Чтение онлайн

— Всю ночь? — усмехнулся я, пытаясь снова поймать ее неугомонную пятую точку. — Делать уроки?

— Да ты только посмотри на стопку этих учебников, — лукаво улыбнулась моя недотрога и подскочила к столу. — Какая большая! Сколько у нас еще несделанных уроков… Ночи явно не хватит…

И ведь реально же, мелкая паразитка, начала их перебирать.

— Вот, например, алгебра несделанная, — приговаривала она, торопливо откладывая книгу за книгой. — Несделанная история…

Пользуясь тем, что Дана наконец стояла на месте, я схватил ее сзади и пленил аппетитные полушария, настраивая эту прилежную ученицу на совсем другие уроки.

— О, английский… — блаженно зажмурилась она от моих прикосновений, чуть не выронив очередной учебник из рук. — Нет, английский мы сегодня точно делать не будем. Ты и так слишком хорош в английском…

Дана, с твоими хвостами в анатомии тебе только ею сейчас и заниматься. Дай мне уже… тебя подтянуть! В этом я тоже очень хорош.

— А это у нас что? — внезапно оживилась она.

Вот так меткость! Среди груды учебников на глубине, куда просто так не добраться — камон, какая девушка на ночь глядя будет перебирать учебники своего парня! — моя вредина обнаружила-таки ежедневник с капибарой, который сама же мне однажды и подарила. Возможно, он бы не привлек ее внимания сейчас, вот только на обложке аккурат около рта капибары красовался огромный бабл: «трахни меня!» Уже не помню, какая из моих пакостных подруг его пририсовала, но о чем эта книжица, сразу становилось понятно.

— Как интересно… — протянула Дана, разворачивая ее.

— А это ты подарила, — напомнил я, — чтобы я записывал планы на лето.

— Планы на лето, — эхом повторила она, листая то, что внутри. — Смотрю, у тебя было очень много планов на лето…

Решив переключить ее с неправильных занятий на правильные, я хорошенько помял спрятанные под свитером сочные холмики, которые уже явно просились на свободу.

— «У тебя просто волшебный член!» — с выражением прочитала моя милашка. — «Такие вещи им волшебные делаешь…» Сколько же тут довольных отзывов, — с иронией взглянула она на меня. — Ты реально настолько хорош?

— Так, давай сюда!

Чувствуя, что блокнот стал третьим лишним, я попытался его забрать.

— Не-не, я еще не дочитала, — Дана ловко извернулась и продолжила: — «Теку от тебя и брызгаю! Полей мою розочку еще разок…» О, тут даже картинка есть! Цветочек рядом какой-то корявый… Или, — она с вредным личиком задумалась, — это такая кривая вагина?

— Давай уже сюда! — я еще нетерпеливее попытался забрать эту книгу отзывов и предложений.

Нечего любоваться на чужие цветочки — лучше покажи мне собственный!

— Подожди, — моя язвочка снова увернулась, — тут много еще чего интересного…

Решив, что хватит уже разговоров и нужен силовой подход, я попытался забрать ежедневник. Она же, как гибкая козочка, со смехом отскочила от меня, и некоторое время мы просто прыгали по комнате, пока моя недотрога с чувством зачитывала отрывки и похвально ловко уворачивалась от меня. Но долго бегать эта неугомонная попа все равно бы не смогла — совсем скоро я поймал ее, схватил и завалил на кровать, где спастись от меня будет гораздо сложнее. Я оказался на ней, она — подо мной, а блокнот — в ее вытянутой руке, максимально далеко от меня. Но зачем мне теперь эта книжка — я уже получил все самое главное. В тишине было слышно, как громко и трепетно стучит ее сердце.

— Обожаю, когда ты так на меня смотришь!.. — выдохнула Дана и горячо прижалась к моим губам.

Я сгреб в ее объятия, жадно отвечая на поцелуй. Ежедневник выпал на пол, но он больше и не был нужен. Зачем читать про мои умения, когда можно их оценить на практике? И первое из них — то, как быстро я могу раздеть девушку — я показал моей милашке в этот самый момент. Опомнилась она, когда на ней остались только трусики, и моя рука без особых препятствий нырнула в них, собираясь оставить ее вообще без всего.

— Ну вот, — томно пробормотала Дана, — ты опять пытаешься снять трусы без разрешения…

Решив показать, что исправился, я пока оставил трусы нетронутыми и прильнул губами к ее груди.

— Можно?

— Можно, — выдохнула моя недотрога, наслаждаясь поцелуями.

Хорошенько поигравшись с мягкими вкусными холмиками и их острыми вершинами, мои губы спустились к ее голому животику.

— Можно? — вспомнив про этикет, продолжил я.

— Можно…

И вот когда на животике уже не осталось ни одного незацелованного сантиметра, я спустился еще ниже — туда, где наконец начиналась линия трусиков — и, чуть сдвинув ее, поцеловал.

— Можно?

— Можно… — уже не выдохнула, а простонала хозяйка всех этих прелестей.

Подхватив кружевной край, я потянул с нее последний клочок ткани, оставляя мою милашку в прекрасном первозданном виде. А потом на манер фигового листка сам прильнул к тому, что только что было скрыто.

— Можно?

— Можно… — сладко выгнулись в ответ на мои прикосновения.

Вдоволь наигравшись языком, я подключился и пальцами, проведя ими по мокрой нежной киске.

— Можно? — не забывал я при этом быть джентльменом. А может, мне просто нравилось слышать прерывистое «можно» в ответ.

— Можно…

Некоторое время я пил из этого сладкого источника, а ее ножки, подрагивая, все разъезжались, и наконец, когда они разъехались так широко, что там могли поместиться не только мои губы и пальцы, но уже и весь я целиком, я снова поднял глаза на мою улетающую недотрогу.

— Можно?..

Это «можно» явно будет последним. Дана с трудом сфокусировала на мне глаза, которые уже затянула томная поволока.

— Можно, — прошептала она. — Тебе все можно…

И следом потянула мои губы к себе, освобождая место между своих разведенных ножек для более подходящего им органа. Я приподнялся, нависая над ней. Она с готовностью обвила руками мои плечи, а ногами — мои бедра. Момент был просто идеальный…

…чтобы его кто-нибудь испортил или что-нибудь помешало.

— Ромк, а ты диван мне не передвинешь?.. — могла ворваться Полина, появившаяся невесть откуда.

— Рооом, а мы к тебе пришли!.. — могли хором завопить мои подруги.

— Чем это вы тут занимаетесь?!.. — мог вломиться в комнату даже ее папаша.

А еще могла обвалиться лестница, пойти за окном метеоритный дождь или просто прилететь НЛО… Я так долго этого ждал, что, казалось, что угодно могло это испортить.

Но… никто не помешал, никто не испортил, никто не позвонил, никто не зашел, никто не вломился, не упал метеорит и даже не случился апокалипсис. В тишине комнаты я слышал только, как участилось ее дыхание, как стучит ее сердце, как стучит мое сердце. А затем ее губы прильнули к моим губам, словно моля нас больше не терять время.

И я наконец сделал ее моей.

— Привет… — ласковый поцелуй коснулся кончика моего носа.

Проснулся я самым счастливым парнем на планете. Теплое нежное тело моей девушки, которую я ночью сделал женщиной, тонуло в моих объятиях, светлые волосы разметались по моему плечу, а глаза смотрели в мои глаза с восторгом и любовью. На простыне рядом лежал квадратик презерватива — забытый и не распечатанный. Дана, как оказалось, подготовилась не меньше меня, что стало еще одним приятным сюрпризом. И с самого начала я познал ее, а она меня без всяких лишних преград.