Чтение онлайн

— Ты? — сказал он, приехав на место — в Исторический район.

Этим бесхитростным вором оказался недавно уволенный из полиции Дэвид Блейк. Он подобрал портативный PC на Бекинсейл, во время стрельбы, где герой выронил его…

Дэвид молвил тихим и спокойным голосом, как будто ничего не стряслось.

— Допустим, я. Что-то меняет?

Спаун не собирался скрывать, что цель его прибытия — «игрушка».

— Отдай то, что взял.

— Да мне труда не составит. Я отдам — Блейк вручил блокнотный PC Спауну.

И хоть ничего не предвещало продолжения беседы, он искренне надеялся на него.

— Это все? — коп глянул на демона, — Даже не выслушаешь меня?

— Зачем?

— Ну, я не знаю… — считая сей момент решающим, Дэвид с исключительной тщательностью подбирал выражения, — Я просто, как и многие другие, слышал, что ты даришь надежду. Это так?

Спаун сохранил молчание…

— И если так, то…

«Это — шанс, последний. Давай же, Дэвид. Стань вторым Спауном».

— Если так, то и мне ты тоже можешь подарить…

Несмотря на происходящий в округе хаос, в глубине души Спауну жутко льстило, что хоть кто-то, пусть даже наивный Блейк считает его вестником веры.

— В чем состоит моя задача?

«Хороший вопрос».

— Тебя никто не заставляет делиться амуницией, посвящать в сокровенные тайны. Просто позволь помогать тебе. Неужели так сложно?

Спаун отвернулся:

— Дело не в сложности…

«Должно прокатить».

Дэвид наседал:

— В чем же, интересно?

— В правде.

— Расскажи-ка!

— Все, кто хотят как-то помочь мне, гибнут. Не успеваешь осмотреться, а их уже нет…

«Ого, теперь я и сам разделяю его опасения».

— Но ведь это их выбор. Не так ли?

Сердце демона состояло, отнюдь, не из камня и он проникся чаяниями, упованиями Дэвида, который еще с первой встречи показал себя рвущимся в бой оруженосцем.

Пришел подходящий момент для принятия окончательного решения. И на рассуждения не было времени — на кону стояли детские жизни.

— Ты дашь мне надежду? Дашь? Я не могу, да и не хочу возвращаться в полицию, где все связано ложью, где законники вместо того, чтобы помогать, творят беспредел! Я устал от лжи.

«Прошу, не отказывай».

Спаун внезапно отдалился от мотоцикла, предоставив Дэвиду возможность первым добраться до Сан-Вэстронд.

— Езжай…

Коп не поверил в услышанное.

«Неужели он принял меня?»

— Куда?

— Маршрут знать необязательно. Байк сам доставит тебя.

Дэвид сел на мотик.

— Заложники — дети. По всей вероятности, несколько. Их нужно спасти…

— Что от меня требуется?

— Ждать меня там. Сам не суйся. Если есть пистолет — целься по ногам. Желательно обойтись без убийств…

— То есть, убивать нельзя?

— Когда работал в полиции, ты мог это делать, если требовалось. На данный момент ты под моим руководством. Не убивать — священное правило. Хочешь действовать в команде? Соизволь ему следовать…

— Не вопрос…

— Иди. Точнее езжай…

— А можно вопр… — мотоцикл неожиданно завелся и за десять секунд разогнался до ста километров в час.

Первые мгновения Дэвид боролся с подступающим истерическим припадком, но затем, привыкнув к бешеной мозговыносящей скорости, закричал на всю округу:

— Йох-у-у-у-у-у-у-у-у!

Люди, что проходили мимо и видели орущего на Dodle Tomahawk (чемпион среди супербайков) мужика, перекрещивались…

Проснувшаяся в Дэвиде жажда адреналина опережала жажду жизни, душа вырывалась вперед, и сердечный стук производил шум, аналогичный моторному реву, к которому позже прибавился громкий треск.

Доехав до шоссе, ездок значительно снизил скорость и в то же десятисекундие слетел с байка, неуютно, но удачно приземлившись на траву.

«Я должен встать».

Лихому конкретно подфартило, он мог просто-напросто разбиться, а отделался крохотными ссадинами. Отряхнув испачканные рассыпчатой почвой брюки, Блейк повторно «оседлал» Tomahawk.

До пункта назначения оставалось каких-то шесть километров. Далее город шел на убыль, заканчиваясь россыпью обветшалых построек.

Территорию Сан караулили вооруженные отморозки, кои ни капли не напугали Дэвида. Отсутствие планов на будущее, вопрос «как дальше жить, а, главное, на что» не оставляли экс-полисменчику выбора.

«Только рискуя собой, удастся стать полезным. Только так я смогу реализовать себя. Ничего нельзя бояться, кроме позора, кроме проигрыша».

Дэвид подошел сзади к охраняющему калитку лысому типу с камнем в руках.

«Спаун просил не убивать. Это — его правила. Но с другой стороны, если посмотреть, то по-другому никак: я без амуниции, без того, что нужно. Никакого оружия самообороны. Только плохо накачанные мускулы и обилие тяжелых предметов на территории, с помощью которых можно… убить.

Эх, если б только жизнь являлась книгой — многосюжетным шестисотстраничным романом, меня бы — автора — высекли для удовлетворения оскорбленного нравственного чувства читателя».

Пока экс-коп шевелил губками, что-то говоря про себя, «чеченец» наставил на него ствол пистолета-пулемета. Но не успел выстрелить, как получил камнем по башке. Не умер, а… схватился руками за пробитую ноздрю, которая теперь обязательно будет выделяться среди старых боевых отметин.

Ударом локтя в шею Дэвид довершил дело — вырубил преступника.

«Не убил — и это хорошо. И все же сволочи, похищающие детей для чего-то там, не заслуживают смерти.

Заслуживают худшего».

Забрав у мулата УЗИшку, он смело ступил на территорию…

Вдалеке Блейк увидел здание с открытыми воротами, и чье-то небыстрое движение.

«Шевельнутся ублюдки — выстрелю по ногам. Но только не в голову, не в сердце. Нужно чтить заповедь героя.

Если в полиции я и вел себя безрассудно, почти ничего не соблюдал, играл не по правилам, не всегда появлялся и, в общем-то, наплевательски относился к поставленным задачам, то на этой линии фронта все куда строже и мне необходимо исправиться — осознать всю ответственность — экс-полицейский наблюдал за огнями в окнах противоположного дома, задавшийся «зачистить» наиболее близкое к нему сооружение, — Как-то раз я сказал себе, пора взрослеть. Что же это означало? Перестать бегать по клубам, напиваться до беспамятства, вести эгоистический образ жизни…