Чтение онлайн

– Диана, это я. Открой дверь.

Она не открыла. Ясин схватился за дверную ручку и принялся барабанить по железной двери. Склонив голову, прижался лбом к холодной двери и замер, закрыв глаза.

Любил он ее. Если бы только она выбросила из своей головы мысли о деньгах и согласилась выйти за него замуж!

– Все дело в том, что ты нищий, – вспомнил он ее слова, сказанные ею ему при расставании. – Ты красивый и мне хорошо с тобой. Но этого мало. Поженимся, будем жить в кредитах, плодить детей, стареть и дурнеть, мечтая о пенсии и поездке раз в год в тур подешевле. Извини, но я уже вижу будущее, которое меня ждет, если я свяжу свою жизнь с тобой. И я понимаю, что не хочу этого. Я задохнусь, я зачахну и сбегу от тебя. Меня не остановят даже дети! И ты будешь несчастен, бедные дети будут страдать, все пойдет наперекосяк. Явно вижу такой исход наших отношений. Я не хочу такой участи, поэтому давай прекратим все прямо сейчас? И прошу: не держи меня, отпусти. У нас нет будущего.

– А с этим стариком оно у тебя есть? – вне себя от гнева, поинтересовался у любимой он.

– И с ним – нет. – коротко ответила Диана, – Но благодаря ему я исполню свои мечты.

***

Расима принесла в дом пакет. По пути с работы она зашла в магазин и купила молоко, хлеб, яйца.

Дома, в маленькой квартире ее ждал погром. Недовольная мать сидела у телевизора и смотрела со злостью.

– Где ты была всю ночь? Ты стала такой же, как твоя сестра?

Голос матери снова принял угрожающие нотки и Расима с упавшим сердцем поняла, что она не в себе.

Расима молча прошла на кухню с пакетом, собирая по пути с пола разбросанные тарелки, ложки, печенье. Мать тут-же побежала вслед за нею.

– Я задала тебе вопрос! Где ты была ночью? Это город, а не деревня! Неужели ты не понимаешь, что здесь опасность на каждом шагу?! Я так переживала за тебя!

Последние слова мать прокричала громким пронзительным визгом и Расима не выдержала, тоже переходя на крик:

– Я же предупредила тебя вчера что ухожу на работу! Я работаю, мама! По ночам – тоже! Если я буду сидеть около тебя, то у нас не будет денег на еду и платежки!

– Кем может работать девушка по ночам?! – не унималась мать, учиняя допрос.

– Мама, пожалуйста, прекрати! У меня нервы не выдерживают, когда ты себя так ведешь? Зачем ты меня терроризируешь? – в глазах Расимы появились слезы. – Ты пьешь те таблетки, которые тебе доктор прописал?

Старая женщина, услышав вопрос дочери, тут-же упрямо поджала губы.

– Я не верю этому доктору и не буду пить никакие таблетки. Я вполне здорова.

Расима молча уставилась на мать и сразу почувствовала неладное. Подбежав к шкафчику, девушка достала коробку, в которой хранился месячный запас лекарств, которые выписывал матери психиатр. Коробка оказалась пуста.

– Где лекарства, мама?

Мусорное ведро было извлечено из угла и просмотрено. В нем оказались пустые блистеры, без таблеток.

Расима бессильно села на пол около этого ведра и опустила голову.

Она поняла, что мать осталась без назначенных ей врачом успокоительных антидепрессантов и теперь в любой момент у нее может произойти нервно-психическое обострение. Стыдное заболевание у мамы появилось после смерти папы и некому, кроме Расимы, было смотреть мать.

Временами женщина вела себя адекватно, временами – не очень. Чтобы своевременно получать льготные лекарства, Расима водила маму в поликлинику раз в месяц и врач выписывала нужную терапию, которую можно было получить только по рецептам. Но каждый такой поход в поликлинику давался матери с дочерью неимоверными усилиями: мать артачилась, уверяла, что не нуждается в лечении, скандалила и кричала, отказываясь идти к врачу.

