Чтение онлайн

— Так ты пишешь об узлах, но не можешь выбраться из них?

Я, наконец, набрираюсь смелости, чтобы взглянуть на свое тело. Мои бедра проглядывают сквозь клочки белой ткани. Мои трусики полностью видны. В таком виде я больше похожа на проститутку. Мое лицо горит от смущения. Я снова пытаюсь сжать ноги и мне плевать на судорогу.

— Ты была права насчет ночнушки, — говорит Джекс. — Она слишком неудобна для этого. — Начатое письмо лежит между нами как обвинение. — Я зафиксировал их для тебя.

Его глаза скользят по моему телу и останавливаются на моей груди. К счастью, ткань ночнушки довольно плотная и скрывает то, как возбуждаются мои соски под его взглядом. Теплая волна охватывает меня. Несмотря на происходящее, я чувствую, как некоторые части меня просыпаются впервые.

Что-то пищит в углу комнаты. Мы оба поворачиваемся.

Джекс идет к комоду и достает небольшой овальный прибор.

— Что это? — спрашиваю я.

Он некоторое время смотрит на него.

— Этот дом находится под угрозой, — мрачно говорит он. — Хорошо, что я кое-что предпринял.

— О чем ты говоришь?

— Ты будешь отрицать до конца. — Он качает головой и тянется к веревкам на моих запястьях. Мгновение и моя рука падает на кровать. Я не могу даже двигаться, так что жду, когда восстановится кровообращение.

— Ты меня отпускаешь? — спрашиваю я, когда он тянется к моей второй руке. Он пахнет деньгами, дорогими вещами и роскошными автомобилями. Я стараюсь подавить желание глубоко вдохнуть его аромат.

— О нет. Ты идешь со мной. — Он развязывает мои лодыжки.

Как только мои ноги свободны, я сжимаю колени. Он наклоняет голову.

— Немного поздновато для скромности.

Я прикрываюсь руками, как щит.

Джекс смеется.

— Если я распознал твой тип, то очень скоро мы познакомимся и с интимной стороны. — Он наклоняется и хватает меня за подбородок. — Я рад воспользоваться навыками, которые ты хотела проверить на мне, но не думаю, что твоя хитрость действует во всех ситуациях.

Его лицо приближается к моему, пока между нами не остается меньше сантиметра. Не могу дышать, его губы слишком близко. Если я потянусь вперед, то смогу поцеловать его, почувствовать щетину на его щеках. Я хочу этого. Мне плевать, что он сделал, что он вломился в мой дом и связал меня. Я хочу этого поцелуя.

Я схожу с ума. Он опасен. Он преступник.

Я не хочу этого. Я не хочу его.

Он отстраняется и дергает веревки на моих запястьях, затем заводит мои руки за спину и фиксирует их, привязывая к моей талии. Веревка издает шипящий звук, когда он тянет за нее. Меня пробивает дрожь. Я не должна чувствовать влечение к этому человеку. Стараюсь вызвать в себе гнев и страх, но горю от его близости и того, что он делает все в соответствии с письмом.

— Ты можешь встать? — спрашивает он.

Я придвигаюсь к краю кровати, и мне удается встать. Разорванная рубашка падает вокруг моих ног.

— Почти совершенна, — говорит Джекс и его рука касается воротничка ночнушки. — Но не будем забывать кто ты такая. — Он тянет за завязки, грозясь оторвать их. — Так больше похоже на лисицу, которую я ожидал увидеть.

Я не обижаюсь. Он прав. Я писала ему об этом. О своих желаниях. Он лишь делает то, о чем я просила. Просила привязать меня, обращаться как со шлюхой. И грубо и страстно взять меня, пока я не закричу.

Боже. Что будет дальше?

На мгновение его пальцы скользят вдоль моей ключицы и спускаются к ложбинке между моих грудей.

Я едва могу дышать, разрываясь между страхом и влечением. Он мог сделать уже что угодно, но пока ничего. Я не знаю, что думать о нем. Джентльмен или мошенник? Убийца или герой?

Прибор начинает пищать все чаще.

— Время летать, — говорит он, берет конец веревки и ведет меня за собой, будто рабыню. У меня нет возможности оглянуться назад. Независимо от будущего, которое я себе планировала, ложась спать прошлым вечером, — его больше нет.

На данный момент, кажется, я принадлежу Джексу.

Глава 9

Джекс

Я таскаю Мию за собой по всему дому. Я уже прошел большую его часть. Помимо аварийного выхода, который выглядит нетронутым и скрыт под полом кладовой, нет ничего, что указывало бы на Мстителей.

Детектор в спальне старый, ему больше десяти лет. Тем не менее, он указывает на то, что дом безопасен и находится под контролем.

Эта женщина должна знать.

Нигде нет ни одной подсказки о возможном местонахождении Клауса. Куда он ушел? Пустился вслед за Джованной? Или она поймала его и оставила эту девку, чтобы заманить меня в ловушку? Я вспыхиваю при этой мысли. Джованна должно быть считает меня совершенно глупым, если думает, что я поведусь на это.

Снова.

Я дергаю за веревку, и Мия возмущенно вскрикивает:

— Эй!

— Если хочешь, я буду тебя тащить. Но это тебя не обрадует. Так что предлагаю не отставать.

Она смотрит на меня, и ее взгляд меняется. Этой девочке не чужда жесткость. Я собираюсь изучить все аспекты ее подготовки и личности. И я получу нужную мне информацию, так или иначе.

Мы пересекаем гостиную, и я понимаю, что Клаус все-таки на воле, но Джованна, очевидно, знала, что он был здесь. И оставила Мию следить.

В записях сказано, что полномочия сдали шесть месяцев назад. Незадолго до моего первого письма Клаусу. Я собираю пазлы в своей голове. Силовой уход, мое письмо, Миа перехватывает его и отвечает за Клауса.

Ловушка для получения информации через письма или лично.

Умно, Джованна. Но ты просчиталась. Твоя девочка плохо поработала.

Я останавливаюсь около задней двери и выглядываю в окно. Никого.

Смотрю на Мию. Она смотрит на меня широко распахнутыми зелеными глазами. Я наматываю веревку на свой кулак и вытаскиваю нож. К ее чести, она не дрогнула, пока я срезал клочья ее ночной рубашки.

— Повернись. — Она слушается, и я мельком вижу ее бедра, пока полоски ткани скользя за ее движениями.

Это фокус, Джекс.

— Замри. — Я запихиваю кляп ей в рот. Достаточно плотно, чтобы она не могла говорить, но и достаточно свободно, чтобы не порвать ее щеки. Я не могу позволить ей предупредить союзников до нашего отъезда.