Чтение онлайн

— Куда ты меня тащишь? Не имеешь права. Я свободный человек, — сдувая прядь с волос с лица и с трудом справляясь с дыханием, проговорила я.

— Да какой ты человек? — скривился он. — Блоха и то поблагороднее станет. Думаешь, мне охота с тобой возиться. Навязали на мою голову… Но с духами спорить себе дороже.

— Какими еще духами?!

Тут я всерьез засомневалась, что передо мной стоит адекватный мужчина. Даже не обратила внимания на оскорбительное сравнение с блохой. О каких духах он говорит?

— Последний раз спрашиваю, пойдешь по доброй воле?

— Еще чего. С места не двинусь, пока не объяснишь, где я, как сюда попала…

Дальше я сказать ничего не успела — мужик взмахнул рукой, и я потеряла возможность говорить и двигаться. Все слышала, понимала и видела, но ровным счетом ни на что не могла отреагировать.

Он молча подхватил меня перекинул через плечо и потопал дальше, насвистывая какую-то мелодию.

Собственно, тащил он меня недолго. Через пару минут остановился и скинул на землю, как мешок с картошкой. Синяков от падения на моем бедном теле прибавилось. Способность двигаться ко мне тоже вернулась почти сразу. Я осмотрелась и поняла, что нахожусь возле нелепого сооружения из соломы. С виду он был похож на сноп сена с кисточкой на макушке.

— Что это? — стараясь вести себя интеллигентно, насколько позволяло положение сидя на земле и растирая ушибы, даже уже не пытаясь прикрыться, спросила я. Лезть на рожон в очередной раз побоялась, а ну как опять заколдует. Да и в голове сгущался странный туман, мысли в котором барахтались все медленнее. Этого просто не может происходить со мной на самом деле! — была главная из них.

— Шалаш. Теперь это твой дом.

Я так и осталась сидеть с открытым ртом. Не могла выдавить из себя ни слова, только чувствовала, что таращусь на него все сильнее. Глазницы аж ломить начинало.

— Ладно. Ты тут осваивайся. А у меня дела. Вечером загляну.

И был таков. И тут нервы мои не выдержали, и я заскулила, как раненая собака, с подвываниями и горестными всхлипами. Мамочки мои. Да что же со мной происходит? Кто и за что меня так наказывает? Как мне выбраться из этого леса?

Тут меня аж подбросило с земли. Ну конечно. Надо выбраться отсюда. Именно это я сейчас и сделаю. Осталось определиться, в каком направлении идти. Я озиралась по сторонам, пока не поняла, что выбрать путь не в состоянии. Я совершенно не знаю этот лес, в какой части нашей области он расположен. Не знаю и того, в какой стороне мой родной город. Так какая мне разница, куда идти? Именно так я и поступила — пошла, куда глаза глядят, свято веря, что рано или поздно выйду к человеческому жилищу.

Я шла уже часа два по примерным прикидкам. Ноги вовсю ломило от усталости, а конца и края лесу не наблюдалось. Увидев далеко впереди просвет между деревьями, я едва не расплакалась от радости и бросилась к нему со всех ног и из последних сил. Главное выбраться, главное выбраться… Но достигнув просвета, я едва не умерла от горя. Я стояла на том самом месте, из которого бежала. Передо мной был все тот же нелепый шалаш из соломы. И коварное солнце, что мощным пучком света заливало крохотную полянку, скорее всего, сейчас смеялось надо мной изо всех своих солнечных сил.

Физическое истощение и расшатанные нервы сделали свое дело, я повалилась в обморок, так и не проверив шалаш изнутри.

Очнулась я все на той же поляне с дикой головной болью. Солнце висело прямо надо мной огромным слепящим диском и палило вовсю. Кажется, я получила тепловой удар. Словно в подтверждение, меня затошнило и вывернуло прямо тут, на поляне перед «домом». Пить хотелось нещадно, и я поползла к шалашу, в надежде, что там кто-нибудь догадался оставить для меня воды.

Каково же было мое отчаяние, когда поняла, что эта ветхая постройка совершенно пустая внутри.

Там не было ровным счетом ничего, кроме соломенных стен и ставшего моментально ненавистным запаха сена. Хорошо хоть тут царила прохлада.

Каждый поворот головой отдавался в ней простреливающей болью. Я легла на землю закрыла глаза и старалась ни о чем не думать, готовая к долгой и мучительной смерти. Такой меня и застал новый знакомый, вернее, тот, чьего имени я не знала и знать не хотела.

— И чего ты разлеглась? — спросил он, возвышаясь на пороге и перегораживая собой весь свет.

В ответ я смогла только промычать. От сухости во рту язык прилип к небу.

— Эй, ты чего? Уж не помирать ли собралась? — он присел возле меня и перевернул на спину.

Я слышала, как с глухим стуком откинулась моя безвольная рука, скривилась от боли, что вновь прострелила голову.

— Ты вообще, чем занималась? — он притронулся к моему лбу и в следующий момент приглушенно выругался. — Даже воды не догадалась напиться…

Хотела бы я ответить, как, интересно, смогла бы это сделать, если поблизости нет ничего питьевого, и никто не догадался оставить воды в шалаше, но вряд ли смогла бы это сделать, да и он куда-то исчез. Наверное, я опять провалилась в забытье, потому что в следующий раз очнулась, от того что к моим губам прижали что-то холодное, и живительная влага полилась в рот. Я глотала ее, как очумелая, вцепившись во флягу обеими руками. Все это время его руки поддерживали мою голову, чтобы не захлебнулась.

С каждым глотком мне становилось все легче. Даже головная боль значительно притупилась, и я смогла посмотреть на своего спасителя и поблагодарить его.

— Как можно быть такой беспечной?! — вместо ответа набросился он на меня с упреками. — Трудно было зайти за шалаш и напиться из источника?

— Откуда же я знала, что он там есть?!

Моему возмущению вообще не было предела. Получается, все то время, что умирала от жажды, вода была на расстоянии вытянутой руки от меня? Я даже не знала, чего мне больше всего хочется в этот момент — наброситься на мужчину с кулаками, устроить самоизбиение или вволю посмеяться над собственной глупостью и непрозорливостью. Наверное, всего и сразу. Но вместо этого я посмотрела на того, кто продолжал поддерживать меня своей огромной лапищей, пытаясь сделать взгляд максимально трогательным, и спросила:

— Где я? И почему мне нельзя домой?

— Ты пыталась уйти, — утвердительно кивнул он. — И вернулась опять на это место.

— Почему? — встрепенулась я. — Этот лес заколдован?

— Именно.

— А кто ты?

— Леший. Иван, — схватил он своей ручищей мою и потряс ее в приветственном жесте. — Тебя как зовут?

— Даша, — прошептала я, так как голос снова куда-то исчез. — Но ты не похож на лешего, — осмотрела я его довольно современный прикид и вполне себе модную стрижку на чернявой голове.

— А каким я должен быть? — хохотнул Иван. — Лохматым, бородатым стариком в обносках? Тогда, каждый второй бродяга у вас может называться лешим, — тут он уже откровенно рассмеялся, откидывая голову и выставляя мощный кадык на бычьей шее.

Моя же голова при этом мелко затряслась и снова заболела. Я была вынуждена высвободиться из его рук и отодвинуться подальше, хоть даже самой себе не признавалась, как приятно было прижиматься к нему.

— Пойдем. Накормлю тебя и расскажу все по порядку. В конце концов, ты должна узнать правду.