Чтение онлайн

— Ну, — Снова рассмеялся он. — До вчерашнего дня они не были такими уж неудачниками. Но вообще, мой отец выходец из этого клана, он решил, что мне будет полезно пообтесаться перед тем, как он заберет меня в свою компанию.

— Паршивая идея. — Поморщился я. — И с тем, чтобы быть стажером в этом клане и с тем, чтобы работать с папашей, если он конечно не глава компании и клана.

— Почему? — Заинтересовался он.

— Идя работать к нему, ты пойдешь по стопам родителя, будешь исполнять его мечты, следовать его выбору. Ну а раз он не главный, значит и выбор то у него был такой себе.

— Его уважают. — Внезапно серьезно произнес парень, но по его тону я понял, что он про что-то подобное думал и сам. Говорю же, перспективный юноша.

— Его пользуют. — Рассмеялся на этот раз я. — А уважение заключается в том, что его пользуют больше других. Давай так. Я не стану агитировать тебя в свою компанию, говорить, как у меня все хорошо и восхитительно, что со мной ты заработаешь кучу денег и тебе каждый день будут давать лучшие телки, хотя это и так. Я просто предлагаю тебе такой вариант. Когда ты поймешь, что связался с кучкой кретинов, когда осознаешь, что не хочешь работать с отцом бок о бок, приходи ко мне и мы обсудим твоё будущее в моей компании.

— С рабским ошейником на шее. — Криво усмехнулся Назар.

— Мой ошейник ничем не отличается от контракта с кланом или трудового договора в реале, да, с ним на шее больше рисков, я могу продать тебя, когда ты станешь для меня бесполезен, но и бонусов больше. В общем думай, решай и до встречи.

— До встречи. — На автомате попрощался со мной парень, после чего я удалился с рыночной площади и устроился в том же кафе, в котором сидел и вчера.

— Милый мальчик. — Проворковала Гайя, размешивая сахар в кофе с пенкой и очень эротично облизывая ложку, естественно перед этим убедившись, что я это вижу.

— Хотела бы его? — Язвительно поинтересовалась кошка, прижимаясь ко мне и начиная тихонько урчать. Вот же зараза, поняла, что мне это нравится и пользуется.

— Люблю милых мальчиков. — И не подумала смущаться орчанка. — Но все же предпочитаю сильных мужчин. Кстати, о сильных мужчинах, к нам гости!

Я повернулся туда, куда она показывала и увидел игрока высокого уровня с иконкой главы клана над головой. Он уверенно направлялся в нашу сторону.

— О! — Обрадовался я. — Похоже нам денег принесли.

— Господин Перейра! — Посетителю не нужно было уточнять я ли это или нет, потому что мой ник был виден любому желающему игроку прямо над моей головой, стоило только присмотреться. Точно так же и он не нуждался в представлении. Гельмут, рыцарь смерти сто восьмидесятого уровня, глава клана «Рубиновое подворье», кажется, это была довольно крупна сеть ювелирных магазинов, специализирующаяся на ширпотребе, который был по карману даже беднякам. Не хилая должен признать крыша у «Бомберов». Этот клан на раз мог выставить сотни три бойцов без отрыва от производства. Причем не мелочевки, вроде тех, кого держали в основе у «Альбатросов», и которые считали за счастье получить тридцатый уровень, а вполне даже серьезных, от шестидесятого до сотого уровня. Этот клан точно входил в сотню сильнейших в Элирне. И сейчас их глава пришел ко мне поговорить. Не требовать, не ставить ультиматумы, а общаться. Сильно влияние Елены Сергеевны в мире реальном, что таких вот ребят, по щелчку пальцев осадила.

— Господин Гельмут. — Радостно улыбнулся я собеседнику. — Чем обязан? Мы, кажется, с Вами ранее не были знакомы.

— Определенно нет. — Подтвердил визитер и взглядом попросил разрешения присесть.

Как только он занял место, Гайя тут же потянулась через весь стол демонстрируя гостю содержимое декольте, в которое он не преминул нырнуть взглядом, взяла чайник и налила ему ароматный напиток.

— Попробуйте. — Проворковала орчанка. — Фирменная Биелвская смесь трав. Уникальный сбор.

Что-то мне подсказывает, что этот уникальный сбор я не так давно привез из Элирна и снабдил им все местные заведения, хотя может они чего-то своего добавили, укропа, например.

