Чтение онлайн

Я украдкой взглянула на маман. Глаза у нее слипались, и единственным, что мешало ей сейчас же предаться неге, была я. В попытке перехватить инициативу и закончить этот утомляющий разговор, она оперлась рукой о щеку и попыталась сконцентрировать на мне убийственный взгляд.

– Мне нужны ключи от бабуленькиного домика! – выпалила я и застыла, прижав руки к сердцу и задержав дыхание.

Маман разочарованно фыркнула.

– И почему ты не пошла с этим к отцу, ты же знаешь, что ключи у него?! Боги, я столько времени страдала почем зря!

Маман была прямолинейна. Но мое умение все скривлять и запутывать было достойно похвалы, так что я не отступала.

– Потому что, моя милая, любимая, обожаемая мамуля, ты же знаешь, как папа относится к бабуленькиному наследию?

Мама нахмурилась, что-то прикинув в голове, и покачала головой.

– С болезненным подобострастием.

– Вот! И я сказала бы так же! – я подняла указательный палец для усиления акцента. – Он страшно боится ее проклятия, и все-все время со дня ее смерти запрещал нам подходить к ее дому ближе, чем на десять метров! Он ни за что, ни за что не позволит мне туда попасть, а мне это очень нужно, иначе я завалю диплом, меня выгонят с позором, а ты будешь нелепо выглядеть в своем траурном платье пятилетней давности над моим кремово-бархатным гробом. Все будут тыкать в тебя моноклями и говорить, что ты перестала быть модной!

– Почему это пятилетней? – тут же спросила маман.

– Потому что ты не успеешь сшить новое! Кто-нибудь из тридцати восьми моих кузенов подсыплет мне ядовитое зелье в зубную пасту!

– Да с чего ты это взяла?!

– Ну, ладно, – согласилась я, – ты права – скорее, в мой завтрак. Или в крем для лица. Или в гель для душа. Или они могут, ну, знаешь, натереть токсичным порошком мой корсет. Или…

– Ох, – маман махнула рукой и вздохнула тяжело и трагично, даже лучше, чем я. – В дедушкином склепе есть запасной ключ.

– Правда? – мое лицо просветлело.

– Думаю, да. Ты же знаешь кодовое заклинание, найдешь сама, – маман зевнула.

– Спасибо, моя милая, обожаемая мамуленька! – я подпрыгнула на месте и набросилась на нее с объятиями. – Только не говори папе, ладно?

– Да-да, осталось тебе убедить в том же своего брата.

– Что?

Я встрепенулась, резко обернувшись. Как я могла забыться и позволить себе ослабить бдительность? Мелкий засранец притаился в кустах и все подслушал! Подтверждением тому был шелест листьев и его удаляющееся хихиканье. Я тут же бросилась вдогонку.

– Стой, гаденыш!

Мы с Кристианом порой не плохо проводили время. Примерно до того момента, как ему стукнуло шесть, и он, несомненно, переняв мамулин интеллект, начал понимать, когда его нагло используют. О, могу вам сказать, он быстро реабилитировался, и его умение манипулировать обществом было за гранью моего понимания. Способствовала тому его смазливая мордашка. Если, дамы, вы хотите узнать, как выглядели в детстве герои ваших любовных романов, то вот он – удирающий будущий Казанова, который когда-нибудь лишит рассудка не одну трепетную леди! Однако, не смотря на его юркость и скорость, мои ноги все же были длиннее, а желание выжить в этой борьбе – сильнее. Так что я успела поймать его за шиворот, пока он не проскочил в щель в заборе и не скрылся в прилеске.

– Не смей рассказывать папе! – как можно грознее зашипела я.

– Ой, да что ты мне сделаешь? – Кристиан извивался, как уж, и дважды попытался меня укусить, но так как я уже давно знала все его приемчики, у него это ни разу не вышло.

– Я надеру тебе уши и нашлю страшную чесотку! – внушительно пообещала я. – А еще расскажу девочкам из твоего класса, что ты до сих пор писаешься в постель!

– Это не правда! Не правда! Не правда! – заорал оскорбленный Кристиан.

– Это ты им доказывай!

Кристиан надулся, как злобный воздушный шар и покраснел.

– Сделка!

– Какая тут может быть сделка? – возмутилась я, уперев руки в бока.

– Я не говорю отцу, а ты научишь меня разжигать огонь из воздуха!

– Ты что совсем оборзел?! Вообще-то это я тебя шантажирую, значит, это я выдвигаю условия!

И тут мой братец жутенько возвел бровь и взглянул на меня с искусственным умилением. Голосок у него при этом стал сладеньким и пугающим.

– Но ты же знаешь, Зелин, что когда-нибудь я тоже закончу магический университет?

Я побледнела, мои губы сделали грустную дугу.

– Ладно, – согласилась я. – Ты не говоришь отцу, а я покажу тебе легкое заклинание со светом.

– С огнем!

– Нет, со светом! Иначе за тобой придет Орден! – зловеще произнесла я.

Кристиан до чертиков боялся Ордена. Вероятно потому, что мечтал стать пиратом или черным некромантом, о которых читал много книжек, а Орден частенько портил жизнь и тем и другим, изобретая удивительные способы казни.

– Идет! – он протянул мне свою худощавую руку и самодовольно улыбнулся.

– Договорились, – я сделала как можно более важное и внушительное лицо и закрепила наше рукопожатие простейшим заклинанием обоюдной клятвы. – Но не сегодня, мне некогда.

– Нет, сегодня!

– Послезавтра!

– Завтра!

– Я сказала послезавтра!

– Я поступлю на некромантию, так и знай!

– Ладно, завтра! Но тебя не возьмут!

– Почему это не возьмут?!

– Ты блондин!

– А я покрашусь!

– Тогда дядя Геральт тебя утопит!

– Это еще почему?

– Потому что мальчики не красятся!

– А я, а я…

Кажется, Кристиан был готов расплакаться или искусно делал вид. Тем не менее, я сжалилась.

– Да ладно, я пошутила. Возьмут тебя, не переживай.

– Я так и знал, что ты врешь, ведьма!

– Простой констатации факта маловато, чтобы меня огорчить! – презрительно фыркнула я.

– Рыжая! Рыжая! Рыжая – бесстыжая!

Он довольно залыбился и припрыжкой поскакал в сад. Я цикнула раз пять, наблюдая за сверканием его светлой макушки между кустов. Ничего, ничего, вот получу первую степень нума и тогда посмотрим!

Жаль, мне некогда было предаваться мечтам. Нужно было успеть забрать в студсовете агитлитературу и листовки с приглашениями на бал Ворожей, который должен был случиться совсем скоро. А после этого меня ждал Луки для одного неприличного дела. Я снова трагично вздохнула. Луки всегда втягивал меня в какие-то сомнительные приключения. Пару раз я даже была свидетельницей разборки межу оборотнями Востока и Запада. До сих пор не понимаю, что меня хранит. Ах, да…

Я посмотрела направо. Фуф преспокойно сидел на изгороди, щурился на солнце, и жевал гусеницу. Вокруг него мирно и красиво порхали ничего не подозревающие бабочки. Заметив мой взгляд, он протянул мне вторую половину своего обеда, громко чавкнув. Я сморщилась и поспешила улизнуть. Спрятаться от Фуфа у меня бы не получилось, но я до сих пор тешила себя надеждой, что хотя бы какое-то время я могу провести без его вездесущего общества.