Чтение онлайн

– Тогда лучше американцы, – сказал «гаваец».

– А может, ничего не будет? – встрепенулась вдруг его девушка, с робкой надеждой глянув на «лейтенанта».

– Ну, я не знаю… – пожал плечами тот. – Вокруг Москвы развернута противоракетная оборона.

– Кстати говоря, единственная действующая в мире, – кивнул «моряк». – И на границах ПВО стоит, «трехсотки» там самые лучшие… Может, ни одна ракета не долетит до Москвы…

– Остается только надеяться, – развел руками «лейтенант».

– Будем надеяться, – вставил свое слово «капитан».

Но я так зло глянул на него, что он поспешил закрыть рот ладошкой. Из-за него сотни людей не смогут спастись от взрыва. Если, конечно, он произойдет… А вдруг пронесет?

Вдруг над головой что-то стукнуло. Я невольно вздрогнул. Да и все остальные пугливо вжали голову в плечи, решив, что это был отголосок взорвавшейся бомбы. Но «лейтенант» прояснил ситуацию.

– Дверь открылась, – подняв к потолку глаза, сказал он.

И я вспомнил, что над нами находится третий блок, гражданское бомбоубежище. Кто-то там открыл тяжелую входную дверь, которая, стукнувшись о стену, произвела этот шум. Я прислушался и смог уловить топот ног. Похоже, зал над нами заполнялся людьми. Что ж, хоть кто-то сработал как надо.

– Что-то я не пойму, – глянув на Болгарова, почесал я затылок. – Если дверь заблокировалась, почему третий блок открыт…

– Так только наша дверь заблокировалась, – с грустью неудачника отозвался тот.

– Заблокирован доступ в секретное учреждение, – добавил «лейтенант».

– В узел связи… А как же связь поддерживать, если все заблокировано?

– Так связь же не фельдъегерская. Проводная связь, радиосвязь.

– А если что-то сломалось, где запчасть брать?

– Ну, здесь раньше был склад ЗИП… Давно это было…

– А запасы на зиму? – спросил «гаваец».

– С этим у нас полный порядок, – совсем не весело улыбнулся «лейтенант». – На месяц хватит…

– Всего на месяц?

– Ну, мы же коммерческое предприятие, на своих запасах. Для клиентов сухой паек держим… Никто ж не думал, что реальная война может начаться… Там да, там реальный запас. – «Лейтенант» снова вознес глаза к потолку. – Годовой запас на триста человек… Через две недели дверь откроется, и мы сможем получить доступ к этому запасу. Если, конечно, с нами захотят поделиться. Там своя администрация будет, свои расчеты…

– А что, связи с этой администрацией нет? – спросил очнувшийся Валера.

– Есть. Телефонная связь есть. Мы, конечно, постараемся договориться, но не знаю, поймут ли нас…

– А запасной выход? – прозрел парень. – Есть же запасной выход! Я могу выйти на поверхность через запасной выход!

– Никуда ты не выйдешь, – покачал головой я. – Твоя мама уже спускается в метро, она там переждет взрыв… А может, и не будет никакого взрыва.

– Может, и не будет, – эхом отозвался Валера.

И в это время потолок содрогнулся так, что с него посыпалась пыль. И это не дверь открылась. Это было похоже на что-то гораздо более страшное.

– А-а! – затыкая уши, завизжала девушка «гавайца».

– Мама! – обхватив голову руками, опустился на корточки Валера.

– Кажется, случилось, – оторопело посмотрел на меня «лейтенант».

Лампочки над нашими головами вдруг замигали, а потом дружно погасли. Пространство вокруг нас погрузилось во мрак. И еще вдруг стало подозрительно тихо – это перестал поступать к нам воздух.

– Свет отключился, – услышал я голос «лейтенанта».

– Чего стоишь, аварийный включай! – шикнул на него «капитан».

– Так это там, наверху, включить должны. Там дизель.

– А как же аккумуляторы?

– Так они же не заряжены…

– Почему?

– Так это ж, команды не было… Наверх надо звонить, от них все зависит.

– Звони, давай, выясняй. Не будет света, я тебя брошу на съедение толпе.

