Чтение онлайн

— Нет, не смущаешь. Ты поговорить хочешь?

— Да… Сьюзи на работе, ей некогда… А ты просто лежишь. Можешь даже не отвечать, просто выслушай.

— Если такое дело, то я не буду спать. Наоборот, послушаю тебя, и поговорим.

Снова эта приятная улыбка… Как же она греет душу в такие суровые денёчки… А если честно… Я в полном замешательстве! Катя приехала ко МНЕ, чтобы поговорить. Просто поговорить, высказаться о чем то… Неужели… Я вошёл в список доверительных лиц?

В палате становилось темно. Солнце потихоньку опускалось, и его лучи исчезали. Я включил свет. Конечно, он был слишком тусклым, но от этого прибавлялась особая атмосфера.

Мутный свет… Две кровати напротив друг друга. Тумбочка, на которой уже стояло две чашки горячего чая. И мы. Мы с Катей.

Нас окружает тишина. Здесь ничего не шумит. Здание буквально вымерло. Даже стены пропитались молчанием.

Я облокотился на две подушки, и ждал пока Катя начнет говорить. Она нервничает, и хрустит пальцами. Боится. Боится открыться.

— Вань, я просто устала. — начала говорить девушка, спустя десять минут молчания. — В жизни многое навалилось, боюсь: не справлюсь. Я уже замучалась с этой недосказанностью. Не с кем поделиться своими мыслями. А дома… Дома меня никто не слышит. Я говорю, а шум по всей квартире только усиливается. Вселенная даёт мне понять, что не хочет разговаривать.

Я продолжал её слушать, и сидел неподвижно.

— У меня много личных проблем, и детских травм. И я уже не знаю что делать. Мои сны посещает брат. Человек, которого я ненавижу всем сердцем, всей душой. Он снится мне. Даже на том свете, не даёт покоя.

— Брат? А почему между вами была такая неприязнь?

Катя посмотрела на меня. Её взгляд слишком быстро поменялся. На глазах появились слёзы, но она мгновенно их вытерла.

— Этот человек… Являлся моим родным братом. Он был старше меня. На момент его издевательств надо мной, ему было… шестнадцать.

— А тебе?

— А мне восемь.

Она склонила голову, и снова смахнула слезу. Я уже сам возненавидел её брата, хотя подробностей не понимаю совершенно.

— Катюш, ты чего? — спрашиваю, и подаю ей чашку чая.

— Я помню всё… В мельчайших деталях. Помню как он бил меня, а потом укутывал в тёплые вещи, чтобы мама не заметила синяков с ранами. Он мог запросто разбить мне нос, одним ударом. Он мог вытолкать меня на улицу в минус, из за плохого настроения. А когда я сказала что обо всём расскажу родителям… Брат обезумел. Он схватил меня за шею, и потащил в свою комнату.

Катя вдруг замолчала. А затем продолжила.

— Когда он швырял меня в каждый угол… Я вспоминала моменты, когда мы всей семьёй выбирались на отдых, и он относился ко мне со всей бережностью. Когда он заламывал мне руки до адской боли, я вспоминала как он целовал их, после моего падения с велосипеда. Когда… Он… Начал трогать меня внизу… Я вспоминала дни, когда он клялся что убьет всех, кто посмеет меня обидеть. А когда… Он со всей жестокостью наваливался на меня сверху, дабы удовлетворить свои ужасные желания… Я вспоминала моменты, когда считала его своей опорой. Когда считала его своей каменной стеной. Я то верила… Что он… Не причинит мне вреда… Я даже не верила, я была уверена на сто процентов. Но он превратился в чудовище. Он являлся самым главным злодеем моей жизни.

Я не мог поверить своим ушам. Неужели… Катя действительно пережила этот ужас? Как..

— Каждую ночь, я проводила в слезах. Мне было больно. Морально, и физически. А мама ничего не знала. Она считала что между мной и братом, отличные отношения. За ужином, она постоянно хвалила его. Она хвалила его, понимаешь? А я сидела напротив брата, и боялась не правильно взглянуть. Его возбуждали мои движения… Он сам так говорил..

