Моя свекровь Рахиль, отец и другие…
Шрифт:
Я родился и вырос в трудовой семье… Свою трудовую жизнь я начал в раннем возрасте…
Прошу Вас затребовать мое дело, проверить его, восстановить истину и реабилитировать меня.
Повторяю, я ни в чем не повинен, ни перед партией, ни перед Советским государством.
В своей работе, как и раньше, так и теперь, я всегда руководствовался исключительно интересами партии и Советского государства.
Мне сейчас 65 лет. Прошу дать мне возможность закончить свою жизнрь полноправным гражданином СССР, честно трудящимся на благо нашей Советской родины.
Липницкий.
Едва вырвавшись на волю, Бориска бросается в Москву, к Рахили, и после чуть ли не тридцати лет ожидания получает её в жены. Свою любовь он пронес через все испытания, выпавшие ему на долю, через тюрьмы, допросы, унижения, и вместе с этим чувством к единственной для него женщине на свете, пронес он святую веру в справедливость Советского строя и непогрешимость верховной власти – свою же судьбу считая случайной ошибкой…
И если в разговорах домашних Борис Наумович улавливал малейший скепсис по этому поводу, он одаривал всех нас тяжелым взглядом из-под сдвинутых бровей, полным укора, замыкался в себе и удалялся в свою комнату, и там часами сидел в одиночестве.
Конец ознакомительного фрагмента.