Чтение онлайн

Итак, вернемся к Мирабель. Мы знаем, что реальные цвета могут вести

к группировке и эффекту «выступа». Могут ли ее «личные» цвета вызвать те

же самые эффекты?

Чтобы ответить на этот вопрос, я сделал рисунки, похожие на рис. 3.4:

лес из «прямоугольных» цифр 5 с редкими вставками «прямоугольных» цифр

2 между ними. Поскольку цифры 5 являются попросту зеркальным

отражением цифр 2, то они состоят из одинаковых элементов: две

вертикальные линии и три горизонтальные. Когда вы смотрите на это

изображение, вы не получаете эффекта «выступа»; вы можете выделить

двойки, только внимательно, цифра за цифрой, рассматривая рисунок. И вы

не сможете с легкостью разглядеть общую форму большой треугольник,

мысленно группируя двойки; они просто не «выскакивают» из фона. Хотя вы

Рис. 3.4. Набор двоек беспорядочно рассыпан среди пятерок. Для обычных людей очень

трудно определить фигуру, образуемую двойками, но даже слабые синестеты делают это

гораздо лучше. Существование этого эффекта было подтверждено Джеми Уордом и его

коллегами

можете в конечном итоге вывести логически, что двойки образуют

треугольник, вы не увидите большой треугольник тем способом, которым вы

видите его на рис. 3.5, где двойки окрашены в черный, а пятерки в серый

цвет. Что же случится, если мы покажем рис. 3.4 девушке, которая

утверждает, что ощущает двойку красной, а пятерку зеленой? Если она

просто думает о красном (и зеленом), как вы и я, она не сможет мгновенно

увидеть треугольник. С другой стороны, если бы синестезия в самом деле

была сенсорным эффектом низшего порядка, она смогла бы увидеть

треугольник буквально тем же способом, каким вы и я видите его на рис. 3.5.

Сначала мы показали изображения, похожие на рис. 3.4, двадцати

рядовым студентам и попросили их найти общую форму (которую образуют

маленькие двойки) посреди общего беспорядка на рисунке. Иногда двойки

составляли

треугольники,

иногда

образовывали

круг.

Изображения

выводились на экран компьютера в случайной последовательности,

примерно на полсекунды каждое, что было слишком быстро для подробного

рассматривания. Увидев каждое изображение, испытуемый должен был

нажать одну из двух кнопок, чтобы обозначить, увидел он круг или

треугольник. Неудивительно, что уровень правильных ответов у студентов

составил 50 процентов; другими словами, они скорее просто гадали,

поскольку не могли рассмотреть форму мгновенно. Но стоило нам окрасить

все пятерки зеленым цветом и все двойки красным (на рис. 3.5 это серый и

черный), как уровень верных ответов вырос до 80, а то и до 90 процентов.

Теперь студенты могли увидеть форму мгновенно, без заминки или

размышления.

Рис. 3.5. То же самое изображение, что и на рис. 3.4, за исключением того, что цифры по-

разному затенены, и это позволяет обычным людям сразу же увидеть треугольник.

Слабые синестеты («прожекторы») предположительно видят таким образом

Мы были поражены, когда показали черно-белые изображения

Мирабель. В отличие от несинестетиков она смогла правильно определить

скрытую форму в 80-90 процентах случаев как будто цифры были

действительно окрашены в разные цвета! Синестетически наведенные цвета

были так же эффективны, как реальные, позволяя ей находить общую форму

и говорить о ней2. Этот эксперимент неопровержимо доказывал, что

наведенные цвета Мирабель в самом деле исходят из ощущений. Просто не

было способа, которым она могла бы это подделать, и ни в коем случае это

не было результатом детских воспоминаний или других альтернативных

причин, выдвигавшихся в качестве объяснения.

Эд и я поняли, что впервые со времен Фрэнсиса Гальтона мы получили

ясное, недвусмысленное доказательство на основе наших экспериментов

(группировка и «выступание»), что синестезия и в самом деле является

феноменом восприятия доказательство, в течение целого столетия

ускользавшее от исследователей. Действительно, наши изображения можно

использовать не только для того, чтобы отличить фальсификацию от

реальной синестезии, но и для того, чтобы выявлять скрытых синестетов,

людей, обладающих такой способностью, но не желающих признавать этого

или не знающих об этом.

Мы с Эдом снова сидели в кафе, обсуждая наши открытия. В ходе

наших экспериментов с Франческой и Мирабель мы установили, что

синестезия существует. Следующий вопрос был такой: почему она

существует? Может ли объяснить ее какой-нибудь сбой в мозговой системе?

Что мы знаем такого, что поможет нам его определить? Вопервых, мы знали,

что самый распространенный тип синестезии это видение цифр в цвете. Во-

вторых, нам было известно, что один из главных цветовых центров в мозге

это область, называемая V4, в веретенообразной извилине височных долей.

(V4 была открыта Семиром Заки, профессором нейроэстетики Лондонского

университетского колледжа и мировым авторитетом по части изучения

организации зрительной системы у приматов.) В-третьих, мы знали, что

примерно в той же самой части мозга могут быть области, отвечающие за

числа. (Нам это известно, так как малейшие повреждения в этой части мозга

лишали пациентов арифметических способностей.)

Я размышлял, не может ли цвето-цифровая синестезия быть

обусловлена просто случайным «перекрещиванием» числового и цветового