Мудрость Толтеков. Карлос Кастанеда и философия дона Хуана
Шрифт:
Впечатляющее описание такого полета шаманов предлагает мексиканский шаман-хуихоль дон Хозе Матсува. Он описывает космическую ось связи как большой колеблющийся световой туннель, по которому шаманы, называемые у хуихолей “мара'акамэ”, поднимаются в мир предков и духовных существ. Эти духовные существа носят название “урукатэ”. Матсува сообщает: “Когда мара'акамэ поднимается по нирике (туннелю видения), то он движется точно так же, как движется этот световой дым. Скрытые потоки несут его одновременно вперед и во все стороны. Точно так же, как дым твоей и моей сигареты поднимаются вверх, смешиваются и пронизывают друг друга, так скачет и мара'акамэ, как на гребне волны, плывет сквозь нее и сквозь иные волны. Эти другие волны и есть урукатэ. Они постоянно издают музыку, поют и обучают тому, что не знает и никогда не сможет знать ни один человек. Потому что, когда мара'акамэ возвращается назад, его воспоминания об урукатэ и их мире блекнут. От фантастического путешествия, которое он предпринял, остается в воспоминаниях только слабый отблеск”. 70)
Совершенно независимо от данной типичной проблемы вспоминания при перемене области осознания, с которой вынужден был бороться и Кастанеда, остается, однако, сообщение о непредставимом путешествии вне физического тела. Урукатэ (духовные существа) в сообщении Матсувы сравнимы с ангелами, которых видит Иаков в своем видении небесной лестницы поднимающимися вверх и опускающимися вниз. В терминологии толтекского учения можно говорить о “союзниках”, неорганических живых существах, обладающих сознанием, но не имеющих физической субстанции, которые населяют семь иных миров нашей Земли и часто встречаются во время подобных путешествий.
Эти существа описаны самым разным способом, в полном соответствии с мифологической идеологией, в соответствии с магическим описанием мира, к которому принадлежит и описание шаманов. Однако несмотря на различные описания и наименования, везде в переживаниях шаманами подъема на небо они выполняют функцию хранителей знаний и опыта.
Во время своего путешествия шаман воспринимает космическую ось связи как физическую реальность. Матсува описывает “нирика” — туннель видения — как большой колеблющийся проход из света. Толтеки называют этот туннель “модальностью времени”. Кастанеда сообщает о нем, что “его физически можно описать как туннель бесконечной длины и ширины; туннель с отражающими бороздками. Каждая бороздка бесконечна, и бесконечно их число. Живые существа созданы силой жизни так, что смотрят только в одну бороздку. Смотреть же в нее означает быть пойманным ею, жить ею, этой бороздкой… То, что воины называют волей, относится к модальности времени”. 71)
Отдельные бороздки модальности времени в их единстве представляют все возможности человеческого сознания, каждая отдельная бороздка — это дополняющая версия, один мир в себе. Однако мы воспринимаем обычно только один из возможных миров — наш повседневный мир, который составляет лишь единственную бороздку общего спектра всех мыслимых представлений. И мы привязаны взглядом к этой бороздке, не подозревая даже, что она является лишь одной версией среди множества других. Толтеки пытаются разорвать принудительную силу этого смотрения-в-одну-бороздку и готовы заплатить за свою свободу своей символической, но реальной смертью.
Переживание смерти принадлежит непременно и к каждому обряду посвящения в шаманы и становится переживаемой реальностью для шаманов в состоянии экстаза. Экстаз обозначает дословно “находиться вне себя”, т. с. шаман переживает отрыв собственной души или по крайней мере части собственного восприятия от физического тела, что в конце концов равнозначно переживанию смерти. Далее для шаманов следует состояние двойного восприятия — они одновременно находятся в своем собственном теле и в ином мире, который представляется в большинстве случаев как небесная сфера. В этом экстатическом состоянии бытия — вне себя — они могут также хорошо переживать другие места нашего мира, нормальной реальности повседневности.
