Чтение онлайн

Кир объяснил мне, куда стоит подойти. Не попрощавшись, я сбросила вызов. Пришла сюда по его просьбе, так ещё и найти его сама должна! Этим раздражением я скрывала в себе заметное волнение. А что же будет, когда он меня увидит? Что вообще будет? К чему этот разговор?

Я начинала все больше и больше путаться в себе. Ко мне тихо подкралась паника! Думаю, люди на крушащемся 'Титанике' не чувствовали такого испуга, который был сейчас со мной. Смерть для тех людей – это было не настолько страшно, чем, если бы они умерли духовно и эмоционально. Существовать и чувствовать к себе полное безразличие окружающих тебя людей – это страшно. Но еще страшнее, когда тот самый единственный человек проходит мимо тебя, презрительно улыбаясь. Это было даже не унижение, это было что-то худшее, но заметно давящее на сердце.

В этой части парка зимой обычно было очень тихо и немноголюдно, в отличие от летней поры. Одинокие скамеечки были заметены снегом, как и тропинки, по которым, должно быть, сейчас ходили редко. Этот участок парка казался еще волшебнее и отдаленнее. Мне редко встречались прохожие на пути, и казалось, что еще чуть-чуть и парк плавно перейдет в лес. Хотя это, конечно же, было не так. Все равно чувствовалась причастность этого места к городу: вдалеке слышались сигналы машин и еще какие-то посторонние звуки.

Странно думать о том, что летом по этим дорожкам я ходила рука об руку с Женей и о чем-то мечтала. Выглядела влюбленной дурочкой, которая ничего вокруг себя не замечала. Эта тропинка вела к фонтану, который сейчас тоже не работал. Здесь было очень красиво именно вечером, когда солнце уже заходило за горизонт, и появлялась ночная свежесть. Этот фонтан был не поющим, хотя музыка здесь откуда-то тоже появлялась. Он больше славился тем, что струи воды переливались разными цветами, создавая атмосферу уюта и романтики. Каждая уважающая себя парочка должна была хоть раз побывать здесь. Женька активно сопротивлялся, но один раз мне его все-таки удалось вытащить. Он ходил каким-то задумчивым, а я без умолку о чем-то болтала. Молчание тогда меня жутко нервировало – парень казался мне каким-то отрешенным и чужим. Я пыталась заговорить то ли его, то ли себя. В любом случае, я просто бежала от страшных мыслей.

Страшные мысли действительно были со мной уже тогда. Я была в него серьёзно влюблена, но я понимала, что что-то в наших отношениях идет не по плану. Я слишком мало знала о любимом человеке, а он – обо мне. Мы могли разговаривать часами о каком-то пустяке, но как только речь переходила на наши отношения и чувства, мы неловко замолкали, каждый размышляя о своем. Не знаю, как Женя, а я думала о том, что, несмотря на свою к нему привязанность, было и то, что я от него точно скрывала. Чувствовать себя рядом с ним покорной послушной девушкой казалось унизительным для меня.

Петляя здесь сейчас, я вспоминала это с легкой улыбкой, но в области груди не чувствовала глухой и отчаянной боли, которая должна была бы быть у меня, будь я до сих пор влюблена в Евгения. Сейчас меня он волновал меньше всего, а особенно в тот момент, когда я завернула в нужную мне сторону. А потом я увидела их. Люди (не знаю, сколько там было человек) стояли в ряд спиной ко мне. Совершенно разные – это могли быть и мужчины, и женщины. Там были и подростки, и уже довольно взрослые люди. Они ни о чем не разговаривали, просто стояли. Так чем же они привлекли моё внимание? В них было одно сходство – у всех были черные пуховики, а на спинах были прикреплены белые буквы. Это показалось мне очень странным. Даже очень-очень-очень странным.

Я бы могла подумать, что, наверное, ошиблась тропинкой, свернула не туда или Кир меня обманул. Но надпись на спинах этих людей гласила следующее:

ИРКА, Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!