Я горько усмехнулся, слушая этот разговор. Мало того, что нас оставили без света, так еще и толпой назвали. Но как это ни странно, «капитан» был прав. Свершилось самое страшное, что могло быть. Над нами рушится Москва, сгорают в огне, гибнут от радиации миллионы людей. Мы выжили, но теперь нам придется вести борьбу за существование. И к Платону обращаться не нужно, чтобы узнать, в кого превращает людей такая борьба. Скоро из нас полезут животные, и мы действительно можем превратиться в толпу, где существует только закон джунглей. Так что не зря «капитан» пугал «лейтенанта» толпой.

А может, взрыва все-таки не было? Может, над нами просто что-то взорвалось? Может, в бомбоубежище вслед за обычными людьми проник террорист? Он взорвал бомбу внутри, разрушив тем самым фильтровентиляционную и дизельную установки. Не будет электричества, начнут остывать батареи. А мы, напротив, начнем закипать… Лично меня такая перспектива не радовала…

Трехдневный тур в подземелье стоил девять тысяч рублей. Не самая маленькая цена. И таких туров могло быть много, и каждый раз разыгрывалось шоу с «настоящей» атомной войной. А чтобы создать апокалипсический антураж, достаточно было одного экстренного выпуска новостей с участием телезвезды. Ей заплатили один раз, записали ее выступление на пленку, которой теперь терроризируют группу за группой. А провернуть номер с полковником МЧС и объявлением воздушной тревоги еще проще. А то, что над нами что-то громыхнуло, могло быть обычным взрывом. Ведь это не так уж и дорого – установить в каком-нибудь помещении третьего блока бронированный ящик и в нужный момент взорвать в нем тротиловый заряд. Разрушений вокруг не будет, а пол содрогнется. А чтобы свет выключить и остановить подачу воздуха, ума много не надо.

Я лежал на спине, заложив руки за голову. И пытался склонить себя к выводу, что ядерная война была не более чем удачной инсценировкой. Но где-то на стыке мозговых полушарий, казалось, тонко вибрировал радиотранслятор, куда поступал сигнал из антенны в спинном мозге. Телепатический голос убеждал меня, что я напрасно надеюсь на лучшее, пытаюсь успокоить себя. Никто бы не стал брать на себя ответственность, подвергая риску нашу группу экскурсантов. В экстремальной ситуации возможно все, вплоть до убийств и суицидов. Тот же Валера мог в ярости застрелить «капитана» Болгарова. Если у него действительно в куртке спрятан пистолет…

Шумно зашуршала плащ-палатка – это кто-то стремительно зашел в наш отсек. Я включил фонарь, не так давно извлеченный из сумки, и увидел страдальческое выражение на лице Валеры.

– Телефоны не работают! Связи нет! Дизель чинят! Радиация наверху зашкаливает!.. Похоже, нейтронная боеголовка шарахнула! – скороговоркой отстрелялся он.

– Погоди, если связи нет, как ты про радиацию узнал?

Я должен был сомневаться во всем, только так я мог не просто нащупать зерно истины, но и вырвать его из вязких, засмоленных плевел, которые засорили мое сознание. Я должен был найти неопровержимое доказательство того, что стал жертвой чудовищной мистификации, только этим я смогу подавить сигнал, внушающий мне безысходность моего положения.

– С верхним этажом есть связь, там у них станция дозиметрического контроля, там пульт с детектором, а выносные блоки наверху. «Лейтенант» сказал, он там, у телефона… И дизель скоро починят…

– А что за выносные блоки?

– Ну, один блок гамма-излучение определяет, другой – бета-излучение, третий – альфа… Это я сам знаю.

– Из курса ОБЖ?

– Нет. Когда сюда собирался, читал.

– Зачем?

– Интересно было… И страшно… Я же сюда не хотел идти. Боялся. На полигоне в пейнтбол играть – пожалуйста. А под землей стремно. Пацаны под землю лазят, ну, каменоломни там, коллекторы, а мне страшно. Девушка подкалывает: мужик ты, спрашивает, или просто так выросло… А тут эта экскурсия… Черт меня дернул билет сюда взять! Думал, привыкну, а тут такое…