Может извинишься?
Шрифт:
Воздух словно закончился во всем мире. Казалось, что отец взял в руки пистолет, и что есть пуль, выстрелил в моё сердце. А я стоял, держался за него, и боялся подумать о чем либо.
— Как… умерла? — спрашиваю, глотая слёзы.
Он пожимает плечами, и наливает в рюмку оранжевую отраву.
— Давно?
— Семь лет как.
— Ты так спокойно об этом говоришь… Тебе что всё равно?
— Если бы мне было всё равно, я бы не пил.
— Пожалей печень, ты же себя убиваешь.
— Мама умерла беременной. — сказал отец, и до дна выглушил рюмку. — Под сердцем… она носила мою дочь. Это случилось так внезапно, что никто ничего не понял.
И тут я удивился ещё больше. В смысле беременной? Она была беременна…
— Настя поехала в больницу на обследование. А через сутки, мне позвонили. — продолжал он наливать алкоголь в рюмку.
— Хватит бухать, рассказывай. — нетерпеливо говорю.
— Мне позвонили из морга. Сказали, что нашли мёртвую девушку. Сделали вскрытие. Обнаружили убийство. На неё напали, но как… Никто так и не понял. Никаких следов приступления. Никаких зацепок. Ничего.
— Но… почему… ты не сказал мне?..
— Ты был подростком. Счастливым подростком. Я не мог тебя травмировать. Тебе нужно было время.
— Думаешь… Сейчас мне легче?
— Да. Ты научился жить без неё. Тебе так проще.
— Откуда ты знаешь? Мне не проще! Мне капец как не проще! Смерть близкого человека, простой не бывает. Я ждал её. Я надеялся что она просто нашла другого мужчину, родила ребенка, и переехала. Я ждал. Я хотел увидеть её даже через тридцать лет.
— Лучше бы она нашла другого.
Слёзы покатились по моим щекам, после чего я направился к выходу. Мне стало невыносимо тоскливо, и критически больно. Нужно было вдохнуть свежего воздуха, и собраться с мыслями. У меня задрожали ноги, и вспотел лоб от переживаний. Выскочив на улицу, я схватился за столб. Начал кашлять, и всеми силами хватал кислорода в лёгкие. Я не верил что её нет на самом деле. Я отказался в это верить… Я больше никогда не вернусь в дом отца, и больше никогда не отвечу на его звонок. Он сказал мне то, что должен был сказать семь лет назад! Я больше не желаю видеть его в своей жизни. Да, я начал забывать о маме. Да, я больше не помнил её голоса. Но она жила в моей голове, а главное в моем сердце. Я всё это время винил себя в её исчезновении. А теперь, виню ещё сильнее.
От лица Кати:
Новый день, меня обрадовал. С утра, Андрей приехал ко мне в гости, и подарил большой букет цветов! Причём, это были мои любимые цветы: орхидеи. Мы выпили по чашке горячего чая, и отправились на работу. Мне кажется, что я начинаю привыкать к мужчинам. Последние три дня, я даже успела пообщаться с Иваном, и другими из преподавательского состава. Всё таки, зря я боялась контакта с ними. Мужчины бывают подонками, а бывают хорошими друзьями, и собедниками. Нет, я не доверяю им. Но, впечатление немного изменилось.
Меня по прежнему триггерит от их взглядов. Но уже я спокойно принимаю это. По крайней мере, не убегаю в страхе.
А уже через пятнадцать минут, Андрей обещал заехать за мной. Мы собрались идти в театр.
Стою перед зеркалом, рассматриваю себя. Я нанесла на губы светлый блеск, накрасила ресницы, нанесла пудру на лицо. Уложила волосы в причёску. На мне: светло-бежевое платье. Которое идеально подчеркивает фигуру. Туфли. И в руках сумочка.
Уже в машине, я немного расслабилась. Смотрела за дорогой, молчала, не знала о чём поговорить. Андрей спас ситуацию. Он завёл диалог!
— Я заметил интересный факт. Почему ты всегда заказываешь чай? Почему не пьешь кофе?
— Тут всё просто. У меня аллергия на кофе.
Андрей кивнул. А через пару минут, раздался новый вопрос, и появилась другая тема.
— У тебя есть проблемы с доверием?
— Есть. — отвечаю.
— А от чего это всё пошло? Кто то ранил тебя, предал?
