Моя Наи?рин
Шрифт:
— Что?
— Я говорю, что получу? — спокойно повторил Арман свой вопрос, стараясь сдержать ярость, которая затмевала разум с каждой секундой. — Ну же? Ответь? Что ты предлагаешь взамен? Хочешь ты или нет я все равно заберу тебя, точно так же я могу забрать ребенка. А теперь подумай еще раз хорошо. Я готов принять твои условия. Что ты можешь мне предложить? — Найрин молчала. Спустя пару минут тишины, так и не добившись от нее ничего, он продолжи — Раз ты не знаешь, что предложить, я сам скажу, чего я хочу. Если ты согласишься, мы заключим сделку…
— Я слушаю…
Арман видел с какой силой дались ей эти слова. Но он не собирался отступать, это она начала этот разговор. Мужчина ровным, бесстрастным голосом начал:
— Я готов принять твои условия — медленно вставая начал мужчина. — Мне не нужны любовницы или фаворитки. — Услышав его слова, Найрин еще ниже опустила голову. Арман отвернулся от нее и продолжил бесстрастным голосом. — У меня одно условие… В состоянии ли ты его выполнить? — Повернувшись к затихшей девушке он подошел к ней. Дождавшись, когда она поднимет голову, он сказал — Мне нужна ты. Везде и всегда ты должна быть рядом. Найрин не смела отвести взгляд. Словно завороженная она наблюдала, как его голубые глаза темнеют. Приобретая глубокий синий цвет. — Ты меня слышишь? Мне нужна ты Найрин…
— Хотя бы наедине не называй меня так. — еле слышно попросила она и отвернула голову. — Правильно я поняла? Чтобы быть с ребенком мне надо всегда находиться подле тебя и…
— И спать со мной — закончил за нее Арман. Девушка усмехнулась и встала. Арман не сдвинулся с места. — После вчерашнего нашего… гхьм поцелуя, не думаю, что это будет…
— Нет! — нервно перебила его Найрин. Он стоял вплотную к ней и не думал отходить. Ее живот слегка касался его. Шумно сглотнув, под его тяжелый взгляд она отодвинула стул и отошла.
— Нет?! Почему? — Требовательно спросил Арман наступая на нее. Она уходила от ответа. Он знал, что Найрин вчера слышала его разговор с Мирандой. Да, с той другой ему было легче. Ведь он увлечение принял за любовь. О Тьма, как же он ошибался… Если бы она задержалась хоть немного, то узнала бы что он каждый раз сгорает рядом с ней. Каждый миг вдали от нее сводит его с ума.
Сейчас он мучил ее. Король чувствовал это, ощущал кожей. Но его боль была намного сильней. Знать, что она принадлежала другому было для него испытанием. Арман хотел знать, что он значит для нее…
Найрин видела, что Арман не отступает. Как же она не хотела выглядеть жалкой. Она и так готова стерпеть многое, лишь бы быть рядом с ним и ребенком. Но ему мало этого. Он не отстает от нее, требуя ответа
— Найрин я жду… — хватая жену за локоть спросил Арман и притянул ее к себе.
— Не называй меня так! — закрывая уши вскрикнула девушка. — Я никогда не стану ей! Я зависима от тебя…Тебе мало? — смотря на мужчину процедила она.
— Мало, мне нужно все…
— Я тоже хочу все. Вот только ты не сможешь мне дать это. Ты видишь во мне прежнюю Найрин. — по бледным щекам покатились слезы. — Я ненавижу ее, всем сердцем. Ненавижу это имя, лицо… — громко закричала она. — Быть с тобой зная, что ты во мне видишь ее, выше моих сил. Я отдаю тебе все, оставь мне хоть каплю гордости. — устало закончила она.
— И доли секунды я не сравнивал вас и не искал в тебе её. — приподнимая пальцами ее подбородок пробормотал Арман. — С первого дня, я видел именно тебя. Признаю, во дворце я не сразу осознал это. Глупо сравнивать вас — грустно усмехнулся мужчина. Проведя большим пальцем по ее губам, он продолжил. — Если бы ты вчера задержалась хоть чуть-чуть, то услышала бы, что я дышать не могу без тебя. — Прошептал он в ее приоткрытые губы, наблюдая за ней.
