Моя ревность тебя погубит
Шрифт:
Моя бедная девочка. Конечно, она не может доверять мне, не сейчас. Мне предстоит тяжёлая работа, прежде чем она довериться мне полностью. И клянусь перед собой, что взяв её на свои руки, никогда не уроню — даже если сам буду падать.
— Полина, — говорю я, когда вхожу и мои туфли соприкасаются с белой плиткой. Она оборачивается и быстро встаёт на ноги, подбегая ко мне.
— Ты немного опоздал, — она подходит ко мне, слабо улыбаясь.
— Прости, милая. Мне пришлось сегодня немного поработать. Надеюсь, ты хорошо провела время с отцом? — я перевожу на него сердитый взгляд, пока он молча наблюдает.
— Да, всё прекрасно.
— Может, ты хочешь, чтобы папа остался у нас на ночь.
Её глаза горят яркими огоньками, даже несмотря на их разговор.
— Да, а можно?
— Конечно. Мы можем приготовить ему спальню для гостей. Как вы сами на это смотрите?
— Я сейчас приготовлю! — радостно пищит Полина, прижимаясь ко мне, прежде чем высокить наружу и побежать через весь двор в дом.
Когда мы остаёмся в помещении только вдвоём, я подхожу к нему ближе. У меня нет цели причинить ему вред, но я никому и ничему не позволю препятствовать моим отношениям с Полиной.
— Услышь меня на этот раз, потому что третьего предупреждения не будет.
— Ты м-можешь повторять это с-сколько угодно раз. Я-я её отец.
— Я её будущий муж.
Распуская запонки, я закатываю рукава. Прочистив горло, продолжаю:
— Но мне импонирует, что тебе не всё равно. Я уже говорил, я не собираюсь припятствовать вашим встречам, только эти встречи никак не должны влиять на её отношение ко мне, — я кладу пиджак на спинку дивана и возвращаюсь к нему. — Я объясню. Она разочаруется в твоём мнении и может потерять с тобой связь. Мне бы было легче от этого, но я знаю, что это сделает её несчастной. Лишь только поэтому я хочу, чтобы ваши встречи и общение продолжалось. Это то, чего она хочет. Не иди против меня, потому что Полина останется со мной. При любых обстоятельствах. Кто бы что ни делал.
Он смотрит прямо мне в глаза, не говоря ни слова. Он упрямый, но не идиот, поэтому я уверен, что смысл моих слов дошёл до него. Я смогу прекратить это общение в один миг, но я этого не сделаю.
Пока не сделаю.
***
То, что её отец остался у нас на ночь, очень её порадовало. Но я вижу, что что-то крутится у неё на языке с самого утра. Даже сейчас, когда её голова лежит у меня на груди и она должна спать, она о чём-то думает.
— Что ты хочешь мне сказать, принцесса? — спрашиваю я, проводя пальцами по её растрёпанным волосам.
— Откуда ты знаешь, что я хочу?
— Я вижу, как ты собираешься это сделать, но замолкаешь в последнюю секунду.
Она приподнимается на локтях и смотрит на меня. Проникающий в нашу спальню лунный свет даёт мне возможность разглядеть мой любимый румянец на её щеках, неловкость в каждом её жесте и движении.
— Я не знаю. Мне очень неудобно просить тебя.
— Когда-нибудь я вытравлю эти неудобства из тебя. Ты не представляешь, что для меня значит забота о тебе, принцесса.
— Что?
— Есть то, что делает людей счастливыми.
— И это делает тебя счастливым?
— Да. Больше ничего, кроме это. Только ты и возможность заботиться о тебе. Теперь скажи мне, в чём дело.
— Просто скоро нужно платить за контракт. И подписывать договор с университетом, но я не могу это сделать, так как мне ещё нет семнадцати лет.
— И это всё, что тебя тревожило? — усмехаюсь я.
— Да. Это всё.
— Если ты не будешь говорить то, что тебе нужно, мне придётся сильно тебя наказать, принцесса.
Я притягиваю её ближе, целую каждый миллиметр её губ.
— Тогда я не буду говорить, — улыбается она, освобождаясь от моих поцелуев, и снова ложится на мою грудь.
22. Боль
Когда все уже покидают амфитеатр, я только кладу ручку с блокнотом в сумку и встаю со своего места. Спускаясь по ступенькам, я улыбаюсь преподавателю, прежде чем подойти к дверям.
— До свидания, Валентин Евгеньевич.
— До свидания, — говорит он, не отрывая взгляда от бумаг, которые складывает в папку. Но когда поднимает взгляд и видит меня, тоже улыбается. — Кстати, Полина, я вижу, вы старательная и способная студентка.
Мне приятно слышать это от преподавателя. Особенно от того, который обращается ко всем по фамилиям и не запоминает, как кого зовут.
А моё имя он знает, хотя я даже не успела никак проявить себя на его предмете. Никто не успел, потому что весь этот месяц у нас были только лекции, а практические занятия начались только сейчас.
— Спасибо большое. Я стараюсь записывать всё, что вы говорите.
Валентин Евгеньевич симпатичный мужчина, высокий, у него приятный голос и его интересно слушать. В отличие, от некоторых других преподавателей, хотя я стараюсь слушать всех.
— Да, я заметил, я часто наблюдаю за вами на парах. И если вам что-нибудь понадобится, то вы можете обращаться ко мне напрямую.
— К вам напрямую?
— Да, возможно, вам нужна будет помощь. В плане учёбы или чего-то ещё. Можете записать мой телефон.
— Эм, хорошо, конечно.
Достав телефон из сумки, я протягиваю его ему и наблюдаю за тем, как он вводит цифры, нажимает на кнопку вызова и сбрасывает. Он отдаёт телефон мне и я записываю его в контакты. Мне кажется это немного странным, но с другой стороны мне всё ещё приятно, что он видит во мне старательного человека.
— Спасибо, до свидания ещё раз.
— До свидания, Полина. Звоните, если вам что-нибудь понадобится.
Выскочив из амфитеатра, я подхожу к трём девочкам, с которыми познакомилась в начале учёбы. Они ждали меня здесь, пока я не выйду. Осознание этого согревает мне душу, потому что в школе у меня не было друзей. Я общалась с кем-то, но это было очень поверхностно. После девятого класса мне слишком сильно начали обращать внимание на свой внешний вид и внешний вид одноклассников. Все хотели общаться с хорошо одетыми ребятами из приличных семей, а не с теми, кто донашивал старые вещи не первый год.
Иногда у меня складывается впечатление, что если бы не вся это купленная Стасом одежда, здесь было бы то же самое.
Мы все идём в направлении следующей аудитории.
— Что он от тебя хотел, Полин? — спрашивает Лера, когда две наши другие наши подруги останавливаются у киоска на первом этаже, чтобы что-то купить.
— Ничего, просто сказал, что я могу к нему обращаться, если что-то понадобится по учёбе.
— Ого, а он не думает, что слишком старый для тебя?
— Что? — я не могу сдержать улыбку. — Нет, он ведь ничего такого не имел в виду.