Чтение онлайн

— Умею, как же нет. Но плохо. Медленно.

— Что ж ты такой примитивный-то?!

— А ремня? Я воин, сын воина. Нам грамота особо ни к чему была. Где писать? На бересте? Али на пергаменте? Бою мы учились, а не за свитками просиживали.

— Ладно. Изобразишь дрожание рук — мол, так перенапрягся, что и ручку держать в руке не можешь. Ты старый, тебе поверят. А пока давай тебя поучим пользоваться телефоном и Паутиной. А то так невежей и помрешь.

— Знаешь, Ника, я когда-нибудь тебе точно ремня всыплю. Привяжу к лавке и отхожу по заднице. Да так, чтоб неделю сидеть не смогла, а после следила за языком.

— Ох, я так боюсь, что коленки трясутся! Когда-нибудь — это не сейчас. Так что садись и внимай мудрости современного мира. И не знаю, говорил тебе кто это или нет — но добро пожаловать в реальность, и все такое…

Глава 10

— Вот, смотри…

Ника достала этот, как его… телефон. Тыкнула пальцем в светящийся экран и вывела что-то, похожее на карту. Увеличила размер. Ага! Тут я уже сориентировался. Очертания земель хоть и были иными, но похожести взгляд уловил.

— Мы сейчас вот тут, это город Изборск. Новгород — столица Российской империи, тут… — она чуть сдвинула экран. — Расстояние чуть больше двухсот километров.

— Погоди, — остановил я ее, всматриваясь в карту. — Где меня нашли?

— Хороший вопрос, — кивнула она, опять чуть сдвигая экран. — Это вот тут, древний курган. Проклятое место. Вокруг леса, такие буреломы, что не пройти, не проехать. Туда никто и не ходит. Вот, по информации Паутины, там сгинуло три археологические экспедиции. А причины понять не смогли. Связь там глушится намертво. Ну, и видимо, охрана лютая. А вот кто именно охраняет этот курган, никто не знает.

Она помолчала, глядя на экран. Потом заговорила:

— Как отец выжил, сунувшись туда, не понятно. Он никому ничего не сказал, просто собрался и поехал. В принципе, это в его стиле. Было в его стиле, — чуть сглотнув и отгоняя воспоминания, сказала она. — Отсюда, если по прямой, до Новгорода почти триста километров.

— Так, приблизь еще. Ага. Ясно. Значит, меня похоронили на поле Свенельдовом, где как раз и была битва. Странно, что не в самом Новгороде. Впрочем, спросить уже некого, да и неважно это.

— Тебя не хоронили, ты ж живой. Скорей, погрузили в сон. Тебя как вообще убили?

— Коготь Четырехлистника порвал сердце. С такими ранами не выживают. Но при этом я и сам его завалил.

— Ага. Я слышала о таком. Возможно, его энергия перешла в тебя, не дав сразу умереть. Ну, а потом ваши маги, как-то смогли стабилизировать тебя и погрузили в сон, чтобы, значит, ты восстановился. Но что-то явно пошло не так, раз ты столько лет в земле пролежал.

— Звучит правдоподобно, — задумался я. — Убивая нежить, мы поглощаем высвобождающуюся при этом энергию, усваиваем ее и становимся сильней. А так как я нанес первым смертельный удар, все и досталось мне.

— Что значит — усваиваем энергию? — не поняла она. — Войти-то в тебя она может, но усвоиться нет. А если ее будет много, то сам нежитью можешь стать. Твои-то, наверное, просто что-то успели сделать, чтобы не допустить этого.

— Да то и значит, что усваиваем. Убил тварь, и вся ее сила перешла к тебе. С потерями, конечно, потому как мертвое чуждо живому, но достаточно, чтобы это почувствовать. А что тебя так удивило?

— Да то, что у нас все по-другому.

— Поясни.

— Энергия мертвяков для нас разрушительна. Ее сначала собирают в специальные артефакты — очистители, которые есть у каждого. Потом мы их сдаем алхимикам. Они ее прогоняют через специальные эфироприемники и возвращают обратно. И вот тогда уже мы можем ее впитать. Если так прикинуть, то возвращается примерно процентов десять от поглощенного.