— И ранил, и предал. Но я не буду это обсуждать.
— Почему?
— Андрей, я не хочу об этом говорить, закрыли тему.
— Я просто спросил.
— Ну а я просто ответила. Давай лучше о другом поговорим. Вот например, как ты относишься к женскому полу? У тебя когда то была боязнь их, или опасение?
— Никогда подобного не замечал. Девушки чудесны. Их можно только любить, обожать, и носить на руках. Остального не принимаю.
Я надеюсь что этот человек не обманывает меня. И у него действительно такая позиция к моему полу.
— А ты когда то обижал девушек?
— Нет. Девушка — это по сути тот же ребёнок. Его нельзя обижать. Нужно только дарить любовь, поддержку, и сюрпризы! Я бы никогда не обидел, а за остальных не знаю.
— Правда?
— Конечно.
Он асоциирует женщин с детьми. А у меня при одном упоминании слова «мужчина», на ум приходит «собака». Ну по сути то, это реалистичная ассоциация. Собаки тоже бывают добрые, ласковые, и нежные. А бывают злые, агрессивные, и мерзкие. От обычной дворняжки не знаешь чего ожидать. Протягиваешь руку, и надеешься что она добрая окажется. Но в такие ситуации, тебе становится стрёмно. Ты же даёшь ей руку, чтобы погладить. А она? Возьмёт, и огрызет по самый локоть. Так и с мужчинами. Откроешься ему, вывернешь душу. А он? Плюнет туда. Ударит в твое самое больное место. Растопчет. Размажет как кусок пластилина. А женщинам (детям) потом восстанавливаться. Приходится годами забывать только одного человека, чтобы открыться другому… Оно мне надо? Оно мне не надо. Мой конченный брат показал обличие мужчин своим идиотским поступком. Он касался меня. Шептал в моё ухо гадости. Он сказал, что каждый мужчина в моей жизни, будет вести себя так как он. И как тут теперь верить остальным? Привыкать то, я начну. Но вот доверять… Вряд-ли!
О, я уже вижу яркий свет вдали. Мы подъезжаем к театру!
Глава 7
В театре было скучно. Я сидела, и ждала пока закончится спектакль. Большую часть времени поглядывала на экран телефона. Андрею тоже было не интересно, и вскоре мы просто покинули заведение. Решили погулять по вечернему парку, пообщаться, сладкой ваты поесть.
Погода сегодня замечательная. Прохладный ветер обдувал мои волосы с лицом. А Андрей заметив это, снял с себя ветровку, и накинул на мои плечи. Он проявляет ко мне заботу, от чего мне становится приятно. Мне нравится прогуливаться по таким местам. Здесь можно подумать о своём, посмотреть в небо. Увидеть там сияющие звёзды, и даже закат. Но сегодня, небо затянулось. Образовались серые тучи, и появился тёмно-синий оттенок. Шум природы успокаивает. Он даёт понять, что в жизни не всё так плохо. Есть куда идти, есть к чему прислушаться. В такой уютной обстановке мне особо хорошо. Я готова открыться этому миру в такие моменты!
— Кать, знаешь… А я ведь уже очень давно не был таким свободным… таким настоящим… искренним… Спасибо тебе большое!
— Мне? — смущённо отвожу взгляд. — Это тебя благодарить нужно. За новые приключения, разговоры, и просто общение.
— У меня были разные девушки. Они были красивыми моделями со стройными ногами. Были популярные гимнастки, танцорки, режиссерки. Но не с одной из них, мне не было так хорошо. Так хорошо как с тобой… Ты даёшь понять, что этот мир полон добра, искренности, и улыбок! Ты словно лучик света в суровые будни.
От таких слов, моей душе становится мелодично. Мой внутренний ребёнок начинает верить в сказанные им слова, и будто танцует. Танцует, смеётся, улыбается! Я давно не получала таких настоящих комплиментов… Даже не знаю что ответить.
— Кать… Ты очень хорошая девушка. Я так рад что познакомился с тобой. Я благодарю тебя за доверие, и за то что не послала в тот день у остановки! Спасибо.
Я улыбнулась. Мой мир наполнился самыми разными красками. Я уничтожаю чёрные оттенки из своей души, и ловлю дикий прилив наслаждения. По моей шее побежали мурашки, а конечности сжались.