И вот теперь возник закономерный вопрос – что это значит?

Хотелось спрятать глаза. Но я вновь и вновь читала надпись и думала, что это ну никак не может быть совпадением. А может, ждали другую Иру? С надеждой оглянулась назад, но позади не было никаких девушек. Там стояла другая фигура, до боли знакомая мне. Испуганно отвернулась обратно.

ААА, не может быть! Ну, не может же так быть! Блин! Что делать-то?

А потом по телу расплылось долгожданное тепло и проблемы… они, быть может, никуда не исчезли, но стало как-то легко от осознания одного простого факта.

Кирилл меня любит.

Может, ради этого стоило пережить все, что между нами было? И дружбу, и обиды, и неуклюжий неловкий поцелуй, перевернувший спокойную размеренную жизнь с ног на голову? Стоило ли для этого мгновения становиться чьим-то мышонком и котярой, стоило ли ревновать друг друга и поддерживать в тяжелые минуты? Становиться друг для друга близкими и нужными людьми?

Ведь стоило. Только ради того, чтобы снова поверить в любовь.

И в тысячный раз опровергнуть дружбу между мужчиной и женщиной, между парнем и девушкой. Многие ведь пытались дружить и не получалось ничего. И мы попробовали. Недалеко от других ушли. Наверное, если между парнем и девушкой и существует дружба, то ее никак не назвать крепкой и настоящей. Наверное, их просто связывает общее прошлое. Или у них еще все впереди. Не знаю. Я раньше верила в такую дружбу, а сейчас не верю. Вот даже посмотреть на Котёнка. Дружила с Максом, дружила, а потом оказалось, что он, семнадцатилетний пацан влюбился в пятнадцатилетнюю девчонку. Сказать, что он все испортил своими чувствами? Нет, конечно, ничего подобного! У них теперь другие, более трепетные, милые отношения. И они счастливы. Разве не это самое главное?

Я зажмурилась и попробовала понять, что может чувствовать сейчас сам Кир. Что он будет делать? О чем будет проходить наш разговор? Как? Мне так хотелось, наконец, забыть обо всех обидах и просто услышать заветное 'люблю'. Просто прижаться к кому-то теплому и сильному и чувствовать его любовь, его тепло, его, как это ни странно, счастье. Почему-то я знала, что Кир это именно тот человек, который мне нужен. Загадывать на будущее, конечно, еще рановато. И я не знаю, что будет с нами завтра, через месяц, год… но я твердо уверена в том, что именно здесь и сейчас, он – единственный человек, который мне нужен.

Я поняла, что еще несколько секунд или минут, и все снова может измениться. Я ведь шла сюда с какой-то надеждой. С какой? Я не могла сформировать ее отдельной мыслью, но сейчас, наконец, поняла, чего мне хотелось больше всего. Мне хотелось попробовать быть вместе с ним. Надоело бежать от себя. Хотелось прикасаться к нему и не вздрагивать от испуга или смущения. Хотелось искренне ему улыбаться и не думать о том, что выглядит это все как-то не по-дружески. Хотелось обнимать котика не в качестве лучшего друга, а в качестве кого-то большего и важного для меня…

Я его люблю.

Вот так вот просто далось мне это признание, а сколько всего должно было произойти прежде, чем я все поняла. Почувствовала себя ужасной дурой и даже разозлилась на себя. Интересно, как давно понял это Кир? Уж точно раньше меня! Было приятно, безумно приятно знать, что тебя кто-то любит. То есть не кто-то, а именно он. Кирилл Котайский.

– Ир, – послышался его тихий голос сзади. Наверное, это и стало для меня последней каплей. Я резко обернулась назад, посмотрела на Кира и стало… хорошо. Просто невероятно хорошо, так, как давно не было. Пожалуй, только он мог зарождать во мне такие ощущения одним своим видом.