Чтение онлайн

Образы — с ними все намного лучше. Нет, они не засияли цветом своих стихий, но уже не выглядели как сморщенные гнилушки. Теперь я могу их призвать, уже на пару секунд полностью взяв нужный облик, и после не рухнуть от истощения. Но пока лучше этого не делать.

Так, теперь защита. Мечи — увы, пока недоступны. Надо еще парочку сотен мертвяков уничтожить, чтобы душа достаточно окрепла в теле и вернула мне прежнюю привязку. Это тело пока не выдержит подобного. Поэтому пользуемся кинжалом, которой оказался не таким уж и бесполезным. Посмотрев на ранее тусклый, а теперь слабо светящийся красным камень на рукоятке, я хмыкнул и повесил его на пояс.

Огляделся и пошел искать среди прочего хлама что-нибудь полезное, не забыв взять так необходимую мне воду. Девчонки пока оставались в бесчувственном состоянии, и пусть так еще немного полежат. Лишние визги и вопросы мне ни к чему.

Ноги не дрожат, тело, пусть и слегка деревянное, но уже может двигаться без скрипа. Я полез в карман, не сомневаясь, что найду там то, что ищу — белую ленту для волос. Это была моя любимая, вышитая сестрой. Я скрутил волосы в хвост сзади, воспользовавшись ею. Воспоминания кольнули болью, но я спешно отогнал их. Не время грустить — все потом.

Живительная влага полилась в рот, и я пил и никак не мог остановиться. Думал, что лопну. Но осушив четыре бутылки, понял, что хочу еще. Но это терпит.

Так, вот длинный меч какого-то Артура. Прямой, длинный, но сталь вроде нормальная. Щелкнул пальцем о лезвие — приятный звук. Есть шанс, что сразу не сломается. Прикинул, как буду доставать его из-за спины, потому как не любил носить оружие на поясе. Хорошо. Длинный, руки хватило точь-в-точь. Закинул, пристроил, проверил — можно работать.

Так, а вот теперь можно и девчонок будить. А то привели смерть за собой, а теперь валяются тут, будто и не виноваты. Воды не осталось, поэтому пришлось шлепать их по лицам, стараясь не навредить. Пока я, увы, плохо силу контролирую — надо время, чтобы привыкнуть.

— Не сметь бить меня по лицу! — резко пришла в себя, будто бы никуда и не уходила, графская дочь, как ее там… Вероника вроде?

— Не бейте меня, я все исправлю, — Лишка напряглась и, кажется, даже не открывая глаза, собралась удирать.

— Замерли, малявки! — рявкнул я. — Не орать, не пищать, маму с папой не звать.

— Некого звать, всех убили… — заскрипела зубами Вероника. Потом, несмотря на все усилия сдержать слезы, все же заревела. А следом за ней и Лишка.

Признаюсь, я тоже чуть было не пустил слезу — эффект был заразителен. Но сдержался и горжусь собой. Не время раскисать, Родина в опасности. Тем более, я чувствовал, как к нам приближаются мертвые. Странно, что они не заявились еще раньше.

— Так, плакать будем потом. Сейчас надо выжить. Есть тут второй вход?

— Ты изменился, князь, — Лишка наконец посмотрела на меня и чуть приоткрыла рот.

— Так ты и правда тот труп, да? Как-то не похож. Хотя, одежды вроде бы его… — вытерев слезы, взяла себя в руки маленькая графиня.

— Все вопросы оставьте при себе. Кто хочет жить и мстить, показывает дорогу. Остальные могут остаться и молиться презренным богам.

— Князь, ты нас спасешь? — Лишка уже пришла в себя и прикидывала варианты.

— Зови меня Мстислав. И да, спасу. Если вы, наконец, включите мозг и начнете двигаться. Иначе я спасу только себя. Нам нужно тихое место, где можно собраться с мыслями и силами. И откуда спокойно делать вылазки.

— Склеп, — переглянувшись, хором выдали девчонки.

