Чтение онлайн

Смартфон задергался в кармане, принимая заявку от очередной страждущей, чей страдальческий взгляд вовсю наглаживал мои губы.

Инна: «Я так по тебе скучаю!..»

Капитанша, недавно заделавшаяся в монахини, лично сегодня ко мне не подходила — зато закидывала тоскливыми смайликами и сообщениями «я так по тебе скучаю, мне так без тебя тяжело» — как будто мы с ней были на разных концах земного шара, а не в соседних коридорах. Но нет, нас разделяло что-то куда более непреодолимое, чем расстояние — Катерина — по крайней мере, в ее мозгах. Хотя кто знает, может, воздержание скажется на ней благотворно — хоть перестанет лица разбивать направо и налево.

Сейчас же спортсменка голодно смотрела на меня, как на тортик во время диеты, и ерзала на стуле от желания подойти, однако доблестно несла свой обет безбрачия, словно отрабатывая его на глазах у Катерины. Правда, глаза заразы были лишь в ее смартфоне, откуда она не выныривала целый день. А рядом как ни в чем не бывало, глядя, как ее затягивает переписка с другим, сидел и лыбился Принц. А этот-то чего такой довольный? Может, тоже отрицал очевидное, как Валентина, которая, несмотря на все пруфы пребывания Мишеля в городе, с пеной у рта доказывала обратное? А может, он просто любил делиться?..

В любом случае Принц держал хорошую мину при плохой игре — потому что по школе, как и по всему городу, в этот день тоже ходили слухи. Все активно обсуждали, как, сколько раз и каких королевских подарочков принес Катерине ее европейский Санта-Клаус. А второй слух, тоже довольно популярный и широко распространившийся, заключался в том, что Инна избила Амину из ревности ко мне, за что Императрица запретила ей со мной встречаться. Как будто людям не все равно.

Смартфон снова задергался, требуя моего внимания.

Влада: «Ты что, с девушкой расстался?»

Влада: «из-за меня?!»

Казалось, куча колючек разом впились в мою щеку, которую со стола неподалеку напористо сверлила эта звезда.

Я: «Не льсти себе.»

Она что-то булькнула себе под нос и отвернулась.

Ну а следующую перемену я отдыхал не только телом, но и душой — и не в подсобке, а в коридоре около класса Даны, любуясь ее милой улыбкой и свежим загаром. Подруга с ходу подарила мне красиво перевязанную коробочку египетских сладостей, но я оказался к этому готов и презентовал ей серию открыток с дивными видами наших гор. Мы немного обсудили каникулы, а затем беседа как-то сама собой сместилась к насущным темам.

— С девушкой расстался, — как бы между делом заметила Дана, то ли спрашивая, то ли констатируя.

И почему слухи в этой школе распространяются так быстро?

— Да, — ответил я.

— Жаль, — произнесла она таким тоном, в котором читалось, что ей вообще не жаль.

— А можно, — вдруг протянул за спиной знакомый обиженный голос, — не загораживать проход из класса? Места, что ли, мало, где можно потрепаться?

Подобному тому, как еж вылазит на солнышко из-под коряги, Влада вышла на наш разговор из кабинета и выпустила колючки. Что дальше — скажешь, что и это из-за тебя? Однако в беседу с бывшей подругой неожиданно вступила Дана.

— Ты видишь, мы разговариваем, — сухо бросила она. — Можешь не лезть?

Ммм, а я смотрю, Дана-то взбодрилась, стоило мне стать свободным.

— Да я ни с одним из вас вообще разговаривать не хочу! — заявила колючка.

— Так уйди обратно, — сказала моя обычно милая подруга.

На секунду в коридоре повисла пауза. Я посмотрел на Дану, Влада посмотрела на Дану, и даже, по-моему, сама Дана посмотрела на Дану, не ожидая от себя такого. Она явно сменила тональность общения, и, признаться, такая Дана мне нравилась даже больше.

После чего один еж втянул свои колючки обратно и, обиженно пыхтя, ушел в класс. Стоило ли вообще из него выходить?

— Смотрю, не всем в этом отеле понравилось, — заметила подруга, провожая ее глазами.

Да понравилось ей, понравилось. Ценить просто не умеет то, что ей нравится.

Однако уже на следующем уроке кому-то, кто с утра не желала даже здороваться, явно очень захотелось пообщаться со мной поближе.

Влада: «Надо поговорить.»

Да неужели?

Я: «Вроде обо всем уже поговорили.»

Влада: «Жду тебя на перемене в подсобке.»

Я: «В какой именно? В школе их много.»

Влада: «В той самой, где ты трешься со всеми своими сосками!»

И о чем же ты хочешь поговорить? В очередной раз сообщить, что больше ничего никогда не будет? Я уже догадывался, чем закончится такой разговор — собственно, только поэтому и пошел.

— Что, всю школу тут пересосал? — с ходу пробурчала эта звезда, прислоняясь спиной к шершавой стене подсобки. — Даже не думай! Я не такая, как они, — и сурово сцепила руки на груди.

— Позвала сказать, что ничего не будет? — уточнил я, глядя на ее сочно подведенные губы, видимо, специально для разговора о том, как она меня не хочет. — Опять?

— А ты прям такой непонятливый, да? — буркнула она и, вскинув голову, дерзко уставилась на меня блестящими черными глазами.

Такое ощущение, у меня уже какой-то магнит начал срабатывать на ее колючки. По крайней мере, когда она смотрела так, к ней хотелось притянуться. Что я и сделал, взяв этого ежа за талию и прижав к себе. Горячее дыхание тут же обожгло мои губы. Влада, миг назад заявившая, что не будет со мной сосаться, прильнула ко мне, обвила мою шею и начала жарко меня сосать.

Определенно, надо поучить ее как-то получше выражать свои желания.

Ep. 63. Укрощение строптивой

— Ни за что и никогда, — заявила Влада, откидываясь обратно на подушку, — я не буду тебе сосать!

Вообще-то, это было невежливо с учетом того, что от своей части прелюдии я не отказывался. Но наша звезда была как всегда в своем репертуаре, обделяя не только меня, но, в принципе, и себя. Хотя когда, нацеловавшись в подсобке, она нетерпеливо потащила меня к себе домой — для чего нам обоим даже пришлось сбежать с последнего урока — я, честно говоря, рассчитывал на большую отдачу.

— Вообще-то, это удовольствие, — я ущипнул ее за вредную голую задницу. — Сама не понимаешь, в чем себе отказываешь. Всем девчонкам нравится.

— Всех так разводишь? — фыркнула она. — Я не соски твои, чтоб на такое купиться! И ни за что не буду трогать твой член губами, — и прям даже с какой-то гордостью добавила: — Ничей не трогала — и твой не буду!

Из чего я сделал логичный вывод, что ее бывший парень, точнее, почему-то все еще текущий, ее сексуальным воспитанием не занимался и с работой парня не справлялся вообще. Кроме того, на что ее толкали инстинкты — но тут, надо сказать, они не подводили — Влада не умела ни хрена. Так что теперь мне пришлось ей доступно и, главное, наглядно объяснять, что в человеческом теле нет органов, которые не созданы для любви. Словом, задача научить ее стонать легла на мои плечи — вернее, уселась на мой член.