Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 4
Шрифт:
— К нашим тоже подходил, — сказал он. — приперся в один наш автосервис. Ну и давай расспрашивать всякое. Благо, Вовчик, хозяин тамошний, додумался нам позвонить. Мы как раз на стрелку собирались. Ну и заехали, взяли этого. Вот, теперь сидит.
— Я хочу с ним поговорить. В прошлый раз он помалкивал. Ну а раз прижали, грех не воспользоваться.
Моргун, по своему обыкновению, думал долго. Потом сказал:
— Ты, вроде, парень нормальный, Летов. Ровный. Ну пойдем поговорим. Посмотрим, как он запоет.
Когда мы пошли к БМВ, в которой сидел Вадим, я мельком обернулся на Женю. Уловив мое движение, он едва заметно отрицательно покачал головой. Видно было, что Корзун не рад, что я решил полезть во все это дело.
Ну что ж. Если я пытался предвосхищать появление проблем, Женя был человеком, только реагирующим на них. Он всегда считал, что решать проблемы нужно по мере их поступления, и не лезть вперед батьки в пекло. А раз уж сейчас, по его мнению, все идет нормально, и ввязываться никуда не стоит. Ну что уж тут поделать. В этом наши с ним взгляды не совпадали.
Главарь кирпичников приблизился к задней пассажирской двери бэхи, со скрипом открыл ее.
— Ну вот он, Джеймс Бонд сраный, — сказал Моргун, указывая на Вадима, сидевшего внутри.
Детектив сжался и посмотрел на меня очень удивленно. Странно, но болезненным он совершенно не выглядел.
— Здравствуйте, — с ухмылкой проговорил я.
Будто опомнившись, Вадим скрывался и сжал живот.
— Приветствую, Летов. Очень неожиданная встреча. Да и обстоятельства так себе.
— А по мне, так очень даже удачно получилось.
— Летов хочет кое-что у тебя спросить, — сказал Моргун строго. Считай, тебе повезло. Потому что сейчас тебя будут спрашивать культурно. А потом уж и мы с тобой поболтаем. Но уже по-другому.
— Я бы с радостью ответил на все ваши вопросы культурно, но только бы мне сначала отлучиться, а? Можно? Куда я денусь?
— Потерпишь, — буркнул Моргун.
— Да вот… Кажется мне, не потерплю. Очень мне хреново. Прям очень.
— Выпусти его, — сказал я. — Пусть пойдет, просрется. Только отправь с ним кого-нить из своих. Вон, Мухтара.
— Еще чего, — буркнул здоровяк, стоящий за нашими с Моргуном спинами. — Еще б я за дрестающими сыщиками не смотрел.
— Ну или он загадит вам всю машину, — пожал я плечами.
— Загажу, — серьезно подтвердил Вадим с таким лицом, будто его и правда сейчас прорвет. Причем сильно.
— Ладно, — согласился Моргун. — Мухтар! Пойди отведи его в кусты. Только подальше. А то ветер как раз на нас.
Мухтар, ругаясь матом, протиснулся между нами с главарем, злобно зыркнул на меня.
— Пойдем, — грубо схватил он Вадима за руку. — Выходи!
— Ты осторожнее, а то мало ли, — предостерег его Вадим, натянувший лицо настоящего страдальца.
Оба они направились к обрыву, заросшему прошлогодним бурьяном. Потом дальше, к кустам.
— А че он у вас спрашивал? — Проговорил я, провожая Вадима и Мухтара взглядом.
— А че? — Хрипловато ответил вопросом на вопрос Моргун.
— Да вот, интересно мне. Вопросы к нам били разные или одни и те же.
Моргун засопел, упер руки в боки, наблюдая, как два отделяющихся мужика скрываются в кустах.
— Спрашивал про барыгу одного. Тот одно время с нами работал, а потом пропал. А у тебя?
— Меня просил узнать одного человека по фотографии, — сказал я. — Сунул фотку, а я его и в глаза не видел. Говорит, ищет этого, с фотографии. Денег он должен какому-то его заказчику.
Понятно. Значит, Моргун тоже работал с Брагиным. Ну, это не удивительно. Поставщик продавал оружие всем бандитам подряд. Даже тем, кто друг с другом не в ладу. Интересно, а сами бандюки в курсе, что их пичкал армейским добром один и тот же человек? Вряд ли.
Спустя минут семь молчания, главарь вдруг засопел.
— Че-то Мухатр долго, — с подозрением в голосе проговорил Моргун, глядя вниз, на развернувшийся там Армавир.
— Проверить бы, — сказал я.
— Ну че, Федр Михалыч! — Крикнул вдруг один из бойцов. — Чего не едем?!
— Обожди, Вася, — бросил ему Моргун, не отрываясь от видов города.
— Пошли глянем, — сказал я, направляясь к дорожке, что промяли Мухтар с Вадимом в бурьяне.
Моргун пошел следом молча. Его снова окликнул кто-то из своих, главарь пацанов с кирпичного отмахнулся: сейчас вернусь, мол.
Мы прошелестели сухим бурьяном, влезли в заросли дикого крыжовника. Дальше, прошли в рощу, которой холм форштадта порос по всей своей длине.
Мухтара мы увидели не сразу. Первым его заметил я:
— Вон он!
Мы тут же перешли на аккуратный бег, избегая веток, норовивших тут и там ударить в лицо или зацепить за одежду.
— Вот падла… — Зло прошипел сквозь зубы Моргун.
Здоровяк Мухтар лежал под небольшим, кривеньким деревом дикой барыни. Привалился у самых Корней, сжавшись в позу эмбриона.
— Миха! — Тут же припал к нему Моргун. — А… сука… У него башка разбита!
Я опустился рядом.
— М-м-м-м… — Проявил Мухтар признаки жизни. — Че такое?
— Его ударили по голове, — сказал я, встав и оглядываясь. — А этот Вадим — хитрая рожа. Ушел.
Роща была довольно густой. Трава, обильно растущая под апрельскими дождями, уже доходила тут почти до щиколоток. Молодые листья деревьев перекрывали обзор.
— Сука… Найду… Ноги повыдергиваю… — зло сказал Мухтар, пока Моргун помогал ему подняться.
Раненый бандит повис на плече у своего главаря.
— Надо прочесать холмы… — с трудом проговорил Мухтар, утирая со лба кровь. — Найти эту суку и прибить!
— Хлеборезку закрой, у тебя, видать, сотряс, — хмуро сказал Моргун. — Щас ты его уже тут не найдешь. Летов верно говорит. Ушел. А ты, сука, как умудрился отхватить от мужика со спущенными штанами?
— Да он… Я не помню… — Мухтар потрогал лоб. — То ли камнем он меня огрел. То ли дубиной… Сука…
— Вот этой, видать, — сказал я, опустившись на корточки у толстой сухой ветки, валяющейся на земле. — Дал по голове и сбежал.