Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 4
Шрифт:
— Как поживаешь? — Он потянулся через стол, чтобы пожать мне руку. — Слышал, твоя Оборона уже работает. Даже первый объект у вас имеется.
— Работаем потихоньку, — улыбнулся я, пожимая сухую руку старика. — А ты выглядишь очень даже неплохо для того, кто словил заряд дроби в грудь.
— Живой и ладно. Правда, в моем возрасте уже сложновато лечить сломанные ребра, а внутренние кровотечения еще сложнее. Ты садись, садись.
— Что, решил поиграться на старости лет? — спросил я добродушно, намекая на Лего.
— Да не, в детство я пока что, слава богу, не впадаю, — рассмеялся Кулым. — День рождения у внучатого племянника завтра. Вот, это подарок.
— Дорогой.
— Еще какой, — серьезно сказал Кулым. — За цену этой коробки простая семья из Армавира может месяц питаться. Мне с Америки привезли. Такого у нас не купишь. Вон, смотри. Тут и пожарные есть, и полиция с вертолетом. М-да…
Я только покивал.
— Ничего не поделать, — пожал он плечами. — Такие времена. Стадия первоначального накопления капитала в молодой капстране.
— Ты это оттуда почерпнул? — Кивнул я ему за спину, на томики Ленина.
Кулым обернулся.
— Верно, — снова посмотрел он на меня. — И еще из Маркса. Читал?
— Читал. Было дело.
Кулым вздохнул.
— Нельзя жить в обществе и быть свободным от него, — сказал я в ответ на вздох.
— Ага, — Кулым кивнул опять. — С волками жить — по-волчьи выть.
— Жить среди людей мне больше нравилось. Как было при советах.
— К сожалению, при советах я тоже жил с волками, — сказал Кулым. — К старости начинаешь жалеть о таких вещах.
— Ну ладно, Марат Игоревич. Давай к делу.
— Давай, — согласился он и взглянул на Сома. — Давай, веди этого.
Бандит кивнул и вышел.
— Кого, этого? — Спросил я. Догадываясь, впрочем, о ком идет речь.
— Сейчас познакомишься.
— Слушай, Кулым, а зачем ты меня позвал-то?
Лицо авторитета сделалось серьезным.
— Работа у меня есть для тебя, Витя. Если ты, конечно, согласишься. Не могу я настаивать, после всего того, что ты для нас с Мариной сделал. Могу только просить и надеяться, что ты согласишься.
Я посерьезнел, нахмурил брови.
— Что за работа?
— Телохранителем. Дело важное. Нужно мне, чтобы ты…
Старик недоговорил. Внезапно в дверь постучали и тут же открыли. Сом завел в кабинет Максимку. Пацан сразу же зыркнул на меня. Удивление не его лице в одно мгновение сменилось страхом, потом неприязненным кислым выражением.
— Знакомься, Витя, — быстро переменил тему Кулым. — Это Максим Вячеславович Мартынов. Садись, Максим. Будь как дома.
Мальчишка, насупившийся, словно его продинамила девчонка, прошел в кабинет, сел на кожаное кресло, у журнального столика.
— А мы уже знакомы, — с ухмылкой посмотрел я на парня.
Тот ничего мне не сказал. По-женски напучив губы, отвернулся.
— Правда? — Удивился Кулым. — И давно?
— Нет. Недавно. Только утром познакомились. Максим Вячеславович подрезал меня на дороге, и мы с ним успели немного поругаться.
— Вижу, терки ваши все еще не разрешены, — сказал Кулым.
— Да нет, — я пожал плечами. — Очень даже разрешены. Я вот к Максиму Вячеславович никаких претензий не имею. Он мне все компенсировал с лихвой. А то, что мне неприятно его общество… Ну что ж. Первое впечатление сложновато переменить.
Кулым нахмурился, украдкой рассматривая мальчишку.
— Ну что ж. Хорошо, — проговорил старик.
В следующее мгновение глаза Кулыма блеснули так, будто ему в голову пришла какая-то внезапная идея. Он заговорил:
— А это, вот, Виктор Летов, директор охранной фирмы Оборона. Мож слышал?
Мальчишка снова удивился и опять очень запоздало скрыл эту эмоцию.
— А еще, он личный телохранитель Марины, — добавил Кулым и тут удивился уже я.
Однако, видя, что Кулым смотрит на меня с просьбой во взгляде, не стал возражать. Мальчишка, кажется, удивился еще сильнее.
— Кстати, Максим — сын нашего с тобой общего хм… хм… Друга. — Продолжал Кулым. — Вячеслава Евгеньевича.
Тут я, наконец, понял, кого же напомнил мне мальчишка. Значит, это сынок Косого. М-д-а-а-а. Похож. Черты и форма лица у него точно папкина. Вот ходи он с повязкой через харю, был бы одно с ним лицо.
— Ты знаешь моего отца? — Спросил у меня удивленный Максим.
— Ага. Были у нас с ним совместные предприятия, — хмыкнул я. — Даже можно сказать, что в прошлом мы с ним настоящие партнеры.
Теперь парень, кажется, расстроился. Я прям видел по его лицу, что все его планы нажаловаться на меня папочке, чтобы тот проучил дерзкого Летова, пошли прахом.
— Очень приятно, — угрюмо промычал Максим.
— А мне не очень, — сказал я.
— Это почему же? — Заинтересовался Кулым, и я в вкратце изложил ему все обстоятельства нашего с Максимом знакомства.
Максим же покраснел как рак и спрятал смущенный взгляд в пол.
— Ну что ж, — подавляя улыбку, заговорил Кулым. — Бывает. Максим, значит, у нас имеет горячий нрав. Ну а Летова мы все знаем, Макс. Ему не клади палец в рот. Так что ты очень уж опрометчиво поступил. Правда, потом исправился, все компенсировав.
Я со значением посмотрел на парня, когда почувствовал на себе его взгляд. Макс тут же отвернулся, сделал вид, что рассматривает красивый графин с коньяком, стоящий на журнальном столике.
— А теперь и мне придется извиниться перед тобой, Максим, — неожиданно сказал Кулым.
— За что? — Вскинул брови мальчишка.
— Я позвал тебя, чтобы ты поговорил с Мариной, но совсем забыл. Внучка сегодня допоздна останется в институте. У нее какой-то важный семинар. Прости меня за мою забывчивость. Возраст.
Кулым кривовато пожал плечами.
— Потому давай отложим вашу встречу на попозже. Передай отцу. Пусть позвонит мне, как будет возможность.
— А когда Марина сможет? — возбудился Максим, и глаза его неприятно заблестели.
«Неприятно, — поймал себя на мысли я. — Неприятно для меня. Пацан очень хочет познакомиться с Мариной. Вот зараза… Меня это злит. Придется признаться себе, что меня это злит».
— Еще не знаю. Я передам твоему отцу, — сказал Кулым. — Если у тебя есть еще какие-нибудь дела, можешь идти.