Чтение онлайн

Когда мужские пальцы коснулись бедра, я инстинктивно развела ножки, приглашая Мотиных шалунов в гости.

Я ни на что не рассчитывала, само так получилось. Растворилась в неге, мозги отключились. Осталось лишь одно нестерпимое желание. А Игорь, как назло, уходить не собирался. Он медленно потягивал из стакана. Вел светскую беседу и безотрывно следил то за блуждающими по мне руками бармена, мечтающего стать управляющим отеля, то за моими глазами, подернувшимися поволокой похоти.

Я, в который раз за этот вечер, потянулась к пухлым, пропитанным виски губам. Они меня встретили с радостью и страстью. Заглушили стон нетерпения. После чего я почувствовала легкое прикосновение между ног. Такое невесомое, кажущееся как будто от дикого возбуждения придуманным. А потом оно проявилось более явно. Мужские пальцы погладили крохотный лоскуток ткани стрингов и скользнули в заждавшуюся влажность. От переизбытка чувств я прикусила Мотину губу, потом тут же его подбородок. Лизнула его.

Матвей улыбнулся и чмокнул меня в нос, как неразумное дитя. Глупое и милое. Между тем проникая, протискиваясь пальцами в жаркую тесноту на всю длину.

Я слишком палевно задохнулась. Раскрыла рот, ловя воздух и, спохватившись, покосилась на Игоря. Он опять наблюдал. За нашими трогательными нежностями, а еще пялился на грудь, в возбуждении вздымающуюся, и на подол платья, прикрывающий такое сладкое, такое наичудеснейшее проникновение в меня толстых длинных пальцев. Он так же не видел, но знал. Знал, что происходит под тонким алым куском ткани. По моей реакции ощущал, по глазам. Поймав мой расфокусированный взгляд, не отпустил его. Смотрел так, словно это он, а не Мотя ласкал меня в это время глубоко, отыскивая точку «джи».

В момент, когда Матвей ее все же поймал, меня тряхнуло так, что я, не сумев скрыть накрывшего меня кайфа, содрогнулась. Резко изогнувшись, поймала зубами мочку любимого:

— Матюш, я хочу тебя, — пьяно просипела. — Пусть он уйдет, — капризно надула губы.

— Хорошо, Катенок, — прошептал мне в них голубоглазый, переглянулся с Игорем.

Тот недовольно тяжело вздохнул, но встал. Поставил на столик почти пустой стакан.

— Отдыхайте. — В воздухе мелькнул подброшенный блестящий блистер. Мотя ловко его подхватил.

— Ага. Давай. Увидимся еще.

Щелкнул замок закрывающейся двери, и платье тут же было нещадно сорвано с меня.

Глава 47

Утром я проснулась совершенно счастливая. После ухода Игоря мы наконец-то смогли как следует помириться. И так мы мирились, и мирились почти до самого рассвета. И даже похмелья не было, весь хмель в процессе выветрился. Мотя еще спал сном младенца, ну еще бы, умаялся мой голубоглазый за ночь. Я поразглядывала его какое-то время. Какой же он красивый! Все-таки мне повезло. И с Игорем все разрешилось чудесным образом. Он оказался вполне нормальным мужиком, и если бы не Мотя, можно было с ним и дальше мутить. Но мой Матвей лучше всех!

Тут в памяти всплыло воспоминание о том, что бармен так ничего и не ответил на провокационные вопросы Игоря о нашем совместном будущем, и на мое безоблачное счастье как будто наползла тучка. Ну ладно, не тучка, легкое облачко. Все-таки будем справедливыми, мы с Мотей знакомы всего ничего, и думать о свадьбе как-то преждевременно. Но, черт возьми, мне бы так хотелось о ней думать! Выбирать платье, свадебный торт, составлять список гостей… Да я уже и детей наших представила, таких же голубоглазых. Перед глазами тут же возникла картинка счастливой семьи: мы с Мотей сидим в шезлонгах у моря, а у самой воды строят замок из песка наши дети — мальчик и девочка.

