Моя Вселенная
Шрифт:
***
– Это отлично, что мы сегодня смогли выбраться на свидание, - заметила я, едва мы остановились возле дома.
– Не волнуйся, это не последний наш выход, - пожал плечами Марк.
– Как только я уговорю тебя спуститься с небес на землю, в прямом смысле слова, так сразу поселим в твоем плоском животике бебика.
– О, боже, о чем ты только думаешь, - я на секунду предалась мыслям.
С одной стороны, мне всегда хотелось иметь большую семью и дом. Но с другой стороны, меня постоянно мучили сомнения.
А вдруг я стану такой же ужасной матерью-кукушкой, коей была для меня моя?
Нет, я этого не вынесу.
Марк же не впервые заводит разговор об этом. Он ясно дал понять, какие у него намерения.
Он любил рассказывать по ночам о том, как женится на мне, как у нас родятся дети.
О том, как мы построим дом на берегу моря и заведем большую добрую собаку.
Кстати о доме. Строительство нашего семейного гнезда уже началось. Это тот самый проект, о котором мне рассказывала мама Алекса, тогда, в магазине.
Марк уже давно задумал осесть в моем родном городе, где живут все наши близкие и родные люди.
Именно там он пожелал растить и воспитывать наших детей.
Марк знал о моих переживаниях и в ответ на них лишь улыбался и успокаивал меня тем, что я стану самой лучшей мамой на свете.
Видит бог, я не хотела думать о плохом. Мое сердце разрывалось от боли каждый раз, когда я думала о том, что могу бросить своих детей.
Но с поддержкой Марка приходило осознание, что нужно, наконец, набраться смелости и переломить ситуацию до того, как окончательно сломаюсь я.
Я оттягивала этот момент. Момент окончания своей карьеры в авиации. Условие, при котором я согласилась на эту работу, все еще действовало. Именно Валерий Палыч должен отпустить меня в момент, когда мне это будет необходимо. Без лишней шумихи и мишуры.
– У меня завтра вечером вылет, - скованно сказала я, - по подмене в другом экипаже.
Марк не любил, когда я выходила вот так на работу. Он каждый раз провожал меня со скрипящим сердцем. Вот и сейчас, заходя в квартиру, вижу, как он недовольно сжимает челюсть.
– Ты уверена, что это необходимо?
– глухо спросил он.
Он никогда не давил, но по реакции можно было без труда угадать его отношение.
– Не волнуйся, милый, - обняла его за талию и заглянула в его глаза, - я уже предупредила Валерия Палыча, что хочу оставить его и поселиться в офисе своего будущего мужа.
Некоторое время Марк смотрел мне в глаза, а потом склонил голову. Я знала, что произойдет дальше.
– Ты подумала над моим предложением?
– широко улыбнулся Марк.
Некоторое время назад мне поступило предложение от Марка внести изменения в его бизнес.
Обычную ювелирную компанию превратить в большой семейный ювелирный дом. Благо была возможность воплотить эту задумку в реальность, но Марк почему-то хотел это сделать вместе со мной.
– Да, я подумала, и, как только вернусь из этого рейса, мы поговорим об этом на полном серьезе, - он тянется ко мне для поцелуя, но я останавливаю его жестом руки, - и не в постели, а в твоем офисе.
Марк смеется, и я не могу удержать себя от улыбки.
Вселенная, если ты меня слышишь, пожалуйста, сделай так, чтобы улыбка никогда не покидала этого прекрасного мужественного лица.
Он не любил, когда я выходила вот так на работу. Он каждый раз провожал меня со скрипящим сердцем. Вот и сейчас, заходя в квартиру, вижу, как он недовольно сжимает челюсть.
– Ты уверена, что это необходимо?
– глухо спросил он.
Он никогда не давил, но по реакции можно было без труда угадать его отношение.
– Не волнуйся, милый, - обняла его за талию и заглянула в его глаза, - я уже предупредила Валерия Палыча, что хочу оставить его и поселиться в офисе своего будущего мужа.
Некоторое время Марк смотрел мне в глаза, а потом склонил голову. Я знала, что произойдет дальше.
– Ты подумала над моим предложением?
– широко улыбнулся Марк.
Некоторое время назад мне поступило предложение от Марка внести изменения в его бизнес.
Обычную ювелирную компанию превратить в большой семейный ювелирный дом. Благо была возможность воплотить эту задумку в реальность, но Марк почему-то хотел это сделать вместе со мной.
– Да, я подумала, и, как только вернусь из этого рейса, мы поговорим об этом на полном серьезе, - он тянется ко мне для поцелуя, но я останавливаю его жестом руки, - и не в постели, а в твоем офисе.
Марк смеется, и я не могу удержать себя от улыбки.
Вселенная, если ты меня слышишь, пожалуйста, сделай так, чтобы улыбка никогда не покидала этого прекрасного мужественного лица.
– 17-
День не задался с самого утра. Проснулась я одна в холодной постели. И не важно, что полночи Марк доказывал мне степень своей любви, все же проснуться я ожидала в его горячих объятиях.
Записка, гласившая о том, что отвезти меня сегодня в аэропорт он не сможет по причине важных переговоров, добавила капельку грусти в мою копилочку.
Черт!
Какао в нашей берлоге почему-то не оказалось. Наверное, все же нужно иногда его покупать, подумала я и отправилась варить себе кофе. Который, кстати говоря, расплескался в разные стороны еще до того, как я успела сделать первый глоток.
Черт!
Собравшись на работу и уже выходя из квартиры, я заметила, что у чемодана, что я возила с собой каждый перелет, внезапно оторвалась ручка. И у меня совсем не оставалось времени поменять его на другой. Пришлось брать в руки и тащить до машины.
Черт! Черт! Черт!
Если есть на свете бог невезения, то однозначно сегодня он мой покровитель.
По крайней мере, так я продолжала думать, когда садилась в машину. И мысленно молилась, чтобы она завелась и отвезла меня на работу.
Вылет был назначен на шесть с копейками, но я решила выехать раньше, чтобы избежать предновогодних столичных пробок.
В светлом салоне моей Ауди воздух был настолько холодный, что казалось, изо рта вырывается не пар, а самый настоящий туман.