Чтение онлайн

— Все равно, это все очень рискованно. — Ленора начинала дергаться не на шутку. — А что, если Линкенхорн в этот раз на меня не обратит внимания.

— Вот уж за это я бы совсем не стал переживать. — Я наклонился к племяннице и заправил ей за ушко выбившуюся прядь белоснежных волос. — Ты и так потрясающе красива, а уж в этом платье, не заметить тебя будет невозможно. — Я провел ладонью по ее лицу, затем шее, а после запустил ее в вырез платья. — Если же он не обратит внимание сразу, то просто попадись ему на глаза и чуть неловко повернись, чтобы одна из близняшек показала себя миру. Поверь, перед твоей грудью не устоит никто. Я и сам себя кое как держу в руках.

— Так может… — Ленора мне игриво подмигнула, но в этот момент повозка остановилась.

— Не судьба. — Вздохнул я. — Слишком мало времени. Так что, надевай плащ и пошли. Помнишь? Скидываешь плащ, как только нас представят!

— Да помню я. — Ленора подхватила с сидения непроницаемо черный плащ с капюшоном и надела его так, чтобы виден был лишь подбородок.

План был прост, в первые мгновения, Ленора должна была привлечь всеобщее внимание как раз плащом, не каждый день на светский раут заявляется дама, облаченная в подобный наряд, ну а потом, покров будет сброшен и наступит шок!

Платья изобретенные и изготовленные Грэтой были и вправду чем-то невероятным, такого Аллар еще не видел, наряд из чистых заклинаний, не ауры, не щиты, и уж тем более не каменная или древесная кожа, это было новое слово в моде. Дешевое и эффектное. Ну в смысле дешевое в производстве, в продажу такие наряды поступят по совершенно баснословным ценам.

И гнома как раз сейчас находилась на аукционе, чтобы через пять минут после явления Леноры обществу, выкинуть в продажу первые десять нарядов.

Всего за последние дни она успела изготовить три десятка платьев, но выбрасывать их на рынок мы будем постепенно, чтобы подольше сохранить максимальный спрос.

— Ладно! — Ленора наконец зашнуровала последние завязки и выдохнула. — Пошли!

Я вышел из кареты первым, затем помог спуститься племяннице. Как я и предполагал, черный траурный наряд привлек внимание и уже на улице на нас вперились любопытствующие взгляды. Не обращая внимания, мы прошествовали ко входу в особняк, где высокий степенный мажордом объявил.

— Член торговой гильдии второй ступени Себастьян Перейра с племянницей. — Видимо этот титул был самым значимым среди моих регалий, ну да, я ничем не отличился в Элирне, не занял должностей, не получил званий, но все же я попал на этот прием и меня нужно было как-то представлять.

И надо сказать, я бы не привлек абсолютно ничьего внимания, если я бы не Ленора, ну очередной торгаш и что. Но когда девушка скинула плащ, равнодушных не осталось. В тот момент, когда зал озарили вспышки хитрого плетения заклинаний, все одномоментно затихли и замерли, уставившись на невероятное зрелище.

— Ну вот. — Шепнул я на ухо племяннице. — А ты боялась.

За тишиной последовал дружный выдох, а потом нарастающий дружный шёпот, переходящий в громкий навязчивый гул. Но главное было в том, что все, кто был в зале неотрывно смотрели на нас. И не важно какую должность кто тут занимал, игроки и НПС, дворяне и купцы, мужчины и женщины, все неотрывно вглядывались в фигурку Леноры, с которой мы неспешно прошествовали в центр зала.

— Ну. — Нарочито небрежно сказал я девушке. — Где тут люди, которым ты хотела меня представить?

Представить меня она никому не успела, ожидаемо к нам тут же подоспели какие-то люди сообщившие, что с нами хочет познакомиться сам бургомистр, что он много обо мне наслышан и ему не терпится пообщаться о насущных делах.

В итоге нас отвели в отдельный зал, куда меньший по размеру, где присутствовали от силы человек двадцать, и где веселый пожилой толстячок с изрядным пузом и фальшивой улыбкой пожал мне руку. При этом, он не сводил голодного взгляда с Леноры.

— Господин Перейра! Как я рад! Наслышан о Вас. Наслышан! Вы у нас кажется из… — Он вопросительно посмотрел на меня.

— Из Биелва. — Я улыбнулся в ответ, обводя взглядом собравшуюся публику. Как ни странно, тут присутствовало довольно много игроков и что было еще более неожиданно, некоторые даже были мне знакомы.

Вот, например высокоуровневая девушка игрок в облегающем белоснежном платье с вырезом от пола и до живота, через который была видна не только ее длинная и стройная ножка, но и микроскопические трусики. Длиннющие угольно черные волосы резко контрастировали с белоснежным нарядом, изумрудные глаза и пухлые губы. И что удивительно, эта женщина держала на золотом поводке другую девчонку, тоже игрока. Как и должно быть у игроков тоже ослепительно красивую. Смуглая кожа белоснежные волосы в цвет платья ее хозяйки и абсолютное отсутствие одежды.

Я поморщился, нельзя было так делать, нужно было наоборот одеть рабыню во что-то, да вызывающее, да развратное, но одеть. Так бы это смотрелось эффектнее. Хотя, и так, они попали в узкий круг бургомистра.

В общем выглядела моя невеста, а это была именно Олеся, конечно, эффектно, но недостаточно. Можно было проработать образ и получше. Но тут уж поделать нечего, все же Олеся еще молода и искусству манипулировать мужчинами не вполне научилась, но уже видно, что осваивает это семимильными шагами.

Бургомистр тем временем продолжал изливаться соловьем при этом пожирая глазами Ленору.

— Биелв. — Он закатил глаза. — Чудесный городок, жемчужина побережья, к сожалению, правда, они в последнее время начали постоянно мелькать в разного рода сводках, что там у Вас происходит?

— Да ничего. Обычная жизнь. — Пожал я плечами встречаясь взглядом с другой своей знакомой.

Та стояла чуть поодаль, сжимала в руке кубок с вином и сверлила меня ненавидящим взглядом, маленькая хобитша была сегодня коротко пострижена и одета, как ни странно, очень скромно и не броско, в облегающие штаны и камзол с высоким воротом. Вообще я ее даже не узнал сначала, если бы не пристальный взгляд, которым она меня буквально прожигала, то не обратил бы внимания.

— А мне докладывают о серьезных изменениях. — Продолжал бургомистр. — Какие-то истории, про суперчеловека, борца за справедливость и права простых людей.

— Вы же умный человек. — Я посмотрел на него с осуждением. — Ну какие сверхлюди. Все это базарные байки. Сказки для скорбных умом! И тем более, какая справедливость? Справедливость — это когда те, кто умнее или сильнее повелевают остальными, а байки про иное, народ придумывает, чтобы иметь надежду, мол придет некто невероятный и спасет нас от угнетения. Так что не верьте слухам.