Неделю назад, с большим скандалом, Расиме удалось заполучить заветные таблетки-антидепрессанты, и вот все труды насмарку: мать опять поехала головой. А когда это происходит, мать превращается в монстра.

Расима погрузилась достала старенький потрепанный фотоальбом и принялась разглядывать фотографии родителей. На снимках они еще молодые. Свои детские фото…

Старшенькая, Диана, родилась красавицей и это предопределило ее дальнейшее воспитание в семье Рахимбакиевых.

Рождения Дианы, Аким и Алима ждали долгих восемнадцать лет. Уже и отчаялись, решив «куковать» на старости лет в одиночестве, но неожиданно помогла бездетной супружеской семье, бабка-ведунья.

Рожать в тридцать шесть лет Алиме было тяжело. Почти всю беременность женщина пролежала в роддоме на сохранении. А когда родила, любуясь на миленькое личико дочери, новоиспеченная мамочка пошла наперекор всем родственникам, требовавшим назвать кроху древним татарским именем. (Рабигой, Туктабигой, Рамзией, Муршитой).

– Нет. У моей дочери будет имя как у принцессы!

Так появилось это имя – Диана. «Принцесса Диана».

Принцессу любили и баловали. Единственная бабушка, со стороны Акима, старенькая хромоногая Майнура, одарила внучку квартирой в городе.

Бездетная Майнура к городской жизни так и не смогла привыкнуть, потому и вернулась жить в деревню, к племяннику Акиму (отцу Дианы).

Маленькая Диана росла и радовала маму, папу и бабушку, как вдруг Алима почувствовала знакомое шевеление внутри живота.

Будто ребенок толкается изнутри.

В сорок лет рожать второго, сильно сдавшая после поздних родов Алима, очень не хотела.

– Тут бы Дианку успеть вырастить и на ноги поставить. Боюсь я, у меня ведь все родственники до пятидесяти не дотянули, умирали к сорока годам, – жаловалась она мужу. Но супруг, уставший от долгих лет бездетности, заявил:

– Рожай, вдруг сын будет, вырастет защитник для нашей Дианки.

Узи не делали, пол ребенка Аким и Алима не знали до самых родов и очень ждали сына, однако родилась она, девчонка, героиня нашей истории.

– До чего же она некрасивая, – сразу воскликнула Алима, как только увидела черненькую, с глазами-щелками и огромным распухшим носом-картошкой, малышку.

И такой ее охватил ужас перед тем неизбежным, что может произойти, что женщина прошептала, отвернувшись от младенца:

– Не хочу. Я Дианку больше люблю, никто мне ее не заменит!

Не понимала женщина, как это возможно: любить обоих детей одинаково. И не хотела она, боялась, что обделит своей любовью любимого первенца, Дианку, в угоду младшенькой.

– Ну и смуглая! – удивилась ребенку бабушка Майнура. – А ножки то, ножки, неужто кривыми будут? Придется ее туго пеленать.

Мать, Алима, как только вернулась из роддома домой и обняла подбежавшую, и очень соскучившуюся Диану, почти тотчас забыла о существовании пищащего в пеленках младенца. И даже унеслась гулять на улицу, с Дианой.

– Погоди! Имя-то какое дочери дали? – вдогонку крикнула ей Майнура.

– Так не придумали ей имя пока, раз сына ждали, – был ей ответ.

– Тогда пусть будет Расима, – робко предложила бабулька.

– Как хотите так и называйте! – махнула рукой Алима.

Росла Расима как сорняк. Мать ее по дому гоняла, шпыняла, кричала:

– Не путайся под ногами!

В школу Диану собирали по часу: мать вставала раным-рано, грела утюг, воду, гладила дочке форму, «чтобы теплой ее еще надеть».