Моя рыжая чудачка
Шрифт:
– Не совсем так, – задумчиво ответил Рома, вспоминая их странный разговор. – Это было моё решение.
– Короче, теперь я вообще ничего не понимаю, – Володя выглядел озадаченным. – На фига! На кой тебе она сдалась? Пусть, как хочет, так и выкручивается. Что за благотворительную ерунду ты устроил?
– Я всё понял, – Паша прищурился. – Он таким способом хочет её проучить, чтобы в следующий раз не корчила из себя Шумахера. – Посмотрел на друга: – Да, Рома?
– Подождите вы! – перебил их Игорь. – Пусть он сам скажет.
– Да мне особо-то и сказать нечего, – Рома откинулся на спинку дивана и неспешно закинул ногу на ногу. На лицах друзей читалось неприкрытое любопытство с лёгкой долей разочарования. – Ладно, так и быть, – едва заметно улыбнулся, наблюдая за насторожившимися друзьями. – Если коротко, у неё нет таких денег, она не хочет об этом происшествии рассказывать родителям, и всю сумму сможет собрать только за пять месяцев. Чтобы ускорить этот процесс, я нанял её на работу. В общем, мы заключили соглашение.
– А вот с этого момента давай поподробнее, – попросил Володя, недобро усмехаясь.
– О-хре-неть, – восхищённо протянул Паша, быстро оценивая все перспективы такого соглашения. – Это же надо, какая удача! Тебе, друг, несказанно повезло. Если что, она мне тоже должна, – выпалил он и замолчал, брезгливо поджимая губы. – Эх, была бы ещё не такая стрёмная, тогда вообще – сказка. Хотя, как говорится, на безрыбье и рак рыба.
Ребята засмеялись. Вот только Рома почему-то всеобщего веселья не разделял, его покоробило от всех этих грязных предположений, и он угрюмо молчал, обводя друзей мрачным взглядом. Хотя, что тут скажешь? Сам такой!
– Не о том ты думаешь, Паша, – он прервал веселье друзей. – Речь шла о самой настоящей работе, и пока это почётная должность моего водителя, а потом придумаю ещё что-нибудь.
– Тоже неплохо, – усмехнулся Володя. – Кстати, какие у тебя планы на вечер? – быстро сменил он тему, услышав в голосе Самойлова плохо скрываемое раздражение. – Ты сегодня идёшь с нами?
– Нет, – коротко бросил Рома, возвращаясь к еде. – Я отсюда сразу к деду, а потом попробую поговорить с отцом. Так что сегодня точно без меня.
– Удачи тебе в этом, – пожелал Игорь. – Мой так упорно молчит, – посетовал он, удручённо качая головой, – что я не знаю, на какой козе к нему подъехать.
– Всё образуется, – оптимистически выдал Паша и обратился к Самойлову: – Ромыч, а может, ты всё же передумаешь и присоединишься к нам? У нас сегодня очень интересная программа намечается. Будут девчонки! – Хитро прищурился и заговорщицким тоном добавил: – И придёт твоя Кристи… Ой! – вскрикнул он и изумлённо уставился на Володю. – Ты чего?
Рома перестал жевать, поднял глаза на друга и вопрошающе изогнул бровь.
– Вот только не надо на меня так смотреть! – недовольно проговорил Володя. – Я не могу ей запретить приходить в этот клуб.
– Конечно, не можешь, – согласился Рома. – Но почему она с вами?
– Ну, как-то так вышло, – неопределённо ответил Володя, в своей манере пожимая плечами. – Кристина вчера была там со своими подругами, подошла к нам, спросила о тебе, а потом как-то само собой получилось, что они все присоединились к нам.
– Это я их пригласил, – радостно сообщил Паша. – А Володя позвал их с нами прокатиться на этих выходных за город пожарить шашлычков, – тараторил он, не замечая, каким осуждающим взглядом смотрит на него Рома. – И прикинь, они согласились.
– Прикидываю, – буркнул Рома, поднимаясь из-за стола. – Ладно, созвонимся. Пойду я.
Володя подорвался с места и заступил ему дорогу.
– Ромыч, ну ты чего? – он дотронулся до плеча друга, заставляя взглянуть на себя. – Я ведь не специально! Оно само вырвалось, а там слово за слово, и я сам не понял, как вышло, что я их пригласил поехать с нами.
– Всё нормально, – проговорил Рома холодным тоном, поведя плечом; он не обижался на друга, потому что прекрасно знал Кристину – самого искусного манипулятора. – Я и правда спешу. Увидимся. – И, не оглядываясь, направился к выходу.
Володя проводил Рому тяжёлым взглядом до самой двери и резко обернулся к столу:
– Не, ну тебя кто просил?
– А я что? – не понял Паша. – Я ничего! – Растерянно посмотрел на Игоря, ища поддержки: – Рано или поздно он всё равно узнал бы, так какая разница, когда сказать?
– Я бы тебе сказал, какая разница, – презрительно процедил сквозь зубы Володя.
– Так скажи! – завёлся Паша, поднимаясь из-за стола.
Игорь решительно встал между ними.
– Хватит вам уже! Как два барана, ей богу. Ну, сказал и сказал, что теперь? Разберутся как-нибудь без нас. Не хватало, чтобы мы ещё ссорились из-за этого.
Сколько раз Игорь выступал между ними миротворцем, всегда умея примирить их, просто не счесть. Вот и сейчас он вовремя вмешался и развёл драчунов по углам, а так неизвестно, чем бы всё это закончилось.
Ребята посмотрели на него, недобро глянули друг на друга и разошлись по своим местам; дальше ужин проходил уже в полном молчании.
Поздним вечером.
Вооружившись микро-отвёрткой, Лиза аккуратно выкручивала винтик из крепления сломанной дужки, а рядом лежала точно такая же, только немного другого цвета, но зато идеально подходящая по форме к пострадавшей оправе.
– Как хорошо, что я никогда ничего не выкидываю, – похвалила она себя, пытаясь нащупать прорезь на винте; последние очки она сломала пополам, нечаянно сев на них, но не стала выкидывать, хоть отец и предлагал это сделать. – Ничего! Похожу пока так. Никто даже и не заметит подмены.
Наконец дело тронулось! И в этот момент прозвучало звуковое уведомление о новом сообщении, заставив её вздрогнуть и выронить отвёртку из рук, винт тотчас ускакал со стола. Лиза с досадой покосилась на телефон, и тут же её брови медленно поползли вверх. На экране светилось одно-единственное слово: «Спишь?»
На имени отправителя красовалась буква «Р»; именно так Лиза подписала Романа Самойлова в контактах своего телефона. Бросила взгляд на часы, висящие на стене: половина десятого.