Радужные мечты прервало пожелание доброго утра — это проснулся мой обожаемый бармен. Слова он подкрепил делом, и какое-то время мы увлеченно целовались. Уже собрались было перейти к процессу, от которого, возможно, и получились бы детки, как я недавно намечтала, но зазвонивший телефон не дал им шанса.

Звонили Моте. Он, чертыхаясь, взял трубку и недолго слушал неведомого абонента. Нажал отбой, посидел с недовольным видом, потом еще раз меня коротко поцеловал и начал собираться.

— Извини, малыш, я совсем забыл про работу. С тобой так чудесно, что всю память отшибло. А меня уже с собаками ищут, — посмотрел на мое огорченное лицо, подумал и, вероятно, приняв какое-то решение, предложил:

— А давай позавтракаем вместе? Подождут меня, не умрут. А мы еще побудем вдвоем немного. Только быстро собирайся, а то меня и вправду уволят и придется идти на поклон к твоему Игорьку, — Мотя заржал и шлепнул меня по заднице.

— Конечно, я сейчас, подожди! Я умею быстро собираться.

И я рванула в ванную, вмиг почистила зубы и умылась, кое-как расчесала волосы и соорудила хвост. Оставалось одеться и я, недолго думая, натянула сарафан.

— Все, я готова, — позвала Мотю уже от двери.

— Катя, это входит уже в дурную привычку у тебя, — Матвей с недовольным видом приблизился, держа на пальце мои трусики. — Я же запретил тебе разгуливать с голой попой!

— Ой, — пискнула я и покраснела. — Я не нарочно, честное слово! Просто торопилась, забыла.

— Забыла она, — проворчал голубоглазый и собственноручно натянул на меня стринги, не забыв от души потискать мои ягодицы. — Накажу! Но вечером. Пошли, кофе охота и пожрать.

Мы покинули номер и устремились в ресторан отеля, где можно было позавтракать, правда по дороге все время останавливались и принимались целоваться. Так, в обнимку, мы и вышли в холл, где наблюдалась какая-то странная суета, на которую мы не сразу обратили внимание, увлеченные друг другом.

Суетились, между тем, вокруг интересного, хорошо одетого мужчины в возрасте около шестидесяти. Он стоял у стойки ресепшена, а вокруг метались работники отеля. Ничего не замечая, мы бы прошли мимо, как вдруг мужчина, посмотрев внимательно на нашу неразлучную парочку, негромко произнес:

— И как это понимать? Что все это значит?

Матвей вздрогнул и, остановившись, медленно повернулся. Мужчина тем временем продолжил:

— Я оставил тебя за главного, и что я вижу? Работа стоит, а ты как обычно развлекаешься с девицами.

Мотя, побледнев, взял меня за руку и крепко сжал мою ладошку.

— Не волнуйся, Кать, это… это ерунда. Не переживай, я потом тебе все объясню, — шепнул мне ободряюще.

Я же внимательно разглядывала мужчину. Кого-то он мне напоминал, но вот кого? И эти голубые глаза… Я перевела взгляд на Мотю и встретилась взглядом с точно такой же парой глаз, только цветом чуть ярче, но задать вопрос не успела.

— Ну и что ты молчишь, сын непутевый? Сказать нечего? — не унимался мужчина.

— Сын? — удивилась я. — Моть, это твой отец, что ли? — уставилась на голубоглазого, но он вдруг как язык проглотил.

Зато мне ответил мужчина:

— Да, милая девушка, я, к великому сожалению, отец этого оболтуса. И сам, выходит, тоже дурак, раз рискнул оставил управлять нашим отелем этого… как ты говоришь — Мотю! — он презрительно махнул на свое поникшее чадо.

— Моть, ты… Ты сын? — обескураженно воскликнула я. — То есть ты… Это твой отель? И ты никакой не бармен? — Я недоумевала, но в голове потихоньку у меня начала выстраиваться полная картина. — Матюш, а почему ты мне сразу не сказал? Зачем обманывал?