Чтение онлайн

Дев на мгновение закрыл глаза. Его тоска по Холли сделалась невыносимой, и он едва не закричал от боли. Резкий сигнал машины вернул его к реальности, но Дев слишком поздно увидел дорогу и вошел в поворот. Он пытался справиться с машиной, овладеть рулем и все же потерял ориентацию, когда перед ним возник следующий поворот, а потом он падал, падал, падал в черную тьму…

Глава 15

Семь лет жизни без Дева. Семь дней без него. Потому что он ушел. Повернулся и ушел прочь. Ни слова, ни звука. Ни слова за всю неделю. А потом Джонатан отправился на урок верховой езды в Бранвиль.

— Дев уехал. Жозетта говорит, он уехал работать в Париж и летом сюда не вернется. Правда? Жозетте сказала Франсина. Но это несправедливо, — жаловался Джонатан. — Он же обещал. Говорил, что возьмет меня с собой на прогулку верхом. Зачем он обещал, если знал, что уедет?

У Холли сердце перевернулось, когда она встретила серьезный взгляд Мерил. Уехал. Это она вынудила его уехать. «Неужели не будет конца боли и сердечным мукам?» — спрашивала она себя.

Холли наклонилась, притянула Джонатана к себе, крепко обняла, ощутив тепло детского тельца.

— Мне очень жаль, детка, но такое случается.

— Он же обещал, — повторил Джонатан, и его карие глаза наполнились слезами. — Ты сама говорила, что взрослые всегда исполняют свои обещания.

— Я знаю, дорогой. Исполняют, если могут. Думаю, произошло что-то важное и срочное — Дев просто не имел времени объяснить. Что, если я возьму тебя с собой на прогулку верхом?

Джонатан просиял.

— Правда? — радостно спросил он, но глаза его тут же снова затуманились. — Ты же не ездишь верхом, как Дев.

— Возможно, не так хорошо, — признала Холли, невольно улыбнувшись. — Немножко заржавела. Дай мне время попрактиковаться…

— Нет! — Джонатан сердито высвободился и начал молотить кулаками воздух перед собой. — Не хочу ехать с тобой! Хочу с Девом!

Холли попыталась снова привлечь его к себе, он оттолкнул ее, повернулся и убежал из комнаты. Бессознательные слова больно резанули ее. «Хочу с Девом». Она тоже хотела быть с Девом. Любила его, хотела его, мучилась им. Но прогнала, и на этот раз он уже не вернется. Страдая от душевной боли, Холли все-таки нашла в себе силы подбодрить Мерил улыбкой.

— Пускай бежит, — сказала она, услышав громкий топот по ступенькам лестницы. — Он скоро одумается.

— Ты ведь знала, Холли? Ты, конечно, права. Джонатан лишь ребенок, он скоро одумается. А как быть тебе? Одумаешься ли ты так же легко?

Холли кивнула, не в состоянии ответить, В глазах у Мерил было столько понимания, и она боялась, что, начав говорить, уже не сможет остановиться — расскажет о прошедших днях, боли, любви, страстном желании… Она закрыла глаза, стараясь удержать слезы, и впилась ногтями в ладони, чтобы справиться с собой.

— О да, — наконец ответила Холли. — Я одумаюсь.

И одумается, даже если на это понадобится полжизни. Семь раз по семь лет. Больше чем полжизни. Но она справится… Кстати, завтра уже суббота, и Алекс прилетит, чтобы провести время со своей невестой-изменницей, своей лживой нареченной. Продажная. Да, вполне точное определение. «О Дев! Что я наделала! Что мы наделали! Как теперь смотреть Алексу в глаза и делать вид, что все в порядке?»

— Ты не носишь мое кольцо, Холли? Неужели успела устать от меня? — спросил Алекс, и, хотя слова прозвучали вроде бы легко, она уловила в них скрытую обиду.

Холли покраснела и посмотрела на свои руки. Она не надевала кольцо с вечера помолвки. Нет, спохватилась она, вспомнив едкое замечание Дева в аэропорту. С тех пор она и не носила кольцо. Виновата, но лишь отчасти, потому что оно было тяжелым, плохо держалось на ее тонком пальце, а поскольку стоило целое состояние, она боялась его потерять.

Так она и сказала Алексу, но тот недоверчиво поднял бровь:

— Потерять? Вряд ли это возможно. Ну а если и так, то ведь оно застраховано. Одно кольцо, два, дюжина. — Он пожал плечами. — Когда мы поженимся, у тебя их будет полный банковский сейф. Беги наверх, будь хорошей девочкой и надень кольцо. Ты моя, и я хочу, чтобы весь мир об этом знал.

Холли покраснела еще сильнее. «Ты моя». Двое мужчин заявляют одно и то же. И оба ошибаются, твердо сказала она себе, доставая футляр из-под стопки нижнего белья. Холли Скотт сама себе хозяйка. Она не принадлежит ни одному мужчине — пока. Но тут вдруг поняла, как опасно близка к тому, чтобы продать себя.

— Уже намного лучше, — одобрительно произнес Алекс, окидывая ее оценивающим взглядом. — Как ты насчет прогулки в машине?

— Прогулки в машине?

— Ну да. Проедемся вдоль берега, найдем уединенное место и проведем беззаботно часок-другой. Ты, я да бутылочка вина. Колетта уже положила бутылку в лед, так что бери свой купальник, и мы двинемся к востоку. Или к западу, если тебе больше нравится.

— Ты ведь не любишь пляжи, — сказала Холли, сразу вспомнив, как они с Девом были на пляже вдвоем в полночь.

— А теперь люблю. — Алекс снова окинул ее все тем же медленным, оценивающим взглядом, и крохотные волоски на затылке у Холли приподнялись.

— На пляж? Вот здорово! — завопил Джонатан, когда она сказала ему, куда они едут. — Я тоже могу поехать, Холли?

— Извини, малыш, — вмешался Алекс, пока Холли обдумывала, как бы помягче объяснить Джону, что его не возьмут. — Может, в другой раз. Это путешествие только для взрослых.

— Он бы не помешал нам, — выразила протест Холли, уже сидя в машине. — Джонатан — ребенок…

— Вот именно. И вечно путается под ногами. Здесь невозможно уединиться. Мы никогда не бываем одни, а я этого очень хочу. В этом нет ничего неприятного, а, милая?

Разумеется, нет. При нормальных обстоятельствах.

Мужчина и женщина. Растянулись на песке. Полуобнаженные. Более чем полуобнаженные. До сих пор Холли не приходилось видеть Алекса почти голым; она невольно обратила внимание на золотистые волосы на крепкой груди, выпуклые мышцы — результат ежедневных занятий в гимнастическом зале, потом, заметив бугорок между ногами, поспешно отвела взгляд. Потому что они были полуобнаженные — и одни.

На нее упала тень. Оказывается, Алекс, приподнявшись на локте, устроился совсем рядом с ней.

— Моя Холли, — тихонько произнес он, проводя пальцем по ее щеке. — Моя милая, невинная Холли.

Холли ощутила тревогу. Милая и невинная? Вряд ли. Продажная. Доступная. Таких Алекс привык презирать. А почему нет? Разве Дев не стал презирать ее, когда узнал правду? Она превратилась в настоящую шлюху, но это все в прошлом. Да? Кого она обманывает? Помолвлена с одним, а занимается любовью с другим. Ночь напролет. Только это не любовь, по крайней мере со стороны Дева. «Взгляни правде в глаза: он снова сделал тебя шлюхой. И как!»