Моя вторая жизнь в новом мире
Шрифт:
– Какие 20 дней, о чем ты? Ты куда-то собрался уехать? Куда, зачем и почему мне не сказали?
– Возмутилась я.
– Ни куда я не еду, просто у нас же очередь, пока дождусь своей.
– Ошарашил он меня.
– С чего ты решил, что тебе придется ждать 20 дней, потому что вас 20?
– Ну да, это хорошо еще что нас не много, в некоторых кланах мужья по нескольку месяцев ждут своей очереди.
Стою, смотрю на него. Мда, все еще хуже, чем я думала.
– Поверь милый тебе не придется ждать так долго, никому из вас не придется. Ладно это потом поймете. Пошли я кушать хочу, ты меня конечно подкормил, но маловато будет.
Он покраснел, как мило.
Мы вышли в спальню, а там наши парни в полном составе, стоят настороженно, осматривают Корса. Корс улыбается. Ничего не поняла, что, это с ними.
– Мальчики, что случилось?
– Корс кричал.
– ответил мне Алекс.
– Я так и знала, что твой рев в соседнем здании был слышен.
– Повернувшись сказала Корсу.
– Мне было очень хорошо, никогда так не было. Поверьте, парни, когда она с вами это проделает, вы будете орать еще громче чем я. Контролировать это не получается.
– Смутился Корс.
– А вы решили, что я его там убиваю? После всего, что вы обо мне знаете и видели, как я вас защищаю. Вам не стыдно так обо мне думать? Корс повернись покажи, что ты цел, лечить я не умею, так что, если б я тебя избивала, остались бы следы. Может этого будет достаточно чтобы все поверили, что это крики удовольствия были, а не боли. А я-то решила, что вы мне доверяете.
Парни головы опустили, глаза прикрыли, плечами пожимают.
– Ну вы даете. Ладно с этим разберемся позже. Кормить меня сегодня будут?
Все рванули из комнаты, мы с Корсом оделись и пошли в столовую.
Я села за стол, Ворд налил мне супчику, не глядя, пожелала всем приятного аппетита и стала кушать, говорить не хотелось, настроение было испорчено. Было очень неприятно, что мои парни так обо мне думают. Кое как доела суп, встала сказала спасибо и ушла в спальню.
Было так обидно, что я разревелась, сползла по стенке, обхватила колени руками и ревела как ребенок, у которого украли мечту. Я старалась все сделать для них, хотела, чтоб они поняли, как это любить и быть любимым. А они мне даже не доверяют. Я расслабилась, не ожидала такого удара.
В дверь постучали, не хочу их видеть, не могу. Мне надо успокоится.
Дверь приоткрылась и в комнату вошло чудо, котенок, размером со взрослого кота, ярко-рыжего окраса с разводами более темного цвета, длинной волнистой шерстью и с кисточками на ушах, хвост короткий. В общем наша рысь, только лохматая. Он, косолапя, лапки большие, но заплетаются, видно, что маленький еще толком ходить не может, дотопал до меня, и стал тыкаться в меня головой, пришлось опустить ноги и взять это чудо на колени. Он заурчал как трактор, когда я стала почесывать его за ушком и гладить по голове.
Пока возилась с котенком, услышала шум, поднимаю голову, стоят все. Мордахи виноватые, но взгляды решительные. Прижала к себе котенка, слезы текут, не знаю, что говорить. Тут они все стали падать на колени.
– Прости, прости, прости.
– Раздается со всех сторон.
Вперед вышел Ворд.
– Прости нас пожалуйста, мы тебя сильно обидели, можешь ругать, бить, приказывай что хочешь, только не плачь умоляю, это разрывает нам сердца. Скажи, что нам сделать, чтоб ты простила нас?
– Как вы могли подумать, что я способна причинить вам боль? Я повод подала так обо мне думать? Я хоть одному из вас сделала больно?
– Нет ты поводов не давала и боль не причиняла, но это делают другие женщины. Берест и Полан ушли именно из-за этого из клана Камелы. Она очень любит издеваться над мужьями, она связывает и избивает до крови или режет ножом, держит трех целителей, чтоб выхаживали мужей после ее развлечений. У нас просто сработала реакция на крик одного из нас. Прости. С тобой это никак не связано. Корс рассказал, что ты с ним делала. У нас слов нет. Мы все хотим это испытать на себе. Если он так кричал от удовольствия, а не от боли.
Я сидела в шоке, у нас конечно есть садо-мазо, но на сколько я знаю это по обоюдному согласию, и командует тот, кого бьют. Он может остановить господина или госпожу в любой момент. А чтоб вот так на законных основаниях издеваться над своим мужем, да так что их приходится выхаживать целителям, это преступление.
– У нас это называется «домашнее насилие» и за это судят и садят в тюрьму, на годы. Как вы это допускаете, что если женщин мало, то им можно делать что угодно? У нас в средневековье так с рабами обращались и то не все хозяева. Это недопустимо. Берест, Полан мне жаль я не знала, как вам досталось.
– Я последний раз повторяю, боль не терплю сама и никогда, ни за что не причиню ее вам. Рядом со мной вы будете кричать только от удовольствия, клянусь. И не хочу больше никогда возвращаться к этому разговору. И встаньте с колен, не надо унижаться.
Они поднялись, Ворд подхватил меня с пола, взял на руки вместе с котенком, который был очень тяжелым, килограмм 6 точно, если не больше.
– Может скажете кто это, я раньше эту прелесть не видела.
– Это был сюрприз, который парни для тебя готовили. Это малыш курд, будет тебя охранять вместе с нами.
– Он же совсем маленький.
– Их и берут маленькими, они привыкают к одному хозяину, и охраняют его лучше любой человеческой охраны. Они полуразумны, обладают магией, с хозяином образуется ментальная связь, чувствуют настроение хозяина и окружающих людей, поэтому и являются лучшими охранниками. Никто не сможет подойти к хозяину с плохими намерениями.
– Здорово, и как же зовут это чудо?
– Ты сама должна выбрать имя.
– Это мальчик?
– Да.
– Тогда Рысь.
– Посмотрела на котенка.
– Тебе нравиться?
– Меня лизнули в нос.
– Надеюсь я правильно тебя поняла.
– Почесала его за ушком.
– Странное имя, что оно означает?
– Это у нас так называется разновидность хищного лесного кота, он на него очень похож, кисточки на ушах такие же, рыжий, только более лохматый.
– Ладно, какие планы на сегодня?
– Спросила Ворда.
– Ты хотела поговорить с Главной Матерью по поводу изменения правил отбора.
– Хотела, Ты уже договорился?
– Да я с утра послал вестника Дерту, объяснил суть вопроса, мы с ним знакомы. Он несколько минут назад сообщил что нас ждут после обеда.