты хочешь что-то сказать мне, то я всегда готова выслушать тебя. Я с тобой. Была и буду. Я думала, мы все знаем друг о друге, но твои родители для меня до сих пор загадка, ответ на которую я не смогу найти без твоей помощи. Колесниченко, чтобы ты не сказал, это никак не изменит моего отношения к тебе. Я уже влюблена в тебя по уши, ничто не сможет это исправить. Только ты и я.

— Обещай, что не будешь пытаться что-то исправить?

Она внимательно посмотрела на меня, поднимая брови в немом вопросе. Я взвешивал все «за» и «против» прежде, чем довериться ей. Она не торопила меня.

— Мой отец любитель выпить, — начал я, — по крайней мере, так было раньше. И я не считаю его мужчиной, потому что он позволял себе поднимать руки на мою мать и нас с сестрой. Когда я был маленьким, я не мог ничего исправить. Знаешь сколько раз моя сестра прогуливала школу из-за того, что он оставлял синяки на ее лице? Очень много, Кать. Я пытался остановить его, когда он избивал маму. Но как одиннадцатилетний мальчик мог противостоять сороколетнему мужику? И знаешь, что делала моя мать в те дни, когда он пил? Она прятала нас с сестрой в подвале, а сама оставалась с ним и терпела все побои, не давая ему добраться до нас. Как ты уже поняла, она для него не была помехой, мы все равно получали своё. Мы много раз предлагали маме сбежать от него, но, черт возьми, она всегда говорила, что он исправится. Он не исправлялся, Кать! Из года в год одно и то же. И вот мне исполнилось шестнадцать. Я стал подрабатывать после школы, чтобы оплачивать спортзал, в котором я бы мог научиться давать сдачу ему. Утром — учеба, днем — работа, а вечером — спортзал. Я почти не бывал дома, поэтому не знал, что там творилось. Мне было семнадцать, когда Лиля позвонила мне и сказала, что наша мать попала в больницу и находится в тяжелом состоянии и всё это из-за него. Не раздумывая, я пошел к нему. Знаешь, год тренировок не прошел зря. Я отлично покалечил его тогда. Я пригрозил ему, что если он еще раз приблизится к нашей семье, то я сделаю из него инвалида. Прошел месяц. Мама была в норме. Врачи разрешили ей отправиться домой. Я в тот день был на работе, но почему-то в спортзал мне идти совсем не хотелось. Не знаю, может быть я предчувствовал, что должно что-то произойти, но, в общем, я пошел домой. Я не попал в квартиру. Меня повязала полиция около подъезда. У отца знакомый работал в отделении, поэтому теперь условия ставили мне. Они хотели навесить на меня наркоту, если я не уйду из дома. И я ушел. Ты, наверное, думаешь «почему я сдался»? Все очень просто. Мне не за кого было бороться. Лиля тогда училась на первом курсе в другом городе, поэтому ей не грозила опасность. А мама… она встала на его сторону. Черт возьми, после всего того вреда, что он ей причинил, она все равно осталась с ним. Он выкидывал мои вещи из окна, а она стояла рядом и наблюдала. Я около минуты, не отрываясь, смотрел в ее глаза, а затем ушел. Я жил у Димы, а как только закончил одиннадцатый класс, сразу свалил в город. Я не видел ее все это время. До этого года. Она не моя семья. Уже давно нет.

Я поднял свои глаза на Катю и увидел, как по ее щеке стекает слеза. Подушечкой большого пальца я вытер её.

— Ты не должна плакать, малышка. Теперь все хорошо.

Она прижалась ко мне, пытаясь очень крепко обнять.

— Мне так жаль, Вань. Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через это все одному. Но теперь ты не один. Слышишь? У тебя есть я.

Я проснулся от волос, которые полностью закрывали мое лицо. Странно, у меня вроде бы они коротко стрижены. Я аккуратно убрал их и открыл глаза. Катя спокойно спала на моей груди, подложив ручку себе под щеку.

После вчерашнего разговора мы забили на все свои дела и в тишине лежали в объятиях друг друга. Я не знаю, кто из нас первый уснул, но могу точно сказать, что выспался рядом с ней. Такое было впервые за долгое время.

Когда я увидел её в первый раз, то не испытал ничего особенного. Сейчас же, смотря на то, как она мирно сопит рядом со мной, я чувствовал какую-то теплоту внутри себя. Боже, неужели я серьёзно влюбился?

Тишину этого утра нарушил телефонный звонок. Я попытался быстро схватить сотовый и отключить звук, но Катя подорвалась вместе со мной и заспанными глазами смотрела по сторонам.