Чтение онлайн

— А я на самом деле скучаю по пицце, — сказала я мечтательно.

— Упс. Пора идти, — резко оборвала Тэмми. — Мы с Салли отправляемся по магазинам.

— Здорово! Желаю хорошо провести время! — ответила я с преувеличенной бодростью.

В любом случае пора было заканчивать разговор. Как бы трудно ни было признаться, но ее случай раздражающе действовал мне на нервы. Если бы я услышала еще что-нибудь о замечательной жизни Тэмми, мне бы пришлось одолжить одну из пустышек Нолана, чтобы успокоиться.

К тому времени, когда Дебра с Ноланом уже летели назад в Лос-Анджелес, я все еще так и не решила, каким будет следующий эпизод в моей голливудской карьере. Я даже не была уверена, хочу ли еще раз выступить в роли няни. Однако мне нужно было куда-то уходить, поэтому я снова вернулась к своей сестре в брентвудскую коробку. Впятером, а иногда и вшестером, мы втискивали себя и наши пожитки в это крошечное пространство размером пятьсот квадратных футов. Там даже не было каморки, достаточно большой, чтобы я могла поместиться, поэтому я просто пользовалась спальным мешком.

Я была расстроена и одинока и подсознательно стремилась к Райану. Мы частенько разговаривали с тех пор, как «вернулись друг к другу», и я подумала, что наступило время встречи. Он был более чем счастлив приехать ко мне. Ему досталась кушетка.

Почему мне не хочется оставаться в Лос-Анджелесе и снова искать место няни? Я больше не хочу привязываться к детям. Хватит с меня Аманды, Джоша и Брэндона. Но мне нужна какая-то работа; нужны деньги, чтобы выплачивать рассрочку за автомобиль. Почему я не сдавала тесты SATs [102] , когда у меня была такая возможность?

Устав чувствовать себя сардиной в банке, я начала искать работу. Обновив резюме, я указала в нем только работу у Дебры, хотя я не могла не осуждать себя в душе. Но что, если Майкл по-прежнему не хочет давать мне хорошую рекомендацию? Мало кто в этом городе будет слушать Дебру, а не Майкла.

Я позвонила местному координатору в «Мамочки Малибу», но все вакансии, которые они могли мне предложить, были далеко от Синди. А я хотела быть поближе к ней, на случай если выдастся свободный вечерок. Я нашла еще одно агентство и старалась поддерживать в себе хорошее настроение. Райан от нечего делать поехал со мной.

Агентство называлось именем его основательницы — «Беатрис Дарт». Женщина, которая приветствовала меня, вероятно, и была ею — впервые эти оригинальные двери открылись в далеких шестидесятых. Запах в комнате был затхлый. Женщина — старой. Я представилась и присела, пододвинув к ней свое резюме. Она нацепила старушечьи очки и принялась его изучать.

— Хм, — пробормотала она через пару секунд. — Думаю, у меня есть кое-кто для вас прямо сейчас. Сядьте туда. — Она ткнула сухим пальцем в зону ожидания, даже не взглянув на меня. И погрузила нос в картотеку. Порывшись в ней, она стала набирать номер, вертя диск черного телефонного аппарата, который, вероятно, был установлен в день открытия конторы. — Здравствуйте. Говорит Беатрис из «Беатрис Дарт», — произнесла она.

Молчание.

— Думаю, у меня есть кое-кто для вас… Да, гм… сейчас проверю.

Она встала, критически оглядела меня и вернулась к телефону.

— Да, симпатичная. Что? О, не могли бы вы подождать секундочку? — Это она мне, прикрыв рукой микрофон.

Что она еще собирается им сказать? «Вообще-то если вдуматься, она не потрясающе красива, поэтому ваш муж наверняка не станет заигрывать с ней, как было с той последней девушкой, которую я вам присылала».

— Дорогая, вы можете прямо сейчас поехать на студию «Парамаунт»?

— Гм, ну… да, — запинаясь, ответила я. — Полагаю, да. Это далеко?

Она не ответила.

— Хорошо, тогда прямо сейчас. — Она положила трубку.

Я получила от нее листок с адресом: «Эр»… «пэ»… «Набор стульев»? Почерк старушки Беатрис напоминал каракули врача на рецепте. Совершенно неразборчиво. Меня берут няней или доставщиком мебели? Может быть, у Беатрис не хватило времени, чтобы прочитать мое резюме? Она выглядела почти на восемьдесят. Может быть, она хочет устроить меня на место домоправительницы?

— Миссис Дарт, — осмелилась я. — Я не могу разобрать, что вы написали. Это… набор стульев?

— Нет, дорогая! — Она засмеялась и закашляла. — Это сериал «Чирз». Знаешь, это телевизионное шоу.

«Чирз»? О, «Чирз»!

— Вы будете разговаривать с Pea Перлман, моя дорогая. Не волнуйтесь. Студия недалеко. Я подскажу, как вам добраться.

О-о-ох! Я никогда не была на съемочной площадке или в студии. (Ну, за исключением того раза, когда Синди и я получили билеты на Долли Партон и сидели потом в зеленой комнате вместе с семьей Патти Ла Белле.) Наверное, все это пустая трата времени. Беатрис даже не проверила мои рекомендации, а тот, с кем она разговаривала, очевидно, не поинтересовался. Но стоит мне упомянуть о моей маленькой проблеме — и второго собеседования, я знала это наверняка, не будет. Надежда лишь на голливудское волшебство. Ведь я же не перестала в него верить?!

Вдруг я вспомнила о Райане, сидевшем в моей машине. Кто же знал, что Беатрис сразу отправит меня на собеседование? Выхода нет. На съемочную площадку я поехала с Райаном. Честно говоря, он из тех парней, которые в привычной обстановке выглядят намного лучше. Не упоминала ли я, что он из четвертого поколения лесорубов? Его грубоватая красота и небрежный стиль были родом из маленького лесозаготовительного городка. Он искренне верил, что выражение «ain't» [103] — это новое современное слово, поскольку он слышал его в любимом шоу «Придурки из Хазарда» [104] . (Он гордился своим сходством с Бо Дьюком.) Это — и многое другое — выводило меня из себя; я то и дело одергивала его, поправляла. Почему бы мне просто не оставить бедного парня в покое, пусть живет своей собственной жизнью, и не надо пытаться убедить его, что вступление в Международную федерацию реслинга — это нереально, зачем я это делаю, сама не понимала.

Весь гардероб Райана состоял из футболок, выцветших джинсов «Левис», теннисных туфель и нескольких бейсболок разных цветов. Временами он дополнял этот ансамбль пуловером, оживлявшим рубашку «хикори» [105] (если не знаете, что это такое, то и не спрашивайте). Но его отличительным признаком был протертый круг на заднем левом кармане джинсов: «Копенгагенский жевательный табак». Он так долго носил там нюхательный табак, что даже когда баночка переместилась в его левый нагрудный карман рубашки, пятно осталось.