— Так о чем Вы хотели поговорить? — Я приподнял бровь, а руку по-хозяйски опустил на бедро орчанки, та чуть раздвинула свои мускулистые бедра, но я лишь легонько сжал ладонь, показывая, что мы не играем. — Мне казалось наши интересы не пересекаются. Или я ошибаюсь.

— К сожалению или, к счастью, не пересекаются, но я пришел попросить за наших мальчиков. — Гельмут кивнул на камень возрождения, на котором в картинной позе стоял Назар и вещал нечто такое от чего зеваки покатывались со смеху.

— Просить за этих мерзавцев? — Я удивленно раскрыл глаза. — Вы? Да как Вам не стыдно. Я думал Ваш клан состоит из серьезных людей, а вот нате. Просить за людей, которые пытались меня обокрасть, преследовали моих людей в реале и вообще… — Я заговорщицки осмотрелся, склонился в сторону посетителя и прошептал. — Они мне грубили.

— Господин Перейра. — Глава «Рубинового подворья» вздохнул и взгляд его стал жесткий и колючий. — Меня предупредили, что Вам не стоит вредить.

— Не так. — Перебил я его. — Вам дали хороший совет, что Вам не стоит ввязываться во вражду со мной. И дали его люди, которым Вы должны быть очень благодарны. — Я сжал ладонь и Гайя правильно поняв сигнал возмутилась.

— Себастьян! Так это что, он пришел нас пугать? — Она оскалила свои ровные крепкие зубы с очаровательными клыками, небольшими по меркам орков.

На этот раз рука легла мне на бедро, вернее даже выше. Кира погладила мой член требуя слова.

— Клан, «Рубиновое подворье». — Произнесла она абсолютно без эмоций. — Шесть сотен бойцов. Рудники на севере и востоке Элирна. Пять лавок в столице, три ювелирных мастерских, одна в Элирне, две в крупнейших городах баронств, где происходит добыча камней и метала. Нам будет выгодно их поглотить.

При этих словах глаза Гельмута едва не вывалились из орбит. Такой наглости он не ожидал. А самое странное, что мы ни единым жестом не показывали, что блефуем.

— Постойте! — Поднял он руки. — Я пришел не начинать войну, я пришел попробовать договориться…

— Договориться? — Я округлил глаза, и нельзя сказать, что именно стало тому причиной, притворное удивление или то, что к руке кошки прибавилась и ладонь орчанки. Я чувствовал, как они поглаживают меня по бедрам и члену, как их пальцы то переплетаются, то начинают соперничать друг с другом. — Разве Вам есть что мне предложить? Уже завтра я растопчу и «Бомберов» и всех их союзников. Всех понимаете? — Я снова угрожающе склонился вперед. — Они попытались взять то, что принадлежит мне. Они угрожали мне убийством в реале. Мои люди, вынуждены были прятаться от их бойцов!

— Ну… — Собседник вовсе не выглядел по настоящему виноватым. — Мальчики ведь. Они погорячились, допустили ошибку…

— Смертельную ошибку. — Голос мой стал угрожающе хриплым, а все потому, что чья-то покрытая мягкой шерстью рука с острыми коготками проникла ко мне в ширинку, сомневаюсь, что она пыталась подать мне какой-либо сигнал, скорее кошка просто развлекалась, к ее руке тут же присоединились прохладные пальцы, вытащившие мой член и сжавшие его, при этом кошка принялась поглаживать головку, время от времени легонько проводя по ней кончиками острых ноготков. — Знаете, я ведь на самом деле не считаю, что они совершили что-то не правильное, они увидели возможность заработать и попытались ею воспользоваться, я бы сам так поступил. И в реале я бы затравил врагов, скорее всего даже убил бы их. — При этих моих словах, глава коммерческого клана, человек, для которого прежде всего была прибыль, а лишняя кровь приносила лишь убыток, поморщился. — Не хмурьтесь, порой забрать пару жизней, выгоднее чем вести долгие переговоры. Но именно что выгоднее. Я не жесток. Я сугубо прагматичен. И Вы можете спросить, чем же тогда провинились эти милые мальчики? — Гельмут пристально смотрел на меня, а мои подружки, облокотившись на меня с двух сторон с хищными усмешками глядели на него, продолжая под столом свое грязное, но чертовски приятное дело. — Они виновны в глупости и наглости, они ввязались в войну с человеком, ничего о нем не узнав, не проверив, потянут ли такой куш. Они не оставили мне выбора. Сейчас, для меня дать заднюю, означает показать слабость перед остальными такими же наглыми, но куда более сильными людьми. Если я безданно, беспошлинно отпущу их, все решат, что я слабак!