Моя строптивица
Шрифт:
– И куда же ты направилась, Аделина? Так соскучилась по своему дружку, что до утра не дотерпела?
– Какому дружку, Ройнал? Неужели ты не понял, что это проделки твоей драгоценной вдовушки?
Мы стояли друг напротив друга и пристально смотрели друг на друга. На мои слова Ройнал заметил:
– Не вижу причины, зачем ей это делать.
– А ты подумай, Ройнал. Я сегодня её задела. Она просто захотела отомстить. Или решила устранить соперницу. Ты ведь ей ни сказал, что наш брак фиктивный? Интересно, почему?
– Это нелепо.
Вот ведь упрямый, даже не прислушивается ко мне!
– Нелепо то, что ты вот так вот просто поверил! У тебя даже картинка сложилась! Если бы ты хотел докопаться до истины, ты бы уже нашел этого посыльного, узнал, кто купил коробку в кондитерской. Но зачем тратить деньги и время? Картинка ведь сложилась!
Я развернулась и пошла, куда глаза глядят, лишь бы подальше от Ройнала. Видеть его не могла, так зла была.
– Аделина, постой.
Даже не подумаю. Еще чего. Чтобы выслушать очередную порцию грязи и помоев?
– Аделина!
Я прибавила шаг. И где тут ворота или хоть какая-нибудь калитка? Он, конечно, без труда нагнал меня. Резко развернул к себе, я даже чуть не упала, если бы он не поддержал за руку.
– Хорошо. Я завтра все проверю. И если я не прав…
– То, что? Извинишься? Мне этого недостаточно.
– А что же ты хочешь?
– А давай поспорим. Если права окажусь я - и все это подстроено, то я загадываю желание. А если ты все-таки найдешь моего любовника, то так и быть - загадываешь ты.
Ройнал прищурился:
– Любишь играть с огнем?
– Пытаюсь доказать тебе, что твоя Натэлия гадюка.
Наши взгляды перехлестнулись. Мне бояться нечего - я знаю, что права. А вот ты, Ройнал, сильно пожалеешь об этом споре.
– Чего ты так радостно улыбаешься, Аделина?
– Я предвкушаю. Ты даже представить не можешь, Ройнал, какое желание я загадаю.
Мы вполне мирно вошли в дом, будто и не было накануне ужасного скандала. Внутри было темно и тихо, будто все немногочисленные обитатели особняка спят крепким сном. И только нам двоим чего-то не спится. Ройнал взял меня за руку, чтобы я в кромешной тьме не свернула себе шею и уверенно повел за собой. Вообще у меня было странное состояние. Еще недавно я с ума сходила от возмущения, готова была поколотить Ройнала за все гадкие слова, сказанные в мой адрес. А сейчас меня наполняло беззаботное веселье, будто все проблемы уже решены, а подлые гадюки получили по заслугам. Вряд ли в таком состоянии я смогу уснуть. Хотя мне есть чем заняться - нужно еще придумать самое коварное в мире желание для Ройнала. Я не удержалась и хихикнула. Мы как раз подошли к лестнице, ведущей на второй этаж. Ройнал тут же отреагировал:
– Я так понимаю, ты уже придумала желание?
– И не одно, можешь мне поверить. Но я еще не определилась с выбором.
Мое бурное воображение услужливо подсунуло картинку на которой Ройнал размазывает по лицу Натэлии бисквитное пирожное. Или выливает ей на голову бокал шампанского. Согласна, это по-детски и как-то мелочно, но помечтать-то можно? Но представленные картинки не выходили из головы и я не удержалась от громкого хохота, представляя обиженное лицо Натэлии. Я даже была вынуждена остановиться на лестнице и взяться за перила, чтобы ненароком не упасть.
– Ну и что тебя так развеселило?
– Ой, Ройнал… тебе лучше… этого не знать…
Новый приступ хохота буквально согнул меня пополам, и я уселась прямо на ступеньки, пытаясь унять истерический смех. Но не получалось. Видимо напряжение последнего дня дало себя знать, и выходило из меня вот таким странным способом. Я понимала, что пора остановиться, но у меня не получалось.
– Аделина, ты понимаешь, что это уже ненормально?
Я помотала головой, не в силах выдавить из себя и слова. По щекам уже катились слезы, а я все смеялась, как идиотка.
Ройнал видимо понял, что я совершенно не в состоянии контролировать свои эмоции. Он просто поднял меня на руки и понес вверх по лестнице. Представляю, как это выглядело со стороны, потому что даже на руках у супруга я продолжала хохотать.
Открыв дверь в мою спальню ногой, Ройнал вошел внутрь и громко позвал:
– Ядвига!
Мне было уже плохо от собственного хохота и я молила небеса, чтобы эта истерика уже закончилась. И тут мою щеку словно обожгло пощечиной. Я замолчала и потрясенно посмотрела на Ройнала.
– Прости, но это был единственный способ привести тебя в чувство.
Зря он так подумал. Потому что из моих глаз тут же полились слезы. Ройнал мученически вздохнул. А мне стало так себя жалко. Почему он всегда меня обижает? Он что, по-другому не может?
Я уселась на софу и ревела уже в голос. Ну что за день-то такой сегодня?
– На выпей.
Ройнал стоял передо мной и протягивал бокал с какой-то темной жидкостью.
– Что это?
– Успокоительное.
Я отпила чуть-чуть и скривилась:
– Это вино!
– Пей, считай, что это лекарство.
Я сделала еще один глоток и отстранила бокал. Слишком крепко. Подняла на мужа глаза, полные слез, и спросила:
– Ройнал, почему ты всегда делаешь мне больно? Что ты за человек такой?
– Так, понятно. Пей до дна.
Я послушно осушила бокал и мне и впрямь стало легче. Ройнал уселся рядом и своим платком заботливо вытер мое лицо. Я даже замерла от неожиданности. Удивленно всхлипнула напоследок.
– Вот и замечательно. Хорошая девочка.
У меня что галлюцинации? Это, действительно, Ройнал? Тот самый мужчина, который еще вечером брызгал ядом и грозил мне домашним арестом? А сейчас он улыбается, как ни в чем не бывало. Так, стоп! Это все вино. Не может мне Ройнал улыбаться такой обворожительной улыбкой. И смотреть на меня сочувствующе не может.