Чтение онлайн

– О как. И ноги тебя сами ко мне привели?
– снова включаю ехидну.
– Только ты зря пришел. Я твой культурный досуг на месяц больше скрашивать не собираюсь.

– Так и я не на месяц приехал.

– А на сколько? На два?
– горькая ухмылка проступает на губах, и я замечаю, как он останавливается на них. Тут же вспоминаю, как он любил проводить по ним большим пальцем и говорил, что на ощупь они, как бархат.

– Я навсегда, Ирада.

– И что?
– нервно сглатываю, чувствуя, как дрожат коленки.
– Зачем мне эта информация?

И теперь уже я улавливаю изменения в лице - то как он снова хмурится, как оживают желваки под кожей, как меняется взгляд, словно он знает обо мне больше, чем я могу рассказать. Помолчав несколько секунд Аслан отвечает:

– Ты права. Незачем. Я ошибся. Извини.

– Извиняю. Это все?

– Да, - отходит, разворачивается к двери, но в следующее мгновение снова подходит впритык. Все это выглядит как метания, что совершенно не свойственно Аслану. Он другой - решительный, стремительный, знающий, чего хочет. Но вот стоит слишком близко, а между нами будто стена. И понимаю, что мы оба не знаем, куда деть руки, потому что обнять друг друга мы уже не можем.
– Нет, не все. Тот парень, который был с тобой в парке. Кто он?

– Ты за мой следил?
– вскинув подбородок, бросаю ему вызов.
– Зачем?

– Можешь просто ответить и я уйду? Просто скажи: кто это?

Ну зачем тебе это, Аслан? Ты же еще год назад расставил все точки над “i”. Так к чему сейчас эти неудобные вопросы?

– Его зовут Хаким. Мы встречаемся, - стараюсь звучать уверенно и боюсь, что голос дрогнет от лжи, ведь мы с Хакимом просто друзья, которые время от время гуляют, ходят в кино или на концерт любимой группы. Но ведь Аслану этого знать необязательно.

– Понял,- кивает.
– Это все, что я хотел узнать. Прости, Ирада. Больше я тебя не побеспокою.

Сделав шаг назад, он в последний раз разворачивается, идет к двери, молча открывает ее и выходит. А я стою одна посреди прихожей и чувствую, что весь воздух из легких выкачали и мне нечем дышать. Живот снова сводит до рези, но слезы высохли и больше не тревожат.

Прибежав к окну на кухне, встаю на цыпочки и гляжу вниз. Аслан выходит из моего подъезда и, не оборачиваясь идет к машине. Я нетерпеливо ищу глазами черный BMW, но к моему удивлению вижу, как мой незваный гость садится в большой белый джип. Тот самый, что я видела несколько часов назад во дворе и у парка. Значит, он и правда следил и все видел.

– Ирада, все нормально?

Обернувшись, натыкаюсь на озадаченный взгляд Сабины, стоящей в дверях.

– Да, все ок, - равнодушно отзываюсь я.

– И зачем он приходил?

– Сама не знаю, - пожимаю плечами.
– Сказать, что вернулся.

– И надолго?

– Навсегда.

Молодец, приехал без приглашения и разбередил старые раны, ведь жить вдали друг от него было в сто раз проще, чем знать, что он рядом.

Глава 26. Прозрение

Аслан

Возвращение в родной город не было спонтанным решением. Каждый год в компании пересматривают контракты сотрудников, кому-то предлагают продление, кому-то повышение - обычная практика. После успешной встречи на государственном уровне, я закрепил свои позиции, но уже знал, что новый контракт не подпишу. Пара месяцев в Алматы не только перевернула мою жизнь, но и показала, что я упускаю большие возможности в своей стране, где могу построить нечто большое, солидное и долговечное. Я решил, что пора перестать работать на дядю и нужно прислушаться к совету Ансара Даутова и открыть свое дело.

Почву начал прощупывать на расстоянии ровно с того момента, как проводил отца, сестру и племянниц, приезжавших на новогодние праздники в Дубай. Их приезд и последующие события, убедили меня в том, что я принял правильное решение. Толчок, вернее волшебный пинок, сказала бы одна маленькая кудрявая ведьма, я получил от папы. И так изящно, тактично, как может только он.

Это случилось, когда мы вдвоем гуляли по набережной Дубая. Мы с отцом очень редко говорили по душам, потому что он достаточно закрытый, спокойный человек. До самой пенсии работал инженером на машиностроительном заводе в Алматы - секретном предприятии со статусом режимного объекта. А вот мама у меня была эмоциональной, яркой, открытой. Я никогда об этом не задумывался, но сейчас понимаю: они прекрасно друг друга дополняли.

Встав лицом к воде и небоскребам, папа некоторое время молчал, а потом вдруг сказал:

– Маме здесь понравилось в прошлый раз.

– Да, она говорила, - наклонившись, положил ладони на парапет.

– И гордилась тобой, что ты купил нам путевку. Она всегда мечтала увидеть море и океан.

– Я знаю.

– Жалко, не увидела твоих детей. Об этом она тоже мечтала.

– Неожиданное замечание.

– А ты все тянул резину, гнался за каким-то журавлем в небе. Как кстати, Зара?

Повернув голову, посмотрел на него удивленно. Но ни один мускул на его лице не дрогнул.

– Откуда…ты знаешь?
– хрипло спросил.
– Этого никто не знал.

– Мама знала. Она мне сказала, - слабо усмехнувшись, папа повернулся ко мне корпусом и я сделал то же самое.

– И что она еще сказала?

– Что это - не твое и ты зря теряешь время. Переживала, как бы ты вот так не проходил до последнего.

– А почему мне ничего не говорила?
– одной рукой сжимаю серую матовую трубу парапета до побелевших костяшек.

– А что тебе говорить? Ты же всегда был себе на уме. Вбил что-то в голову - сделал.

Примерно также было с государственной стипендией “Болашак”. Я мечтал учиться в Америке и умолял родителей разрешить мне, ведь условия были не простые. Когда я прошел отбор, надо было заложить родительскую квартиру, чтобы гарантировать мое возвращение и то, что я буду себя нормально вести и учиться за границей. Мама с папой сделали это, потому что верили в меня, хотя трешка в спальном районе - единственная недвижимость, которая у них была.

Как мама узнала о моих чувствах к Заре - загадка для меня. Как я не пытался в тот момент проанализировать это, ничего не выходило. Моя мать видела только Карима, который пару раз приходил к нам, когда я еще жил с родителями.

– Розочка, - так папа ласково называл маму, чье имя с казахского переводится как “роза”, - считала, что тебе другая девушка нужна.

– Какая?
– удивленно вскидываю брови.

– Та, которая будет любить тебя, а не наоборот, - произнес он и вернулся в исходное положение и окинул восхищенным взглядом стеклянные высотки у воды.
– Вот молодцы арабы! Такой город в пустыне отгрохали.

– Пап, - позвал я, недолго помолчав.
– Как ты понял, что мама - та самая, кто тебе нужен?