— Разве? — стараясь скрыть удивление пробормотала Найрин.
— Я готов отказаться от всего. Но только не от тебя. Ты моя Найрин. И чтобы ты знала. Имя Найрин с древнего языка первых королей переводиться как Надежда. Ты моя Надежда, моя Найрин…— Арман больше ничего не смог сказать. В ее глазах, наполненные болью он увидел надежду. Надежду на счастливое будущее, надежду на ее любовь. Не удержавшись, он поцеловал ее…
Глава 13
Длинные мужские пальцы, стараясь сдержать дрожь, водили по нежной коже, вырисовывая витиеватые узоры. Впервые за долгое время Арман ощущал абсолютный покой и умиротворение. Глаза слипались, но он хотел как можно дольше продлить эти минуты рядом с ней. Найрин спала рядом, прижавшись так близко насколько возможно в ее положении. Несмотря на то, что он не выпускал ее из рук всю ночь, ему было мало.
Король улыбнулся и уткнулся губами в макушку спящей жены, с наслаждением вдыхая свежий запах цитруса. Ему всегда будет ее мало, он никогда не сможет в полной мере насытиться ею. Не удержавшись, Арман тихо рассмеялся, вспоминая утренний разговор. Она ревновала его к прежней Найрин, какой абсурд! Как можно сравнивать совершенство с жалкой копией. Вот только он сам тоже хорош. Вместо того чтобы поговорить с ней нормально, заявился к ней со своими требованиями. Болван! Влюбленный до безумия, болван и ревнивец! Вот кто он!
Арман старался не думать о том, что она была замужем. Мужчина старался задвинуть как можно дальше мысли о ее прошлом. Иначе он просто сойдет с ума. К тому же он сейчас не чувствует за собой прав требовать у нее ответа. Еще рано. Придет время, и она сама все расскажет, а он постарается принять ее ответ. А сейчас он должен все исправить. Несмотря на то, что она сдалась под его натиском, он должен доказать ей, что хочет быть именно с ней. Несомненно, проклятие Истинной не даст им быть порознь. Только этого мало, ему не нужна слепая привязанность из-за проклятия, ему нужна ее любовь. Арман готов положить весь мир к ее ногам, любой ее каприз, только бы она была рядом с ним.
Мужчина нахмурился. Да, он готов положить к ее ногам весь мир. Только он настолько шаток и хрупок что он рухнет в любой момент подгребая под собой все его надежды и мечты. Он должен спасти Надейру. Хотя бы ради Найрин и их ребенка. Словно почувствовав тревогу отца, малыш стал пинаться.
— Тише, душа моя — ласково прошептал мужчина, кладя ладонь на живот беременный жены. — Я никому не позволю обидеть тебя и маму. Я даю тебе слово…
До утра Арман не сомкнул глаза. Впервые он ощутил в полной мере, силу беды, что нависла над всеми. Как ни странно, он не боялся за свой народ, за страну. Ему было страшно за ту, что спала сейчас в его объятиях. Адреналин забурлил по венам, в предчувствии предстоящей битвы. Он готов противостоять Седьмому Сыну. У него есть, ради кого стоит бороться и жить. Вот только сможет ли он противостоять Седьмому Сыну, когда увидит его…
Они были в пути в Эфрен уже четыре дня. Как назло, все эти дни шел дождь, и судя по свинцовым низким тучам он будет сопровождать их долго. Всю эту серость венчал не стихающий холодный ветер. Несмотря на непогоду, который нагонял тоску и уныние Найрин улыбалась. Впервые в жизни она чувствовала себя счастливой. Как бы глупо это не звучало. Она до последнего боялась верить Арману, но та ночь расставила все по местам. Он признавался ей в любви. Не заученными словами и фразами. Найрин чувствовала это своей кожей, видела в его глазах. До утра она тонула в синеве его глаз, его руки, губы поцелуи говорили ей о любви, страсти и преданности. По телу пробежала сладкая дрожь от воспоминаний. Найрин судорожно выдохнула и подтянула теплое покрывало, которое они захватили с собой в дорогу.