Чтение онлайн

– Не знаю, о чём ты думаешь, но то, что я собрался организовать нападение на муров, это правда.

– Тогда поведай нам свои намерения, зачем тебе всё это?

– Скрывать думаю бесполезно. У вас же везде глаза и уши. – Я сделал глоток виски. – У них есть одна девушка, у неё дар определения иммунных. Так вот, я хочу её вытащить.

– Но зачем она тебе?

Ромб всё сыпал вопросы, а остальные молча переводили взгляды то на него, то на меня.

– Они её удерживают, запугивая убийством. Вот она и делает свою работу, опасаясь за свою жизнь. А зачем мне это всё? Будем считать, что я добрый самаритянин.

– Ладно. Думаю, наши планы схожи, так, что мы можем помочь друг другу. Что думаешь по этому поводу Дрозд. – Обратился к парню Ромб.

– А что тут думать. Мур он и в пекле мур. А после смерти Орла, моего крёстного, я их ненавижу ещё больше. Увижу на улице мура, то сразу…

– Хорошо. – Перебил его Ромб, немного повысив голос. – Твоя точка зрения мне ясна. А ты Фортуна.

– А мне девушку жалко, она же не по своей воле с мурами якшается.

– Да если бы меня заставили на муров работать, то я бы сразу себе пулю в лоб пустил. – Вступил в полемику Дрозд.

– Тихо. – Гаркнул на разбушевавшегося парня, Ромб. – Значит мой голос решающий.

– А можно вставить свои пять копеек? – Решил я потрясти перед ними шкурой не убитого медведя.

– Говори.

– Если у вас везде связи и уши, то вы, наверное, в курсе, что я продал большую часть оружия и боеприпасов внешников.

– Знаем. В этом деле ты нам конкретно подсобил. Теперь есть с чем повоевать и чем пострелять. Но к чему ты всё это?

– Так вот, товарищи стронги. Мы вывезли не всё. Там ещё куча оружия и других вещей остались. И всё это спрятано в бункере. И только я и Лека знаем, где этот бункер и код доступа к нему. Вы помогаете мне с Ношпой, а я передаю вам данные от бункера. Как вам такой расклад?

– Слушай Мрак. А у тебя в семье евреев не было? Хотя внешность у тебя славянская.

– Может и были, но суть вопроса это не меняет. – Настаивал я. В горле немного пересохло, и я допил свой виски и закинул в рот кусочек шоколадки.

– Вот сдалась тебе эта баба.

– Ещё как сдалась. Она жизнью рисковала. Я, когда в ваш Улей отксерился, в аварию попал с тачкой муров, был весь переломан, а Ношпа меня подлечила. Даже дозу спека не пожалела. За что и получила выговор. – Я вспомнил про Машу и немного запнулся.
– И вы ей благодарны должны быть, к вам, наверное, парнишка прибежал. Так вот она его живчиком и горохом отпаивала, жалко ей было его. Опять же получив выговор.

– А ты в курсе какой выговор у муров, Мрак?

– Нет, не представилась такая возможность.

– Они у своих же провинившихся вырезают органы. Видите ли, для профилактики, чтобы следующий раз неповадно было.

– Вот оно что.

– И тот парнишка, про которого ты говоришь, это твой Воробей. Его Орёл нашёл, и он же его усыновил.

– Теперь понятно про кого он говорил, когда рассказал, что его приёмных родителей убили. Всё-таки хорошим мужиком был Орёл. За такого не жалко базу муров с землёй сравнять. И горыныч мы с ним вместе теперь не попьём. – Я горестно вздохнул.

После весьма продолжительной паузы, снова заговорил Ромб.

– Ладно, будь, по-твоему. Но с одним условием. После всей операции, вы с девчонкой и, как её…

– Ношпой.

– Ага, Ношпой. Покинете наш стаб, раз и на всегда. Здесь кругом стронги, и они не будут терпеть под боком муров, даже если я дам команду вас не трогать. Один смельчак, да найдётся.

– Это я понимаю, на большее и не рассчитывал.

– Вот и молодец. Тогда расскажи всё, что знаешь Дрозду, а дальше будем думать, как нам всё это дело замутить.

– Мне надо по делам отлучиться, время до завтра ещё есть? – Спросил меня Дрозд.

– Через неделю произойдёт перезагрузка города, в который поедут муры, так что, пока время есть.

– Тогда купи в магазине телефон и, как будешь завтра свободен, набери меня. – Он протянул мне визитку, на которой был написан номер телефона, а сверху просто «Дрозд».

– Договорились.

После обмена рукопожатий, я вышел из кабинета и облегчённо выдохнул и провёл рукой по шевелюре, зацепив «пуговицу» на затылке. Всё никак не привыкну к ней.

Спустившись в фойе, меня уже ждал мужичок с обильной растительностью на лице и голове. Борода и усы полностью скрывали его лицо.

– Ты Мрак? – Спокойным голосом спросил он.

– Я.

– Я Ташкент. Таксист. Меня отправили отвезти тебя обратно в гостиницу.

– Замечательно. – Обрадовался я, что не придётся идти пешком.

Добравшись под шансон до гостиницы, я не обнаружил в баре ребятню и отправился в номер.

Как только я вошёл, меня просто закидали вопросами. Объяснив всё им по три раза, у меня даже язык стал заплетаться, и успокоив, что Леку больше никто не тронет, я наконец то завалился спать.

– Слушай железяка, а ты меня провожать не пойдёшь, что ли? – Услышал я сквозь сон, голос Леки. – Меня же ещё не выписали. Эскулап там, наверное, всех на уши поставил.

Я приподнял голову. – Ну и зараза же ты Лека. Ладно, пошли, провожу. Воробей с нами?

– А куда этот пернатый денется. – С улыбкой на лице ответила Лека.

Вот и захомутала парня девчонка. Закончилась его спокойная жизнь.

Сбагрив Эскулапу своего новоиспечённого клокстоппера, мы с Воробьём вернулись обратно в номер. Сон уже не шёл, и я спустился в бар. Купил ещё одну бутылку виски и закуски.

Посадил напротив Воробья, разлил по стаканам алкоголь и произнёс. – Ну, за Орла, пусть Улей ему будет пухом.

Парень поднял стакан и разом махнул его содержимое в себя. У него из глаз тут же прыснули слёзы, а ладонь возле рта летала, как турбина. Спохватившись, я протянул ему фляжку с живчиком. Зря. В ней тоже был виски, пусть и разбавленный. Глаза у парня выпучились, красное лицо покрылось пятнами. Я рванул в свою комнату, вспомнив о пол-литровой бутылке минералки у меня на столе.

Через десять минут Воробей наконец-то пришёл в норму. Поохав и поугукав, отодвинув стакан в сторону, мы всё-таки приступили к еде.

Вскоре сон вернулся обратно, а может это алкоголь ударил в голову. Так что я отправил парня в спальню Леки, а сам ушёл спать в свою комнату. Не раздевшись, падая в кровать промелькнула лишь одна мысль.

– Вот и прошёл ещё один, достаточно насыщенный на события, день.