Чтение онлайн

— Хамством? — Деймон мастерски разыграл изумление оскорбленной невинности. — Я стойко сносил ваше, делал скидку на пол и возраст.

Нахмурилась:

— А что не так с моим полом?

Еще один женоненавистник нашелся!

Про возраст опустим, с высоты его двадцати восьми мои двадцать один год, одиннадцать месяцев и двенадцать дней кажутся младенчеством.

— Девушки часто влюбляются…

— Нет!

Пылая гневом, подскочила на ноги.

— В вас — никогда! Лучше два литра «Сна праведника» выпью!

Глаза мои метали громы и молнии. Я задыхалась от возмущения, неслыханной самонадеянности некоторых.

Хлыщ столичный, циник кладбищенский! Решил, будто мне выбрать не из кого, никто не позарится, брошусь к ногам скучающего карьериста, скрашу ему ненавистные три года в академии. Мухоморы ему на завтрак, обед и ужин, а не моя любовь!

— Джульетта, успокойся! — шикнула на меня айла Гения и насильно усадила обратно, для верности свободной рукой плечо придавила.

Шумно засопев, подчинилась силе. Айлу я уважала.

— Не надо таких жертв! — ухмыльнулся Деймон. — Я не кровожаден. В отличие от вас. Вы едва не отправили на тот свет меня и мэтра Олония. И все — из-за оценки в ведомости.

— Неправда! — эмоционально возмутилась навету, даже пятнами пошла. — Я впервые вижу мэтра Олония и точно не собиралась его травить.

— Конфеты, — с гаденькой улыбочкой напомнил Деймон и почтительно обратился к ректору: — Мэтр, они ведь у вас? Покажите айле, освежите ее память.

Мэтр Садастер извлек из ящика стола знакомую коробку.

Все конфеты на месте, ни одна не тронута.

У него нюх как у ищейки, как Деймон догадался, что коробка с сюрпризом?

— Узнаете? — устало обратился ко мне ректор.

— Да, эти конфеты продаются в кондитерской госпожи Озоли.

Сердце пропустило удар и рухнуло в пятки.

Достаточно передать коробку в Уголовный департамент… Двуликий, меня же посадят! В камеру с настоящими преступниками! Хорошо, если там будут крысы, а то защитить меня некому — слышала, будто на магов надевают специальные ошейники, блокировавшие дар.

— В которой работаете вы, — мурлыкнул Деймон.

От его сладкого голоса мороз пробежал по коже. Судя по всему, он собирался заняться моим делом лично и с особым пристрастием. Например, пустить на наглядное пособие. Заодно грамоту от министерства образования и юстиции получил за экономию средств. Два в одном, так сказать: и труп для анатомички, и тратиться на еду, уборку камеры не нужно.

— Да, я там работаю. Это запрещено?

— Нет. Только вот конфеты принесла ваша подруга.

— Это тоже вне закона?

Я цеплялась за соломинку, но стремительно шла под воду, пуская пузыри.

— Которая там не работает.

Отлично понимаю, куда клонит Деймон. Нет уж, Анжелу я с собой на дно не потащу.

— Подождали бы пару минут, забрали бы коробку сами. А так явились к самому закрытию, когда посыльный уже ушел. Благодарите подругу за то, что она согласилась прогуляться до гостиницы, побаловать сладеньким вашу пассию.

— Вот видите, — сокрушенно вздохнув, обратился к ректору Деймон, — опять хамит!

— Я ведьма, мне можно.

Скопировав прежнюю позу оппонента, закинула ногу на ногу. И, спохватившись, тут же поставила ступни обратно на пол. Мухомор мне в суп, совсем забыла про «стрелку» на чулке! Спросонья схватила надела первый попавшийся.

— Травить людей тоже?

Деймон с легким прищуром обернулся ко мне.

Стиснула зубы.

— Повторяю, я никого не травила. Я хотела получить «зачет», признаю, подмешала в конфеты снотворного…

Деймон хмыкнул:

— Это теперь так называется?

Промолчала и вновь принялась изучать рисунок пола.

Лучше я себе уже вряд ли сделаю, а вот хуже могу.

— Увы и ах, айла, конфеты предназначались не моей, как вы выразились, пассии и даже не мне — мэтру Олонию, моему давнему учителю и наставнику. Торопился же я потому, что должен был встретить его на вокзале, проводить до гостиницы и устроить со всеми удобствами.

— Раньше полуночи поездов нет.

Следовало бы и дальше держать рот закрытым, но слаба, не смогла.

— Я прибыл вовсе не из столицы, — с улыбкой уточнил мэтр Олоний.

Странно, он должен меня ненавидеть, призывать заклеймить и отправить на рудники, а заезжий маг, единственный из всех, смотрел с сочувствием, молчаливо подбадривал, успокаивал. Чем сделал только хуже. Если бы речь шла о Деймоне, о девице сомнительных правил…

На глаза навернулись слезы. Плечи задрожали.

— Я не хотела! — судорожно прошептала я, борясь с нежданной влагой. — Не хотела причинять никому вреда. Просто айл Амроз… Он сказал, что я тупая, никогда не сдам предмета, а у меня жених… Любовь всей моей жизни. Завтра раздают билеты на благотворительный бал… Только отличникам. Я… я никогда его не увижу без зачета, мы не поженимся.

Слова бессвязным потоком лились из груди. Плотину прорвало, не в силах сдерживаться, я самым постыдным образом разрыдалась.

Теперь все знают… Лучше бы меня и дальше считали коварной отравительницей!

Ректор наверняка супит брови, Деймон брезгливо морщится, а айла Гения сейчас возьмет меня за шиворот и выставит из академии. Ведьма должна быть сильной, смелой, умной, хитрой, а не размазней.

— Держите!

В изумлении уставилась на Деймона, протягивавшего носовой платок. А где же кривая усмешка, где торжество, танцы на костях?

— Приведите себя в порядок, айла! — чуть повысил голос он.

Ну наконец-то, а то я приняла его за нормального человека!

— Ваш поступок, ваше поведение недопустимы. Вам следовало подойти ко мне, объяснить ситуацию. Я бы вошел в положение и поставил вам «зачет» условно, с отработкой после экзаменов. Но вы!..

Суровое лицо Деймона сулило строгое наказание. По крайней мере без издевательств.

Я готова. Что там: арест, исключение, все сразу?

— Полагаю, картина ясная, — убедившись, что все высказались, прокашлявшись, взял слово ректор. — В свете вновь выявленных обстоятельств…