Чтение онлайн

— Благодарю вас, сударь, — растерянно ответил господин Бонасье, робко пожимая протянутую ему дворянином руку.

— Вы чем-то недовольны? — подметил его растерянность лазутчик. — Вас что-то смущает?

— Да, сударь! — воскликнул домовладелец. — Это приглашение!

— Что-то не так? — насторожился псевдогасконец.

— Сударь, но я никогда прежде не слыхал ни о каких выставках-ярмарках галантерейных изделий в городе Женеве. Я вообще не слыхал о подобных мероприятиях!

— Никогда?

— В том-то и дело, сударь! Никогда!

— Ах вот оно что!.. — сообразил молодой гвардеец и задумался, рассеянно почесывая за ухом.

Галантерейщик молчал, боясь нарушить его раздумье.

— Скажите-ка, господин Бонасье, — вышел-таки из задумчивости д'Артаньян, — а вы когда-нибудь прежде становились лучшим галантерейщиком Парижа?

— Нет, сударь, никогда.

— Ну что ж, вот вам и причина! По всей видимости, эта самая… торгово-промышленная выставка-ярмарка — мероприятие, на которое приглашаются только лучшие галантерейщики. И если прежде вам не доводилось становиться таковым, то нет ничего удивительного в том, что вас туда не приглашали и вы, соответственно, ничего о нем не слышали, — изложил свою мысль псевдогасконец, а после, видя, что собеседник все еще сомневается, пояснил: — Ведь у вас же наверняка есть какой-нибудь… конкурент, дела которого идут несравненно лучше ваших?

— Конечно есть, господин д'Артаньян! Мэтр Бенуа с улицы Кассет имеет значительно лучший доход, нежели я…

— И вы же не думаете, — перебил его лазутчик, излучавший вполне объяснимое нетерпение, — что это объясняется кознями дьявола, а не тем, что сей достойный мэтр лучше вашего осведомлен о состоянии дел в мире галантереи?

— Конечно, не думаю! — ответил господин Бонасье, по правде сказать думавший именно так.

— И объясняется его осведомленность, скорее всего, именно посещением мероприятий, подобных тому, что намечается в Женеве в… октябре, кажется?

Галантерейщик слушал его с раскрытым от удивления ртом, осознавая, что напрасно, пожалуй, подозревал Сатану в успехах конкурентов.

— Однако при чем же тут моя супруга, мадам Бонасье? — спросил он, дослушав до конца.

— Ну милейший господин Бонасье, это же правила света! — рассмеялся его невежеству д'Артаньян. — На подобные светские рауты всегда приглашаются супружеские пары! Только так, и никак иначе.

— О! Так вы полагаете, что это мероприятие из светских?! — Глаза галантерейщика, явно не избалованного приглашениями на королевские балы, вспыхнули.

Д'Артаньян пожал плечами:

— По всей видимости, да. Впрочем, вам виднее, почтеннейший домовладелец! Это дела купеческие, а не военные.

— Ах, господин д'Артаньян, как же мне разузнать об этом деле?! — воскликнул Бонасье. — А… может быть, показать это приглашение мэтру Бенуа? — осенило его. — Показать и спросить, не слыхал ли он об этой выставке?

— Великолепная идея! — одобрил псевдогасконец. — Просто великолепная! Уж это я вам могу сказать как человек военный: идея просто восхитительная! В самом деле, что может быть лучше, чем оповестить о своей удаче конкурентов? Вы ему, главное, письмецо с адресом… оргкомитета показать не забудьте, чтобы он наверняка знал, куда путь держать!

— Ах, черт возьми! — всплеснул руками галантерейщик, осознав свою глупость. — Ну конечно же он, каналья, обо всем узнает!

— Точно! — согласился д'Артаньян. — Причем узнает прямо от вас, после чего вы уже не сможете более упрекать Люцифера в том, что он подыгрывает мэтру Бенуа!

— Но что же мне делать?! — вскричал несчастный коммерсант, вконец замороченный и огорченный.

— Да не убивайтесь вы так, милейший! — успокоил его псевдогасконец. — В конце-то концов, это же приглашение, а не приказ. — Он кивнул на конверт, присланный из Женевы. — Опасаетесь неприятностей — не ездите туда, и все дела!

— Но, сударь, мне так хочется попасть на это мероприятие, что прямо мочи нет! Попасть в общество первых галантерейщиков Европы! Разузнать обо всех новшествах и веяниях моды! Ах, это же просто мечта всей моей жизни!

Раздосадованный непрекращающимся нытьем собеседника разведчик пожал плечами:

— Ну тогда езжайте!

— Один?! Да еще и с женой?! — ужаснулся галантерейщик.

— Ну так найдите себе доброго попутчика!

— Да как же я его найду, коль вы, сударь, сами только что велели мне никому не показывать письмо…

— Я вам это велел?! — поразился д'Артаньян, не ожидавший, честно говоря, от себя подобной низости.

— Ну то есть вы дали мне понять, что так будет лучше, — поправился Бонасье.

— Согласитесь, это две большие разницы! — улыбнулся псевдогасконец и, вспомнив, видимо, о времени, развернулся к двери.

— Господин д'Артаньян! — остановил его домовладелец. — Постойте, господин д'Артаньян.

— Да что такое?! — возмутился лазутчик. — Право слово, мне совершенно недосуг выслушивать ваше нытье! Меня ждет королевская служба!

— Господин д'Артаньян, — пролепетал Бонасье, — а вы не могли бы оказать мне величайшую услугу?

Молодой человек подозрительно нахмурился:

— О чем это вы?

— Не могли бы вы… — Галантерейщик смешался. — Не могли бы вы стать моим попутчиком?

— Я?!! — завопил д'Артаньян. — Стать вашим попутчиком?! Да вы, милейший, от радости, верно, последних мозгов лишились?!

— Господин д'Артаньян! — Бонасье умоляюще простер к нему руки.

— Да нет же, говорю я вам! Сто, тысячу, миллион раз — НЕТ!!! — Возмущенный до глубины души, псевдогасконец треснул кулаком по дверному косяку. — Мне — оставить службу?! Бросить друзей?! Тащиться в Германию?!

— Господь с вами, сударь! В Германию-то зачем?!

— А где, по-вашему, находится Женева? — Разведчик иронически усмехнулся. — Уж не в Италии ли?!

— По-моему, в Швейцарии, — извиняющимся тоном пробормотал Бонасье.

— В Швейцарии? — Д'Артаньян нахмурился, недовольный тем, что какой-то галантерейщик смог подловить его на ошибке. — Ну, впрочем, это нисколько не меняет дела! Даже если бы Женева находилась в одном дне пути от Парижа, я все равно вряд ли смог бы составить вам компанию!

— Господин д'Артаньян! Ну вы такой славный юноша!..

— И что же с того? — насмешливо возразил лазутчик. — Если я славный юноша, так на мне, по-вашему, уже ездить можно?!

— Господин д'Артаньян! Да кто же собирается на вас ездить?! Боже милостивый! Речь идет просто-напросто о том, чтобы прокатиться с нами до Женевы и вернуться обратно! С таким защитником я и моя драгоценная Констанция будем чувствовать себя в полной безопасности! Ну господин д'Артаньян! Ну что вам стоит испросить отпуск?