Чтение онлайн

Юкиносита покачала головой, отпуская сумку.

— Ты всегда беспокоился… Всегда, с тех самых пор… Поэтому…

Вслушиваясь в слабеющий голос, я ждал завершающих слов. Но они так и не прозвучали. Вместо них я услышал нечто совсем иное.

— Но тебе больше не надо заставлять себя. Если что-то разрушается от такой мелочи, значит, к тому всё и шло… Разве нет?

Я молчал.

Есть то, во что я когда-то верил, но больше не верю.

Но верит Юкиносита. Верит в то, во что я перестал верить во время школьной поездки.

Тогда я соврал. И эта ложь исказила их желание ничего не менять и не меняться самим.

Эбины, Миуры и Хаямы.

Они желали, чтобы их блаженная повседневная жизнь такой и оставалась. Вот почему они мало-помалу врали друг другу, обманывали друг друга и наконец захотели защитить такие отношения. Раз осознав, я не мог уже так просто это отрицать.

Я не мог назвать ошибочным их стремление, их выбор защитить то, что у них сейчас есть.

Я втянул их в своё собственное «я» и в итоге одобрил их решение. Я тоже на свой лад радовался тем дням и ощутил разочарование от их возможной потери.

Даже зная, что в конце концов они исчезнут без следа.

Вот почему моя вера исказилась и я начал врать самому себе. То, что важно для тебя, заменить нечем. Потеряв незаменимое, ты никогда больше его не получишь. А значит, ты должен это защитить. Такая вот ложь.

Не то чтобы я что-то защищал, я цеплялся за ощущение, будто что-то защищаю.

Вопрос Юкиноситы был ультиматумом.

В притворстве нет никакого смысла. Мы оба верили в это.

…Верю ли я сейчас?

У меня не было ответа. Теперь я понимал, что притворство в попытке что-то исправить не совсем бесполезно. Я понимал, что есть и такой путь, и не мог это отрицать.

Я был не в силах что-то сказать, а устремлённый на меня взгляд Юкиноситы сквозил одиночеством. Она молчала и, кажется, ждала моего ответа. Потом поняла, что молчание и есть ответ, слегка вздохнула и мимолётно улыбнулась.

— Тебе больше не надо заставлять себя приходить…

Её голос был ужасающе добрым.

По кирпичным ступенькам прозвучали шаги. Даже при таком столпотворении на улице мне казалось, что я слышу, как они постепенно удаляются.

Юкиносита растворилась в толпе. Она была рядом и вместе с тем ужасно далеко.

Молча проводив её взглядом, я сел на ступеньки.

Только тут я заметил, что в соседнем магазине играет рождественская музыка. А на площади стоит елка, украшенная гирляндами огней и разноцветными подарочными коробочками.

Которые, скорее всего, пусты.

Словно комната нашего клуба. Но я всё равно тянусь к этой пустой коробке.

Хоть мне и не позволено этого желать.

Я сидел в оцепенении, не думая ни о чём.

Просто сидел на ступеньках и смотрел, как мерцают ёлочные огни.

Тело постепенно коченело под холодным ветром, и наконец я решился. Выдохнул заклубившийся белым паром воздух и встал.

Глянул на часы и убедился, что Юкиносита ушла совсем недавно.

Площадь перед станцией была полна народу. Кто из магазинов домой возвращался, кто из клуба.

Но мне она казалась поразительно тихой. Даже смешавшись с толпой, я не слышал ни голосов, ни рождественских песен.

Я медленно брёл по тротуару. Куда медленнее, чем хотелось бы. Потому, наверно, что всё время натыкался на спешащих со станции.

Тут были не только люди, рядом останавливались и машины. Кто поджидал кого-нибудь со станции, кто заезжал на парковку или выезжал с неё.

Одна из машин громко просигналила. Ну на фига в центре города-то?.. Я недовольно глянул в ту сторону, и, похоже, не я один.

Там обнаружился чёрный спортивный автомобиль с овальным носом. Редкая птица в здешних местах. Машина медленно подъехала ко мне, левое стекло опустилось.

— Хикигая, что ты тут делаешь?

За рулём сидела Хирацука.

— Ну, это, домой вот собрался… А вы что тут делаете?

Неожиданный человек в неожиданном месте. Хирацука вдруг расплылась в улыбке.

— Так ведь до Рождества всего неделя, верно? Решила проверить, как там у вас, а уже никого и нет. Тоже собралась домой и тут заметила тебя.

— А у вас острый глаз…

— Когда работаешь школьным психологом, ученики в «своей» форме в центре города так взгляд и притягивают.

Хирацука немного иронично улыбнулась и показала на место рядом с собой.

— Очень кстати, подброшу тебя до дома.

— Спасибо, не стоит.

— Не выделывайся, залезай. А то сзади ещё машины подъезжают, — надавила она на меня. Я глянул и увидел, что сзади действительно подкатывает машина. Да уж, судя по тону Хирацуки, деваться мне некуда.

Я неохотно подошёл к машине, но слева была только одна дверь. Двухместная она, что ли? Выбора не было, пришлось обходить с правой стороны. Кстати, у неё же и руль слева, да?..

Забравшись в машину, я угнездился на сиденье. Пристегнулся и огляделся. Сиденья и приборная доска были обтянуты натуральной кожей, алюминиевые указатели и отделка металлически поблёскивали. Крутая тачка, чёрт побери.

— Разве у вас такая машина? Помнится, летом мы на совсем другой ездили…

В деревню Чиба она нас на обычном минивене везла…

— А-а, та из проката. А это мой любимец.

Хирацука с довольным видом постучала кулаком по рулю. Так она что-то очень на типичного красавчика смахивает. У одинокой женщины и такой крутой двухместный спорткар, да?.. Как бы сказать… Сдаётся мне, отчасти из-за таких хобби она никак замуж выйти и не может…

Любимец Хирацуки взревел и сорвался с места.

Я объяснил примерный маршрут до моего дома. Хирацука кивнула и повернула руль. Быстрее всего отсюда добраться по автостраде.

Но судя по огням, что я вижу, едем мы совсем не туда.

Странно. Я посмотрел на Хирацуку. Она затянулась сигаретой и заговорила, глядя вперёд.

— Не возражаешь, если мы кое-куда заскочим?

— Ха.

Когда тебя везут на машине, грех жаловаться. Не знаю уж, куда она хочет заскочить, но если в итоге я окажусь дома, я не возражаю.

Я откинулся на спинку сиденья и положил локоть на окно, пристроив подбородок на руку. Уличные огни казались оранжевыми пятнами, наверно, из-за надвигающегося тумана.