Чтение онлайн

Интеллектуальная деятельность, как правило, определяется целью или вопросом, задачей, непосредственный ответ на который невозможен. Они детерминируют всю дальнейшую деятельности субъекта, придавая ей избирательный характер. Цель и сформулированные задачи обычно даются в определенных условиях. Решение мыслительных задач начинается с ориентировочно-исследовательской деятельности в этих условиях. Оно включает анализ имеющейся и далее поступающей информации, выделение существенных данных путем их сравнения, поиск известного и неизвестного в задаче. Эта ориентировочно-исследовательская деятельность приводит к формулированию проблемы (вопроса) и затем к формулированию гипотезы, на основе которой строятся стратегия и тактика решения и выделяются те операции, которые с наибольшей вероятностью приведут к решению задачи.

На основе всех этих вспомогательных операций возникают необходимые действия, носящие избирательный характер, выполнение которых ведет к решению задачи. Существенным этапом (фазой) является сличение полученного результата с исходными данными. Если эта проверка (контроль) указывает на соответствие полученного ответа с исходными данными, деятельность прекращается, если же обнаруживается рассогласованность исходных данных и полученного результата, интеллектуальная деятельность продолжается. Правильно решенная задача и достижение цели ведут к определенному суждению, которое и является концом данного интеллектуального акта.

Описанный ход мыслительного процесса несколько схематизирован, так как в реальности нередко некоторые из его этапов замещаются «мыслительными навыками», употреблением некоторых правил (например, при решении арифметических, грамматических и других задач). Эти «навыки» и «правила» протекают на неосознанном уровне, и субъект не всегда может объяснить путь решения задачи и сформулировать использованные правила. Этот вид мыслительного акта характерен для взрослых субъектов при решении частотных задач, и он, опираясь на внутреннюю речь, быстро превращается в свернутые и быстро протекающие операции («умственные навыки»), составляющие основу автоматизированного мышления, за строением которого у взрослого человека невозможно проследить.

Мы кратко описали психологический путь изучения и анализа деятельности человека, в том числе и мышления, но существует и другой, не менее важный путь проникновения в структуру и механизмы сознательной деятельности. Это анализ деятельности человека со стороны работы мозга, изучение нарушений деятельности, возникающих при локальных поражениях мозга. Это — путь нейропсихологического анализа нарушений высших психических функций.

Проблема мозговых механизмов психических способностей и функций человека является тем критическим пунктом, «…перед которым останавливается исследование большинства психологов социологического направления. Вместе с тем она имеет совершенно принципиальное значение. Ведь именно уход от ее решения порождает разделение психологии на психологию социальную, историческую, и психологию экспериментальную, естественнонаучную»[25].

Вопрос этот не нов. Он издавна стоял перед психологами как вопрос о том, что же порождает тот или иной психический процесс. Простой ссылки на мозг как орган психики стало далеко недостаточно, поэтому вопрос о мозговых основах психической деятельности человека приобрел важное значение и стал предметом многих теоретических и экспериментальных исследований. Возникли разные представления о связи психики и мозга, о которых мы писали в других наших работах. Настоящая работа в этом отношении приобретает принципиальное значение.

Общепсихологическое значение нейропсихологии заключается в том, что она позволяет увидеть деятельность в ее распаде в зависимости от поражения мозга в целом и от локализации этого поражения в частности. «…Нейропсихология, — писал А. Н. Леонтьев, — со своей стороны — т. е. со стороны мозговых структур — позволяет проникнуть в „исполнительские механизмы“ деятельности»[26]. Нам представляется, что нейропсихология как метод исследования вносит в представление о деятельности значительно больше, чем только знание исполнительских механизмов. Л. С. Выготский писал, что нейропсихология помогает понять функциональный план высших психических функций, и прежде всего мышления, который изучен значительно менее, чем генетический. Она дает нам в руки знание об общей структуре деятельности в любом ее проявлении, о ее мозговых механизмах, о роли отдельных областей мозга в осуществлении деятельности в целом или отдельных ее составляющих. Важным вкладом нейропсихологии в концепцию деятельности является высвечивание той роли, которую играет личность в структуре деятельности в целом, и в частности в познавательной деятельности, а также роли таких психических функций, как восприятие и память, речь и мышление, образы-представления в содержании и структуре деятельности.

Исследование мозгового и психофизиологического уровней деятельности позволяет увидеть те важные реальности, с изучения которых собственно и началось, как писал А. Н. Леонтьев, развитие экспериментальной психологии.

В психологии уже давно стало фактом, что психические функции не являются проявлением неких способностей — способностей души или мозга. А вот положение о том, что высшие психические функции формируются в деятельности, а не наоборот, т. е. что высшие психические функции порождают деятельность, как считают многие психологи и в наше время, все еще нуждается в исследованиях и доказательствах.

И важное место в исследованиях этого рода принадлежит нейропсихологии.

Важнейшей составной частью нейропсихологии является восстановление высших психических функций и восстановительное обучение. Именно нейропсихология имеет в своем арсенале факты, которые доказывают правильность теоретического положения, согласно которому деятельность лежит в основе формирования и протекания высших психических функций.

Эта область знания позволяет исследовать мозговые основы деятельности, а также то, какие преобразования деятельности ведут к перестройке функциональных систем, являющихся психофизиологической основой психической сферы.

Нейропсихология, и прежде всего восстановительное обучение, дает возможность также исследовать, как и какие возникают новые «ансамбли функциональных систем», помогающие компенсировать или восстанавливать нарушенную деятельность. А. Н. Леонтьев по этому поводу писал: «Выпадение отдельных участков мозга, приводящее к нарушению тех или иных процессов, открывает… возможность: исследовать в этих совершенно эсквизитных условиях их функциональное развитие, которое выступает здесь в форме восстановления. Ближайшим образом это относится к восстановлению внешних и умственных действий… Нет надобности говорить об общепсихологическом значении этого направления исследований, оно очевидно»[27].

В нейропсихологии в настоящее время накоплен большой клинический и экспериментальный материал, позволяющий подойти к вопросу о роли различных областей мозга в реализации интеллектуальной деятельности, в частности речи, восприятия, мышления и т. д.; разработаны методы анализа внутренней структуры интеллектуальной деятельности, связи внешних действий с внутренними и т. д. — это прежде всего методы программированного обучения. Необходимо отметить значимую роль нейропсихологии в исследовании мозговых механизмов интеллектуальной деятельности, ее психофизиологических основ, т. е. нейропсихология подходит к анализу классической проблемы — мозг и мысль.

Эта проблема взаимосвязи мозга и психики, в том числе и мышления, являлась центральной для философов на протяжении веков. По-разному решался этот вопрос: психика рассматривалась то в полном отрыве от мозга, то, наоборот, как грубое, прямое наложение сложнейших, казалось бы, нематериальных процессов на материальное вещество мозга и т. д. И в настоящее время вопрос о взаимосвязи мышления и мозга все еще не окончательно решен.

Отечественная нейропсихология на сегодняшний день располагает экспериментальными данными, позволяющими подойти к решению этого вопроса как с принципиальной методологической стороны, так и с конкретной, в частности показать роль отдельных зон мозга в протекании мыслительного акта. Нейропсихологические исследования психики человека имеют общепсихологическое значение, они вносят свой вклад в решение фундаментальных проблем психологии, с одной стороны, а с другой — исходят из психологических концепций строении высших психических функций человека.