— Плохо. Это очень плохо. Ваши тела разучились взаимодействовать с энергией мира. А без нее ничего не получится.

— А ты умеешь? — загорелись ее глаза.

— Конечно. Иначе как бы я ожил? И как бы стал таким красавчиком? — я наткнулся на ее скептический взгляд. — Чего?

— Для деда лет восьмидесяти ты, конечно, очень неплохо выглядишь.

— Погоди, мелкая язва. Вот наберусь сил, восстановлюсь, и тогда ты сильно удивишься. Мне так-то двадцать всего. Душа это знает, а значит, будет стремиться привести тело в прежнее состояние. Ну, а я помогу. Так что пара месяцев, ну, может, чуть больше — и я стану прежним. Больше нежити и мертвяков убью, быстрей восстановлюсь.

— Научишь? Ну, напрямую становиться сильней?

— Может быть. Но потом. Сейчас, как ты понимаешь, у меня иные планы. Кстати, Лишка, тебе учиться надо. Магии. Где у вас ей обучают?

— Она ж не маг?! — изумилась Ника, свысока глянув на служанку.

— Маг. Просто, судя по всему, вы про таких не знаете. Ну да это моя забота.

— Точно? — Лишка аж засияла.

— Слово князя, — кивнул я. — Мы своих не бросаем. А ты своя.

— А я? — влезла Ника.

— Тоже. В бою вместе бились, спину друг другу прикрывая. Вы не струсили, не сбежали — в вас силен дух воина, а это по нраву мне. Тех, кому смело спину доверить можно, надо ценить пуще жизни своей.

— Да, мы такие. Храбрые и красивые, -заулыбалась она.

— Твоя тетка-то когда приедет? Уже сколько времени прошло?

— Ну, она сказала, что через час, но, зная ее, будет минимум через два. Пока Приказ Тайных дел на уши поставит, пока долетит…

— Долетит? Она ведьма, что ли? –напрягся я.

— Нет. На маголете. Он быстрый, но маны, на которой работает — это такой переработанный эфир, — жрет очень много, а она дорогая. Поэтому используют его только в крайнем случае. Ну, как в этом. Пока его подготовят, пока вылетит. В общем, два часа, не меньше. Так что давай, я пока тебя научу пользоваться телефоном, раз время есть.

— Я, кстати, в бою тоже такой взял, -достал я из кармана свой трофей.

— Выкинь его. Не будет работать, -посмотрела она на него.

— Это почему еще? — обиделся я. — Твой же работает.

— Но в моем нет в центре экрана дыры. Ты зачем в него ножом тыкал? По незнанию или в знак протеста?

— А… — сообразил я. — В него нож воткнулся, когда я этих резал. Потому, видать, и не сдох он сразу. Пришлось добивать.

— Лишкин себе заберешь, вы же не надолго расстанетесь. А без связи тебе нельзя. Я в него свой номер забью, чтобы, значит, ты мог мне позвонить. И Наташи, если она позволит. Ей все можно будет рассказать про тебя, она не болтливая. Но сначала поговорим, доверять теперь я могу только тем, кто тут сидит.

— Разумно. Ты молодец, — погладил я ее по голове.

Она сначала дернулась, а потом расслабилась и чуть не замурлыкала от удовольствия. Увидел зависть в глазах Лишки, погладил и ее. Дети, что с них взять.

— В общем, смотри как надо с ним обращаться…

Все оставшееся время я учился. Ника, конечно, наставником оказалась так себе — торопилась, бесилась, когда я чего-то не понимал сразу, пару раз даже стукнула меня по плечу, не сдержав эмоций. Но я пер вперед, как конь богатырский, видя цель, но не видя препятствий. Тупым я, что бы она там ни вопила, я никогда не был, а голова, будто соскучившись по любым знаниям, впитывала в себя их, как губка, все запоминая и ничего не забывая. Так что когда над нами завис переливающийся серебристым светом маголет, я уже вполне бодро мог пользоваться телефоном и даже разбирать местные буквы, быстро складывая их в слова.