— Прозвучало в виду последних событий вообще не привлекательно.

— Ты не понимаешь. Там нас точно мертвяки не найдут, а мы зато их всех увидим. А если и найдут, там толстые стены — не прорвутся. Побежали! Там и еда, есть и вода.

— В склепе? — еще больше обалдел я. — Вы не смотрите, что я плохо выгляжу — так-то мертвечиной не питаюсь.

— Глупый князь. Шевели ногами и скоро сам все увидишь.

Тьма не просто висела в воздухе — она липла к коже, как паутина, пропитанная запахом гнили и старой крови. Каждый шаг по разбитой плитке графского поместья отдавался в висках гулким эхом, слишком громким в этом мертвом молчании. Молчании, которое вот-вот взорвется.

Вероника быстро шла впереди, указывая путь, ее тонкая фигурка в порванном платье казалась нелепо хрупкой на фоне чудовищных теней разрушенного особняка. В ее руке был не игрушечный кинжальчик, а тяжелый, вполне себе боевой нож, эдакий маленький меч, которой она, не раздумывая, подхватила со стойки.

Лишка, моя маленькая тень, вцепилась в край моего плаща так, что пальцы онемели. Она уже не плакала. Слишком страшно ей было сейчас даже для слез.

— Левее, Мстислав! — шипение Вероники прорезало тишину, как лезвие.

Я рванулся в сторону, едва успев оттолкнуть Лишку. Из провала, где когда-то был фонтан, вывалилась тварь. Не просто скелет, не просто гниющее мясо. Это был сплав ярости и разложения. Костлявые пальцы с клочьями плоти сжали обломок косы, глаза — вернее, то, что в них осталось, пылали холодным, ненасытным голодом. Оно не просто хотело убить — оно хотело растерзать, растворить в этой всепоглощающей тьме.

— Отойди! — рявкнул я, выставив меч.

Сталь запела в воздухе, встретив ржавое железо косы с градом искр. Удар отозвался болью в предплечье. Тварь не отшатнулась. Она рванулась вперед, издавая хриплый, булькающий вой. Я прыгнул назад, заслоняя девочек, рубанул по колену. Кость с отвратительным звуком хрустнула, но существо лишь закачалось, не выпуская оружия. Его голова дернулась, пустые глазницы уставились на Лишку.

— Нет! — крикнула Вероника.

Не раздумывая, она метнулась вперед, ее удлиненный нож блеснул в тусклом лунном свете и вонзился твари в бок. Не глубоко, но больно. Она с ревом развернулась к девочке. Сердце у меня ушло в пятки.

— Вероника, назад! — заорал я, бросаясь в атаку.

Меч описал широкую дугу, впиваясь в шею монстра. Недостаточно. Сталь застряла в позвонках. Тварь завыла, извиваясь, трясясь, пытаясь стряхнуть меня. Я навалился всем весом, вывернул клинок. Голова отлетела с мокрым чавканьем. Тело рухнуло, но пальцы еще судорожно сжимали древко косы.

— Бежим! — схватил я Веронику за руку, подхватывая Лишку, которая висела у меня на плечах как мешок. — Показывай дорогу!!!

Поместье ожило. Тени зашевелились повсюду. Из-за обвалившихся колонн, из разбитых окон, из-под кусков обрушенной кровли — они выползали, сползали, ковыляли на переломанных ногах. Хрипы, скрежет, бульканье — симфония смерти нарастала. Каждый шаг по заросшей тропинке к фамильному склепу был битвой.

Один мертвец, больше похожий на раздутый мешок кожи, попытался схватить Лишку. Я рубанул ему по руке, отсекая кисть с гнилыми когтями. Другая тварь, бывшая горничная в лохмотьях кружевного фартука, бросилась на Веронику с диким визгом. Графиня встретила ее ударом своего «меча» прямо в оскаленный рот. Зубы хрустнули, тварь отпрянула, давясь костями.