ЖАНРЫ

Муравей в стеклянной банке. Чеченские дневники 1994–2004 гг.
Шрифт:

С сегодняшнего дня каникулы.

Хава книгу вернула и взяла другую из нашей библиотеки.

Мой отчим Руслан привез мне тетрадки и ручки для учебы и куда-то сразу уехал.

05.11.

Снился сон о кораблекрушении. Я утонула и попала на тот свет к призракам, в мир огромной Луны.

Почему-то стала просить телефон, дабы позвонить Акбару, сыну тети Марьям, и все рассказать.

Сейчас 16.00.Мы пили с мамой чай. Мама говорит:

– Дай-ка мне свою шоколадку!

Я ей дала и говорю:

– Я тоже делала тебе намеки насчет банана, а ты не поделилась.

А она:

– Тонкие намеки на толстые обстоятельства? – смеется.

Поговорка такая. Мне-то ничуть не смешно.

П.

06.11.

Электричества нет. Воды нет. Газ еле-еле работает на печке. Вчера тетя Марьям и тетя Аля сидели у нас. Тетя Аля принесла книжки, которые брала читать. Рассказала, что им кто-то отдал телевизор. А что толку? Мы его все равно смотреть не можем.

Отчим Руслан привел Шервани, своего друга-чеченца, к нам в дом. Друг верит в джиннов и разных духов. Говорит, что духи следят за людьми и сбивают их с пути. В общем, он прав. И нам его жаль.

07.11.

Уборку сделала во всем доме. Читала книги Л. Толстого. У нас двенадцатитомник.

Видела Хейду и Хаву. Хейда говорила о мальчиках, а Хава стерла мою музыкальную кассету, а врет, что и пальцем не трогала.

Мама пришла с рынка – торговала. У нее болят руки и ноги. Она спит.

09.11.

Мешают заниматься. Изучила только учебник истории и физики. 11 ноября в школу.

Заходила к тете Але. Эрик молчит.

Хейда приходила. Ее папа живет со второй женой, а не с ее мамой. Хейда хочет поссорить своего папу и его вторую жену. Она думает, что тогда папа к ним вернется.

Я боюсь находиться дома одна. Странные вещи происходят. Дверцы шкафа стучат, посуда переворачивается сама по себе!

Соседи говорят, раньше на месте дома и садов-огородов было старое кладбище.

Поля

11.11.

Сегодня надо было идти в школу. Но девочки-соседки, обещавшие зайти за мной, опять не сдержали слово. Хаве накануне моя мама сделала выговор из-за кассеты, и она наверняка обиделась. Но извинилась и обещала перезаписать песни.

Патошка с третьего этажа заболела. У нее температура

Пожаловалась маме на отчима. Но мама сказала, что его любит, стала на его сторону, а мне велела заткнуться. Я одна. Никто меня не защитит.

Мое творчество маме тоже не по вкусу. Прочитала ей отрывок своего романа об островах, а она как заорет:

– Ты пишешь свои писульки, а надо дом убирать, на рынке торговать, еду для семьи готовить! Никому твои записи не нужны! Ишь, нашелся писатель!

Потом ей вроде как стало стыдно, и она решила сглаживать сказанное. Но это не сгладишь.

Друзей нет. Что делать? Помоги мне, о Бог!

P. S. Взяла и порвала свой роман. На мелкие кусочки. Все три тетради.

П.

12.11.

Девочки со двора, Ася, Хава и Малида, честно сказали, что им со мной в школу ходить стыдно. У меня мама русская – их обзывать будут. С кем ходить? С кем возвращаться?

Ругалась с Касси. Она объявила, что пойдет на свидание с Ахмедом и потрогает его ТАМ. Я сказала, что она ведет себя, как проститутка, и я с ней больше не дружу. Сета и Заира меня поддержали.

Дома Хейда и я готовили вареники с картошкой. Маме вареники не понравились. А тетя Марьям нас хвалила.

17.11.

Пишу в темноте. Свечки кончились.

У нас в гостях были тетя Аля и тетя Марьям. Сидели, пили чай с мамой и отчимом. Потом тетя Аля поднялась и говорит:

– Пойду играть с Эриком в карты!

Я на нее посмотрела: мне неудобно было проситься, но я очень хотела пойти. Шепнула маме:

– Ма, скажи, чтоб я к ним пошла в гости.

А мама взяла и промолчала.

Тетя Аля ведь знала, что я хочу увидеть Эрика! Я думала, она – мой друг. С Касси я поссорилась. Мама не понимает меня. И Хейда сегодня не пришла. С отчимом ссорюсь.

Взрослым так весело вместе! Они пьют чай, рассказывают друг другу истории. А я с ними, но одна, сама по себе.

Патошку увезли в больницу. Храни нас Бог!

П.

18.11.

Новости из моего родного класса. Рыжеволосая Касси пытается вновь подружиться. Заговаривает.

С девчонками, Сетой, Заирой, Тиной и Зулей, мы решили не давать друг друга в обиду. Теперь, если одну из нас обижают – другие должны заступаться. Иначе нам не справиться.

Сета живет в частном доме с бабушкой. Она сирота. Всегда ходит в большом платке, за что другие дразнят ее “Ваххабистка”. У Заиры старенькие папа и мама. Они бедные. Еды в доме нет, но она мечтает стать знаменитой певицей!

Худенькая Тина в семье девятая дочка. Папа умер, а мама всегда на рынке. Торгует носками. Зуля – толстенькая. Она как ребенок по уму. Но добрая. Они мои соратники.

По дороге из школы домой я увидела девочек-соседок, Хаву и Малиду. Папа Малиды, кстати, возил меня на операцию аппендицита.

Они меня на год старше. Им по 13 лет. 8-й класс! С ними была еще их одноклассница Айзара. Они не хотели, чтобы я с ними шла. Но мне было наплевать. Я не хотела идти одна – опасно. Догнала их, и мы пошли по дороге вместе. Разговор на перекрестке завязался такой:

– А знаете, что… – загадочно произнесла Айзара.

– Да, ты опять про секс! – сказала Хава.

– Чего новенького? – оживилась Малида.

А я промолчала. И вот они стали рассказывать про Россию.

– Там, в России, такое творится! Вай-вай! Это не то, что у нас в Чечне. В Чечне – порядок! – сказала Айзара. – А в России отцы спят с дочками, братья насилуют сестер! Дедушки тр*хают внуков!!!

– Мы, чеченцы, женимся, а потом уже занимаемся этим! – подчеркнула Малида. – А русские – свиньи!

Поделиться с друзьями: