Чтение онлайн

– Ай, – взвизгиваю и хохочу, показывая ему язык.

– Вредная ты, Карамелина, – смеётся Мирон и заводит двигатель.

Смотрю в окно. Из дверей ресторана выходит Анжела. Поверженная и сникшая. На покрасневшем лице нет больше ехидной улыбки, но мне совсем не жаль…

У меня всё будет хорошо. Надеюсь, у Риты, Ивы, Таи и девушки Кости тоже. Пусть для всех эта ситуация станет жизненным уроком. Иногда за улыбкой скрывается злоба, а если вовремя её не заметить, то можно многое потерять.

Откидываю голову на спинку сиденья и молча наблюдаю, как Мирон уверенно управляется с рулём, задумчиво потирает подбородок и… улыбается.

– Мы к тебе? – спрашиваю умиротворённо.

– Нет… – подмигивает Громов. – Едем закрывать гештальты...

Глава 43. Наконец-то счастливая Мия.

– Виню себя всё время, – признаюсь шёпотом.

Никому бы не призналась, а ему – запросто!

Закрывать гештальты Мир почему-то привёз меня на дачу к своему дяде. Мы оставили вещи в двухэтажном доме и спустились по тропинке к пристани, где у самого старшего Громова пришвартована небольшая лодка.

Белая, просторная красавица.

Мирон закутывает меня в плед поплотнее и тяжело вздыхает сзади.

– Бесполезное занятие, Карамелина. Ну как ты могла сама догадаться, что это именно Анжела всё подстраивала? Ты ведь не детектив?..

– Не знаю… Ну вот взять, допустим, ситуацию после вашего боя с Демидовым. Ведь в радиорубке со мной были только Тая и Энж. Ивы там вообще не было. А Энж ко всему прочему своими вопросами словно выводила меня на эмоции. Специально, понимаешь?.. Как я могла этого не понять?..

Досадно потираю лоб.

Мы сидим прямо на полу. Мирон нашёл какой-то небольшую походную «пенку». На ней и разместились.

На душе наконец-то штиль. Словно кровавые бои закончились и наступило мирное время.

– Потому что ты другая, – отвечает Мирон после раздумий.

– В смысле, глупая? – усмехаюсь и оборачиваюсь, чтобы поцеловать его.

Ловлю жёсткие губы ртом и смягчаю их, как умею. Лаской и любовью.

– Глупенькая, если только чуть-чуть, – шутит Громов мне в рот, обдавая горячим дыханием, и я прикусываю ему нижнюю губу в отместку. – Ай, зубастая блин.

Он откидывает голову назад и смеётся. Прозрачные глаза принимают на себя красивый цвет закатного солнца, а кожа становится будто ещё загорелее.

– Я шучу. Ты у меня умница-разумница, просто слишком добрая. Это ведь неплохо. Я сам прослежу, чтобы тебя больше не окружали такие, как Попова.

Умиротворённо вздыхаю и осматриваю ровную водную гладь, которая заканчивается безупречным оранжевым небом.

«Счастья полные штаны» – сказал бы мой дед-генерал.

Знаю… многие девушки считают, что обязательно необходимо быть самостоятельной. Выучиться, обрести профессию и суметь самой всего добиться. Я, безусловно, найду себя в этом мире. У нас ведь вся жизнь впереди. Но как же вдохновляют и успокаивают такие слова от любимого человека…

Они дают возможность выдохнуть и почувствовать себя девочкой.

За это качество мама когда-то полюбила папу. А я – в Мирона втрескалась ещё больше. Хотя, казалось бы, куда уж…

То, как моё любимый решает различные ситуации и остаётся при этом абсолютно спокойным – возбуждает меня не меньше, чем член, упирающийся мне в спину.

Уверенность и создание вокруг себя ауры безопасности – вот что самое сексуальное в мужчинах.

Мирон тянет меня за руку.

– Поднимайся.

– Зачем? – удивляюсь и сбрасываю с плеч тёплый плед. – Мне холодно и с реки дует ветер, пойдём уже в дом, а?..

– Погоди, блин. Не мешай.

Закатное солнце практически не греет.

Ёжусь от дрожи, пробегающей по телу, и покачиваясь вместе с лодкой, мрачно наблюдаю за тем, как Громов сёрфит в телефоне. Он выглядит напряжённым и это странно. Нервно потирает бровь.

Все неприятные ощущения проходят, когда в тишине прохладного июньского вечера, раздаётся известная песня Селин Дион из «Титаника».

– Боже, – выдыхаю и, не сдерживая смех, шутливо закатываю глаза. – Какая пошлость, Громов.

Прозрачные зрачки предупреждающе сверкают.

– Ты хотела романтики, – напоминает он занудно.

– Ты превзошёл все мои ожидания.

– Помнишь поцелуй Кейт и Лео? Повторим?..

Обвиваю его шею руками и привстаю на носочки, боясь свалиться. Лодка покачивается, но не сильно. Надеюсь, за бортом не окажемся.

– Как в четырнадцать? – усмехаюсь.

– Круче, чем тогда, – отвечает Мирон склоняясь. – Сейчас ты моя, и мы можем продолжить и потрахаться. Жаль, здесь нигде повозки нет, – озирается по сторонам.

– Блин, ну ты и пошляк.

Тёплые ладони обхватывают мои щеки и Громов нависает надо мной, горячо целуя. По венам удовольствие распространяется. Его губы настойчивые и порочные. С ума по нему схожу. Действительно, сейчас у нас получается лучше, чем когда мы были подростками.

– Погоди, – шепчет Мирон и лезет в карман лёгкой ветровки.

У меня сердце трепещет, ноги подгибаются и дело не в качке. Прикрываю рот рукой, боясь разреветься.

Он… предложение мне сделать хочет?..

Я… сразу соглашусь.

В следующие секунды хлопаю глазами и пытаюсь сгладить разочарование удивлённой улыбкой. Ну и чего это я расстроилась?.. Сама ведь носом воротила, когда он в ЗАГС звал.

Морщусь, пытаясь прогнать дурацкие мысли.

В руках у Мирона коробка, на бархатной подкладке которой аккуратно расправлена цепочка с хрупкой бабочкой. Та самая, что он оставил в новогоднюю ночь на моей кровати, в бывшей розовой комнате. А ещё в его руках серьги невероятной красоты.

– Отжал у Юльки, – подмигивает Мир. – Пусть тебе и не нравится мой подарок, но я выбирал его с душой. И он твой. Хочу, чтобы у тебя был. Юльке другое куплю.

В сердце словно иглы врезаются. Вспоминаю, как физически больно было носить на себе эту бабочку и знать… что ему не нужна.

– Сам выбирал? – аккуратно спрашиваю.

– Конечно, – удивляется Мирон и загадочно на меня смотрит. – А кто ж ещё?

– А это что? – касаюсь кончиками пальцев прозрачных, завораживающих своей красотой камней.

– Серьги тоже тебе, но Юлька ими попользовалась.

– Вот ведь егоза мелкая, – усмехаюсь и тут же осекаюсь.

Сестра Мирона с прошлых выходных отдыхает в каком-то санатории с тётей Настей. В последний раз, когда я её видела, выглядела она неважно.