Чтение онлайн

"Да, но не всегда то, что дарит фортуна, нужно брать себе! Она может дать тебе щедрый подарок, а после – отомстить за вечность, проявленную к нему, и забрать за свой дар твою жизнь! "

Упрямство одержало верх в его пылкой душе, не уступив осторожности и самосохранению , и даже любовь и доверие, которые он испытывал, так или иначе к богобоязненной Селине, отошли на второй план перед желанием доказать ей – своей верной подруге – сто он может абсолютно все. Все, включили охоту, службу и захват драгоценных камней из логова дракона (тем

более, если он в него не верил) .

Один из камней особенно привлек его внимание – то был даже не камень, а скорее, маленький осколок, но сила его яркого свечения привлекла Громуса более всех других, и он, не поединка, решил потянуться за красивую самородком.... Селина плакала и шла за ним, сжав зубы и маленькие кулачки от бессилия… Внезапно колоссальный По своей силе и громкости крик сотрясение пещеру, а затем огненной пламя светило ее всю , не успев еще сжечь стоящих благополучно далеко Громуса и Селину.

Они оба в ужасе застыли, на их мордах было подобие маски смерти, коя заковала Все эмоции под замок и не давала резко повернуться и сбежать. Вот так стояли и смотрели в пучину, бездну , провал, из-за которой раздался крик… А всего через некоторое мгновение оттуда показалась огромная (больше Селины и Грома, вместе взятых, целиком) голова с разинутой пастью , вся покрытая красновато-изумрудного оттенка чешуей (ведь она отливала обоими цветами – изумрудом и кармином одновременно !) и увенчанная раскидистыми рогами, кои оканчиваличь причудливой формы камнями.

Зрелище великолепное. Но не до великолепия было горе-охотнику и его спутнице. Как ни странно, в этот раз первой среагировала на опасность Селина : Громус оцепенел и стоял, как в бреду, однако она резко одернула его, но при этом упала сама. Словно бы наконец осознавший всю суть происходящего, Гром подхватил Сели – и побежал прямо с ней на руках, прочь, прочь от этого кошмара…

Он все же забрал один из камней – это был тот самый маленький осколок, на который позарился пытливый дух Грома.

***

Им удалось спастись. Однако ж все имеет свои последствия, а за поступки, как говорится, нужно быть в ответе.

Селина была печально права: за некоторые подарки судьбы необходимо платить. Когда побег был осуществлен, Гром не сразу заметил, но Искра от огня пламени дракона попала на прядь пышных волос Селины и въелась найти в кожу. С тех пор серебристый песец страдала головной болью, а потом и вовсе начала таять На глазах. Желающий загладить перед ней свою вину, Гром как мог варил насто и зелья, но в скором времени убедился с глубокой печалью, что все эти меры разбивались об страшную магическую силу языков доверенное пламени, подобно тому, как пена волн разбивается о морское побережье. Селина совсем ослабела и осунулась: ее и без того хрупкая фигурка стала схожа с салатом маленькой, костлявой птички… К счастью, противоядие было найдено. Тот самый камень – единственный, который удалось вынести из пещеры – оказавшийся к тому же осколком аметиста, теперь висел на шее у Сели, как амулет – оберег. Без него она не жила, а просто чахла, существовала кое-как. А камень словно бы возвращал Не к жизни. О ссорах было забыто навсегда. Гром почти не выходил теперь на охоту. Жизнь дорогой и верной подруги теперь приобрела иную значимость в его глазах. Он понял, что может потерять ее с минуты на минуту.

Одним из теплых, майских вечеров они сидели над оврагом, обнявшись. Громус укрывал Селину теплой шалью, а она шептала :" Если у нас родится сын, пусть он будет сильнее, смелее и мудрее, чем мы тогда. "

Так и произошло, спустя месяц, когда была сильная гроза, разрывающая небо и сотрясающая землю, ветер был, словно стая волков, погнавших добычу, сметая все на своем пути, деревья трепетали и размахивали ветвями… Известно, Гром и Ветер рождают Ураган. Так на свет появился Адам Джонатан Торнадо, с кратким именем Торонта, про прозвищу "Лис Мрачная Туча ".

***

Сколь часто мы ошибки совершаем,

Но стрелки на часах не повернешь назад…

Тот временной отрезок словно возвращаем –

И в лес вдруг превращен уже заросший сад.

Себе даем порою обещанья,

Не исполняем – хоть и верой поклялись!

За этим неизбежно наказанье –

И оборвется невиновного вдруг жизнь…

Поставив во главе желанный интерес,

Глухи мы к чьим-то чувствам и мольбам,

А стоит лишь завесу приподнять,

Чтоб дать проникнуть и влететь чужим мечтам.

По совести сказать, убив себя морально,

Живем мы все в цинизме, слепоте,

Как черви, разгребая слои почвы,

В духовной абсолютной слепоте!

Вот так: приняв поспешное решенье,

Что позже вызывает сожаленье,

Нельзя исправить, повернувши вспять,

Обратно все вернув, чтоб снова не сломать.

А как хотелось бы жить в мире из чудес,

Не важно, что сие – сад, парк или лес…

Но там бы волшебство помогло помочь внезапно,

Чтоб исправлять ошибки, повернув обратно.

Но сладким медом не всегда сыты порой,

Бог с горьким дегтем мудрый ниспошлет покой.

Ошибки не дано нам вечно исправлять,

Чтобы уроки мудрые могли мы извлекать.

А вот прислушаться иль нет к таким урокам –

Не буду целомудренным пророком –

Мы склонны, к счастью, сами выбирать.

А уж потом, свершивши земле свои дела,

Душа узнает, какова ее дальнейшая судьба.

Все воздается за поступки, а не за слова.

И это помнить следует сперва!

Посвящается непростой судьбе матери Торотны,

Селине Вересковой, серому песцу.

Ворланд не успел заметить , как Торонта резко обернулся и зашагал вдаль, в ночную, глухую темноту. «Каар…Постой....Куда ты?»

Друзья вышли, покинув келью черного лиса, на свежий воздух, окутанный дыханием благоухающей ночи, чтобы развеяться и обменяться важной информацией – но , то ли осторожный ворон предпочёл не распространяться пока что на больную тему, то ли раздраженный нагнетающей скрытностью лис чувствовал ее и мстил товарищу своим хмурым молчанием, разговор, такой необходимый и нужный в эту минуту, не пошел и оборвался. И вот теперь, пользуясь кромешной темнотой, укрывающей его злость от друга, вышагивал Торонта вперед, по тропе , по направлению к освещенной луной опушке.

"Ты не сказал того, что мне было нужно. А поскольку мы и так достаточно поговорили с тобой, не думаю, что мне актуально боле здесь задерживаться. У меня есть работа , занятия. Прощай. "

Ворланд с сожалением в его темно-серых глазах, провожал взглядом друга, но уже не пытался его догнать, размахивали крыльями и создавая ветер, повышая темп воздуха – он также был разочарован в поведении приятеля. Не желал он говорить с ним на эту тему -не нуждался Торонта, по его мнению, в общении с красивой незнакомой…