Вхождение состояние двойного восприятия обозначает в толтекском понимании достижение собственного центра. Мы описали во второй главе толтекскую модель осознания, светящееся яйцо и точку сборки, которая и определяет, что и как мы воспринимаем. В духе этого представления достижение собственного центра означает сдвиг точки сборки в середину светящегося яйца, в центр, где находится связующее звено с намерением — воля.
В этом состоянии бытия-в-собственной-середине достигают, по словам дона Хуана, непосредственного знания намерения, нагваля. Поскольку данное знание существует независимо от разговора и разума, толтеки называют его “безмолвное знание”. Это познание всего человеческого опыта, которое, согласно Юнгу, сохранено в коллективном бессознательном. Достижение собственной середины позволяет толтекам, магам и шаманам непосредственно черпать из этого неизмеримого источника сокровищ опыта сотен и тысяч поколений жизни на нашей Земле. Что это означает на практике — мы поговорим в заключении.
Мифы почти всех народов рассказывают о некоем легендарном времени, когда непосредственная связь с небом и властью судьбы существовала для всех людей и использовалась ими. Австралийские аборигены говорят о мифическом “времени сновидения”, христиане рассказывают о рае, в котором существовала не только непосредственная связь с Богом, но и гармония между всеми живыми существами. Хуихоль Матсува сообщает о временах, когда все люди без исключения могли свободно перемещаться по туннелю видения, нирика, между мирами. Элиаде указывает, что данный миф распространен повсеместно.
Миф развертывается следующим образом: в результате грехопадения людей или полубогов, которыми они были в то время, прервалась трансцендентная связь; в христианском учении это соответствует изгнанию из рая. Данный элемент мифа также распространен повсеместно.
Шаманы и маги восстанавливают эту связь, которая в доисторические времена была у всех людей, но за это они платят большую цену. Матсува говорит:
“…Исключение было сделано только для тех, кто был готов во имя знания принести себя в жертву, перестрадать самым серьезным образом. Эти особые люди были известны как мара'акамэ (шаманы-целители), и они могли использовать их силы лишь для целения, защиты и руководства своими народами”. 72)
Итак, цена посвящения в шаманы — конкретные страдания адепта и символическая смерть (самопожертвование).
В восстановлении первоначальной связи между человеком и трансцендентной силой судьбы, намерением, заключается истинный смысл толтекского учения магов.
Кастанеда пишет: “Дон Хуан утвердился в своем убеждении, что христианские представления об изгнании из рая были аллегорией потери нашего безмолвного знания, нашего знания о намерении. Магия, таким образом, — это возвращение назад, к началу, возвращение в рай”. 73)
Элиаде также разделяет подобное мнение об истинной цели шаманизма. Он пишет о шамане, каким он является у всех нецивилизованных народов:
“…С другой стороны, он прикладывает усилия для восстановления “возможностей сообщения”, которые существовали in illo tempore между нашим миром и небом. Потому что то, что шаманы переживают сегодня в состоянии экстаза, было первоначально, на заре времен, возможно для всех людей in concrete; они поднимались на небо и спускались назад, не нуждаясь в состоянии транса. Экстаз возвращает на непродолжительное время и незначительное число людей — шаманов — в древнее исходное состояние всего человечества. С этой точки зрения, мистические переживания “примитивных народов” — это возвращение к первоисточнику, в мистическое время утерянного рая”. 74)
Этим высоким стремлением толтеки и настоящие шаманы отличаются от обычных ведьм, колдунов и знахарей. Их стремление направлено на трансцендентность и на ее практическое переживание, а не на руководствующиеся самомнением устремления, такие, как власть над другими людьми, деньги и тому подобные вещи. Власть в толтекском смысле означает власть над собственным осознанием, чтобы начать магическое путешествие в забытый, но по-прежнему существующий рай безмолвного знания.