Чем больше она рассказывает, тем больше я шокируюсь. Мне кажется что здесь шокируются даже стены, и вся комната.

— Мой брат имел психологические отклонения. Но этого никто не знал кроме меня. Однажды, я стала свидетельницей его диалога с вымышленным другом. Он сидел в комнате, и разговаривал со стеной. А если я попадалась ему на глаза, то тут же приходилось молиться, а лучше бежать. Он подрывался с места, и мчался за мной. Мне удавалось прятаться в комнатах, где есть замки.

— А… Как часто это всё происходило?

— Когда как. Иногда по два раза на день, иногда два раза в неделю. По большей части, он бил меня.

— Всё равно не пойму. Куда мать смотрела?

— А ты думаешь, брат допускал нашей встречи?

— В смысле? А как? Вы что в одной квартире не виделись?

— Нет. Он давал мне какие то таблетки, от чего я засыпала моментально. Потом, прятал меня в разных местах. То я в шкафу проснусь, то на втором этаже нашей двухъярусной кровати. Было такое, что просыпалась на балконе.

С каждой минутой, мне становится всё больнее, и больнее это слушать. Бедняжка… Я не могу себе представить того ужаса, который она испытала в свои то восемь лет.

Я обнял её. Мои объятия согревали. Катя хотя бы перестала так сильно дрожать. Теперь, ей было спокойнее, она сама так сказала. Бедная девочка, прижалась ко мне как котёнок, и не шевелится. А потом, она легла на мои колени, и продолжила рассказывать.

— Он погиб.

— Кать… Ты постоянно вспоминаешь об этом случае?

— В прошлом году, я начала отпускать это. До этого, мне было жутко страшно находится в компании мужчин. В школе, в колледже, в магазинах, в больницах, я старалась как можно меньше проводить с ними время. Тогда я не просто боялась мужчин, я могла потерять сознание от одного их взгляда. Мне давали антидепрессанты, кололи мощнейшее успокоительное, чтобы я не могла думать о плохом. Мне было очень трудно. Очень. Я даже… подумывала… лишить себя жизни..

— А почему ты вспомнила об этом сейчас? — спокойным голосом спрашиваю, и поглаживаю её по голове.

— Я хотела проверить свою реакцию… Раньше, мне было безумно больно от воспоминаний, а сейчас… стало немного легче. Хотя бы нет тремора, и настоящей истерики как в те времена.

— Кать… Я в шоке! Почему же ты ничего не говорила родителям? Твой брат был сумасшедший, он мог тебя убить…

— Мог. Но я была ребёнком. Он угрожал мне, а я ничего не могла сделать. Да, и мамка бы моя не поверила. Она брата любила сильнее всех. Я думаю, если бы всплыла такая информация, и мама бы ничего не предприняла… Я бы точно уже лежала в могиле. В холодной, жуткой могиле..

— Что то мне тяжело стало… Душа разрывается от твоей истории..

— Я не хотела тебе жаловаться. Более того, я даже не хотела говорить об этом… Но сейчас, мне стало действительно свободнее. Маленький груз с плеч упал, даже дыхание нормализовалось.

Катя продолжала рассказывать мне, а я смотрел на неё, и пил остывший чай. В её глазах много горечи… Она повзрослела слишком рано..

— Я ненавижу его. — сказала она, и перевела взгляд на меня. — Я ненавижу всё что связано с ним. Ненавижу его мать, хоть она и моя тоже. Ненавижу его отца. Ненавижу его облик во снах. Ненавижу его уродскую улыбку, его голос, его смех, его поступки. Из за этого пидора, моя психика нарушилась. Я пугаюсь резких движений. Пугаюсь громких явлений. Будь это гроза, или музыка на колонках. Я боюсь темноты. Боюсь что сейчас включится свет, и он возникнет передо мной. Я могу испугаться человека идущего за мной, даже среди белого дня. Я долгое время привыкала к факту, что в моём окружении всё равно появится мужской пол. Ведь я поступала в пед.