Чтение онлайн

– Сестра? Ваша? – от обильного мыслительного процесса Кузьма Саввич, похоже, багроветь и трезветь начал, да и на меня более осознано поглядывать.
– Уж и действительно… не шлюха… вроде… – не без удивления пролепетал. – Ну, извините, милая барышня, попутал спьяну… – в себя отрыгнув, и перед Петром Фомичом не извиняясь, потряс он буйной головушкой с сухими травинками в спутанных волосах,и вразвалочку в сторону цыганских повозок направился.

– Откуда, сестрица милая, вы взялись здесь?
– с тем же гневом в глазах мой предок теперь на меня воззрился.

– А вы откуда?
– вопросом на вопрос ему ответила.
– Я же тут не сама, с Юрием Петровичем, коллежским регистратором, следователем сюда из губернии присланном, вместе с ним мы следствие по украденным лошадям ведём…

– Это вы чего, сестрица, в полицейские ищейки вдруг записались? – с явным упрёком продолжал Пётр Фомич.
– Да вроде бы в них дам-с не берут-с совсем!

– Пока не берут… – почему-то вырвалось из меня. – Сопровождаю его прoсто, и, в отличие от вас, к советам он моим прислушивается…

Выслушав такое от сестры, что покорной быть должна, Пётр Фомич как-то приопешил даже, приумолк, втянувши голову в плечи, да повернулся ко мне бочком насуплено.

– Нет у них здесь тех пропавших коней, прошёлся я по табору по-тихому… – с такими словами, с другой стороны, сюда Юрий Петрович подходил,и при виде моего предка, двумя обтянутыми чёрной кожей перчаток пальчиками, к своему котелку прикоснулся приветственно.
– Юрий Петрович, коллежский регистратор, - сразу же и представился.

– По какому праву вы сами с моей сестрою здесь?
– без ответного приветствия ему Пётр Фомич бросил.

– Так сестра ваша, по воле доброй, сама со мной поехать изволила, да на бричке полицейской моей, – с каким-то вызовом Юрий Петрович сказал. – А вы её брат, Пётр Фомич, правильно понимаю?

– Именно так, милостивый государь, - кивнул мой предок величаво.

– Ну а я имел уже честь представиться вам, как и пояснить заодно, что сестра ваша по своeму желанию со мной приехала, да и не сами мы, с кучером полицейским…

– Но уедет она без своего желания и со мной! – перебивая его, настоятельно Пётр Фомич заявил, уже для меня на свою пролётку тростью указывая. Я же в ту сторону посмотрела, и еще одну коляску увидела, спину кучера в сером сюртуке на козликах и выглядывающую Свёклу из глубины поднятого верха.

– Уж извините, дорогой мой братец, - с возникшей злостью я в их перепалку вмешалась. – Но я не сяду в одну повoзку с любовницей вашей! – здесь к своему полицейскому спутнику с уверенностью поворотилась: – Мы ведь, Юрий Петрович, сейчас в поместье возвращаемся?

Он слабо кивнул в ответ.

– Тогда до полицейской брички проводите уже меня!

– Конечно, с удовольствием, Варвара Николаевна… – Юрий Петрович чуть голову склонил, под руку меня взял и к коляске своей повёл.

Назад мы не слишком быстро на наших «полицейских дрожках» тряслись. Часто оборачиваясь, я за нами пролётку Петра Фомича всю дорогу видела. Всё же вернулся он в поместье к названному братцу своему, по всему так получается, скорей всего в средствах поиздержавшись. Как и мерзавку эту заодно с собой привёз!

– Он ведь совсем не брат вам? – тоже оглянувшись, будто мой допрос Юрий Петрович повёл.

– Предок, - с покаянным вздохом окончательно раскололась я.
– Видимо,

это загадка провидения такая, что меня его названый брат к себе в дом принял и по согласию моему в свои крепостные вписал, а что я сестра его,так Пётр Фомич сам решил. Просто по отцовской линии у всех в нашем роду одинаковой фoрмы родимое пятнышко есть, да еще на одном и том же месте присутствующее. Вот увидел он его и поверил в то сам... Потом же от Фомы Фомича мне вольную по всем правилам оформил, подтвердивши клятвенно, что сестра я именно по отцу его и потому даже на личное дворянство право имею…

– Вот значит как, – Юрий Петрович улыбнулся мне натянуто. – По всему получается: родственные узы легко доказуемы ваши и судье не представить мне обратного, что лгунья и мошенница вы... Стыдно только будет оголяться вам на суде…

– Но вы ведь и без того уже поняли, что не мошенница я? Так к чему тогда всё это следствие и суд? Да и не доказать вам ничего! – с каким-то холодком внутри, не без злости парировала я.
– ? потому с этого момента прекращаются все выезды и деловые отношения наши, как и сами вы понимаете, что не позволят нам этого больше, ни мой предок, ни мой жених, да и не хорошо это как-то, неприлично и неправильно… Узнают и осудят в обществе!

– Что же поделать тут? – Юрий Петрович руками развёл. – Придётся смириться мне с участью такой.

К поместью мы уже молча подъехали,и великое недовольство Фомы Фомича предвидя, я с опаской в распахнутые ворота вглядывалась, но его пролётки во дворе не видела. Не изволил еще воротиться от своей бывшей невесты мой женишок,так получается!

ГЛАВА 6. Сплошной скандал Фома Фомич лишь ближе к обеду прибыть изволили,и, не заговоривши ни с кем, с мрачным видом к себе в кабинет пройти; я же какую-то свою обиду выказывая, не встретила его,и целых сорок минут в своей комнате стойко выдержала, но всё же собралась, новую причёску поправила, и во всём великолепии в столовую пришла.

– Вам обед подавать?
– с поклоном встретил меня Семён, стул подвинул и замер рядышком, будто живая статуя с белым полотенцем на руке.

– А барин наш, та? понимаю, задерживаются? – свою несколько зауженную юбку расправляя и присаживаясь, ответно поинтересовалась я у него.

– Не приходили ещё Фома Фомич, – в привычной своей уверенной манере старый лакей мне ответил, - как и не возвернувшийся Пётр Фомич, и не гость наш, еще не изволили спуститься…

– Ну тогда я почитаю просто и подожду их тут немного, - сказала я, почему-то взволновано в узорчатую скатерть вглядываясь и серебряную вилочку чуть ближе к тарелочке подвигая.
– Ты книжеч?у мне любую с полки дай.

– Как прикажете, барышня, - так высказавшись, Семён с безразличным выражением лица мой прибор пока прибрал, передо мной же томик с какими-то стихами на стол выложил.

Эту книжицу на закладке раскрывши, что он издевается надо мной поначалу подумала, ведь в заглавие о брошенной невесте было, хотя, ничего прочесть так и не получилось у меня, потому что в отворившуюся дверь Пётр Фомич вошёл, хорошо хоть без Свёклы под ручку, ей, по-видимому, снова в комнату для прислуги воротиться пришлось.