Чтение онлайн

– Ну вот и всё. Процедура закончена. Ещё, что-нибудь болит? Как нога? Я, когда в последний раз осматривала, был открытый перелом. В автобусе я вправила и зафиксировала. Но я не травматолог, а хирург. Больше по мягким тканям.

– Спасибо. Вашими молитвами. Болит, конечно, но уже шевелить могу. – Ношпа заулыбалась, услышав похвалу, что мне было без разницы. У меня не было к ней ненависти или злобы, вообще не было каких-то эмоций.

– Хотя… Меня тут приложили недавно затылком об решётку, и в голове рок-концерт идёт. Может можно сменить мелодию на какую-нибудь попсу?

Она приподняла мою голову и провела рукой по затылку. Я тут же зашипел от боли. На перчатках у неё оказалась кровь, а с учётом того, что она не пролила ни капли, когда брала у меня из руки, значит на затылке рана, и она кровоточит.

– Это кто так постарался? – Спросила она.

– А это вот у этого кренделя надо спросить. – Кивнул я в сторону, хранившего до сих пор молчание, Фермера.

Ношпа повернулась к нему.

– Фермер, ты зачем пациента калечишь?

А фигура у Ношпы действительно хороша. С ракурса поближе можно было рассмотреть детальнее. Тьфу ты блин, что за мысли лезут в голову.

– Да это не я, это Скала, он так его приложил. – Начал отнекиваться Фермер.

– А он там, что забыл? Его дело вояки.

– Сказал, что мимо проходил, а этот, – Кивнул он уже в мою сторону. – истерику устроил. Вот и доигрался.

– Ясно всё с вами. Вам воякам лишь бы пострелять, да покалечить. – Она повернулась ко мне и вздохнула. – Сейчас заклеим, за пару дней всё затянется. Только живчика побольше пей, квазом ты пока не станешь.

– Кем? – удивлённо спросил я.

Она взглянула на меня. А глаза то у неё голубые. Кыш блин нехорошие мысли. У меня есть Маша, Машуля и точка. Не верю я, что она погибла. Не верю.

– Ты же Скалу видел? Так вот он и есть кваз. Человек в обличье монстра.

– Понятно, что ничего не понятно.

Она сняла ремни на одной руке и ноге, и я повернулся на бок. Покопавшись немного, убирая свежую и спёкшуюся кровь, она заклеила мне рану на затылке. После, сняла и выкинула перчатки в корзину. Отрезала кусочек лейкопластыря, и приклеила на коробочку с колбами, где была моя кровь. Взяла ручку и написала на пластыре номер сорок один.

– Всё, пациент свободен. Можете сопроводить его в свои апартаменты.

Фермер открыл дверь и позвал бойцов. Те вошли, отвязали остальные ремни, подхватили под руки, и снова поволокли уже обратно.

Вернувшись в клетку, на подносе меня ждал завтрак, манная каша с сыром и компот. Всё-таки кормят здесь хорошо.

Позавтракав и пригубив живчика, начал обдумывать всё, что со мной, за это утро приключилось. Скала оказывается так называемый кваз. Кстати, а почему у всех клички, а не имена? Фермер, доктор Анальгин, Скала, Ношпа. Видимо шифруются, если кто-то сбежит, чтобы не смог назвать по именам. Может быть, может быть. Ладно, с этим разобрались.

Кормят здесь хорошо. Это то же понятно.

Живчик. Лекарство с отвратительным запахом и вкусом, но оно помогает. Да и какое лекарство приятно пахнет. Это тоже положим на полочку в раздел «Почти всё ясно».

Отношение, по крайней мере, у медперсонала вызывает только положительные чувства. А как сказала Ношпа, воякам, лишь бы пострелять да покалечить, и с ней я полностью согласен. Убираем на ту же полочку.

Вот теперь самый главный минус. Они нас режут на органы, на органы Карл. Меня аж передёрнуло. И держат в этих чёртовых клетках с соломой и ведром вместо туалета. Минусы, жирные минусы перевешивают чашу весов в свою сторону.

То, что я увидел, пока меня тащили, рушит все планы на побег. Если даже и удастся сбежать из клетки, через забор с колючей проволокой я не перемахну. Плюс охрана.

Пока я ушёл в себя, с табличкой «вернусь не скоро», принесли обед. Что-ж, война войной, а обед по расписанию.

Фермер закинул мне ещё одну бутылку, со словами – Лекарство от Ношпы.

Что ж, видимо коллега Анальгина проявляет ко мне особый интерес. С чего бы это?

Пообедав, открутил крышку от подарочка и принюхался. Ух ты. Никак живчик на коньяке, даже пахнет приятно. Сделав пару глотков, ощутил приятный вкус во рту. Умеют же когда захотят.

Улёгшись на солому, я продолжил копание в своих мыслях. Минуты долго тянулись, превращаясь в часы. Так же и мысли. От позитивного настроя, они всё быстрее убегали к тому, что скоро моя жизнь оборвётся.

Фантазируя о том, что это всё сон или то, что я сбегу от сюда и найду свою Машу, я не заметил, как уснул с довольной улыбкой на лице.

Поспать мне не дали. К нам привели новенького, вернее новенькую. Девчонка лет тринадцати-пятнадцати. Её посадили в клетку рядом с моей. Значит, парень уже точно не вернётся. Земля ему пухом. Хоть и был молчуном, но он мне нравился. Ни выл, ни скулил, ни орал, как я.

Фермер, постоял, посмотрел на неё с минуту и молча ушёл.

Как только выключили свет я решил с ней заговорить.

– Привет, ты то, как здесь оказалась?

Мне её было видно, так как, через щель в крыше пробивался свет на её камеру. А вот она меня видеть не могла. Она сощурилась, пытаясь понять, с ней говорят или нет и откуда.

– Это вы мне? – Спросила девчонка.

– Да, тебе. Ты как? И как сюда попала?

Она тяжело вздохнула.

– Да, как и все, через туман. А дела нормально. По крайней мере лучше, чем у остальных здесь.

– Это как?

– Да я не первый год в Улье. И знаю, что здесь и как.

– Где? – удивлённо спросил я.

– В Улье. Мы ведь больше не на земле. А непонятно где. Все называют это место Улей или Стикс.

– А я думал, что я один с ума схожу.

– Всем новичкам это кажется бредом. А когда увидят закат, стык кластеров или хотя бы одного более-менее развитого заражённого, то все сомнения пропадают.

Если так подумать, не могли же здесь все сойти с ума. Доктор Анальгин, тоже про какой-то Улей говорил. Этот монстр Скала, который кваз.

– Допустим я тебе поверил, но как мы сюда попали? Ни на какой космический корабль я не садился. Да меня и не пустили бы, я курящий.
– Блин, а я уже, наверное, двое суток не курил, и тяги покурить нету. За два дня, я бы уже на стенку полез, без никотина. Только Маше об этом знать не следует.

Девчонка заулыбалась.

– Хорошо, заняться здесь всё равно не чем, так что я вам всё расскажу. Только с одним условием. Вы не будете меня перебивать. А накопившиеся вопросы, а я гарантирую, что они будут, зададите после. Хорошо?