Чтение онлайн

— Потолок слишком низкий, а лестница слишком узкая — Портия загородит нас от него, — объяснила она.

— Но как ты собираешься…

— Я довольно сильная. Если ты не заметила. — Она скорчила гримасу, добравшись до середины пролета. Портия продолжала болтать, заглушая наши голоса.

У лестничной площадки Портия загородила нас, пока Арья как можно более незаметно опускала меня на предпоследнюю ступеньку, а Теа подстраховывала сзади.

— Не могу удержаться от похвалы: у вас одно из лучших заведений во всем Париже, — кудахтала Портия, ожидая, пока я поднимусь на площадку, и только потом отходя в сторону.

— Я немедля пришлю еще вина. — Владелец возился со связкой ключей, прицепленной к поясу. — Больше ни у кого нет доступа, они сразу поймут, что это я, — гордо объявил он. Наконец найдя нужный ключ, он вставил его в замок.

Звяканье ключей умолкло, когда Теа, укрывшаяся в тени дальней стены, опустила рукоять своей шпаги на голову владельца.

— Простите! — пискнула она в ухо жертве в последний момент. — У меня не было выбора! — Он рухнул на пол, и она отскочила назад, когда его голова с глухим стуком ударилась о доски. — Что? — возмущенно прошептала она, когда Портия закатила глаза. — Он же не пытался нас убить! Может быть, он совершенно невиновен, просто ведет свое маленькое дело, зарабатывает на жизнь как умеет, даже не подозревая, что сдал комнату убийце!

— Насколько можно судить, он увяз в этом так же глубоко, как и люди за этой дверью, — пробормотала Портия. Я помогла ей оттащить лежавшего без сознания мужчину в темный угол, ухватившись за его вторую ногу.

— Скорее, — поторопила Арья. — У нас мало времени.

Я вытерла руки о платье и встала у двери рядом с остальными. Рука Теа дрожала. Она сделала глубокий вдох и повернула ключ.

— Франсуа, это ты? Нам нужно еще вина, — донесся чей-то голос.

— Хватит, — оборвал его другой. — Мы здесь собрались не ради выпивки.

Портия вошла в комнату, и мы последовали за ней: медленно, спокойно, застенчиво улыбаясь каждому, кто поднимал на нас взгляд.

Нам навстречу стремительно поднялся мужчина, при этом смахнув на пол какую-то грязную тарелку и с грохотом отодвинув стул. Остальные обитатели комнаты оставались на своих местах за столом.

— Так… кто вы вообще такие?

— Комплемент от заведения за ваше покровительство. Мы лучшее, что может предложить дом мадам Рубиль, месье?..

Он явно расслабился, и к тому моменту, как Портия договорила, он смотрел на нее с лицом ребенка, прилипшего к витрине кондитерской.

— Ты, милая, можешь называть меня Гийом.

У камина на самом виду расположились еще двое мужчин. Один раскладывал на потертом ковре какие-то бумаги. Стоило ему почувствовать мой взгляд, он встрепенулся и сложил все листы в кожаную папку. Оба сидели в глубоких креслах, и я могла разглядеть только темные шляпы и очертания плеч.

— Успокойся, Антуан, — сказал Гийом мужчине с папкой. — C’est seulement des putes. Это всего лишь шлюхи. — Гийом принял блеск в глазах Портии за похоть. Ему было невдомек, что на самом деле это была сверкающая, неумолимая ярость. Но я уже успела изучить ее выражения как свои собственные. И что важнее, я знала, что любой, кто произнесет в ее присутствии слово «шлюха», не жилец на этом свете. — Итак, сколько же красавиц решили навестить нас в этот прекрасный вечер?

Портия скользнула по нему взглядом.

— Есть еще три. Последняя немного застенчива. — Теа выступила вперед, сцепив руки за спиной и готовясь подоткнуть юбки. — Будь так добра, закрой дверь. Эти милые господа наверняка не хотят, чтобы им мешали.

Трое других мужчин с противоположного конца комнаты, включая Антуана, в нетерпении приблизились. Но я не отрывала взгляда от того, что оставался в кресле, пытаясь разглядеть зеленые глаза, которые преследовали меня в кошмарах после встречи у университета.

— Вердон, ты идешь? — позвал Гийом.

Услышать ответ мы не успели. Один из мужчин набросился на Портию, схватил ее за юбку, за обтянутые чулками бедра.

— Убери от нее свои руки, пока ты их не лишился. — Взгляд Арьи сверкал сталью, как клинок, который она приставила к горлу заговорщика. А затем… затем раздался звон металла. Треск и шорох ткани, сминаемой, отбрасываемой в сторону.

Наши противники поспешили вооружиться. Опрокинув стулья, они схватились за свои шпаги, пребывая в изумлении и ярости. Арья проделала дыру в жилете своего противника — недостаточно глубокую, чтобы нанести значительный ущерб, однако он налетел на стол и сбил с него кружку, так что брызги вина попали Гийому в лицо.

Один из мужчин, с дрожащими руками, показался мне смутно знакомым — я мельком видела этого сеньора на балу. Он уставился на Теа так, словно она была чудовищем из темных глубин его кошмаров. Все тело Теа напряглось, и на мгновение мне показалось, что она впала в ступор, как в тот день в лабиринте. Но в следующее мгновение она издала утробный рык и обрушила на него серию ударов, один страшнее другого.

Из кресла у камина вырвался всполох цвета. Чьи-то руки открыли шпингалеты на окне, через подоконник перемахнула фигура их владельца. Я мельком заметила темные волосы, что-то зеленое. Закричав, я пробилась сквозь дерущихся только для того, чтобы увидеть, что он исчез. Вердон.

За моей спиной «Мушкетерки Луны» кружились, словно волчки. Комната разрывалась от звона их шпаг, от ярких всполохов платьев, которые то сливались в одно, то расходились. Портия и Арья сражались, стоя спина к спине, ни на секунду не опуская клинков. Портия расхохоталась, выбив шпагу из рук противника.

— Нельзя упустить его! — крикнула Теа, заметив мое колебание. Она шагнула в сторону, чтобы отразить атаку, которая могла бы разрубить ее пополам.

— Но вы в меньшинстве! — возразила я, отталкивая в сторону раненого, который пытался подняться с пола, опираясь на ближайший стул.

Портия зашипела так громко, что ее не смог заглушить даже звон стали. По ее рукаву расползлось кровавое пятно, на обнаженную руку капнула кровь, но, когда я рванулась к ней на выручку, она яростно крикнула:

— Je jure si tu n’y vas pas, je te botterai le cul! Если ты не пойдешь за ним, клянусь, я надеру тебе задницу!

Портия не разбрасывалась пустыми угрозами. И если она пообещала, что надерет мне… филейную часть, значит, надерет. Я выругалась. Протолкалась к открытому окну, крепче сжала рукоять шпаги и сосчитала: один, два…

Фехтование научило меня падать. К тому же у меня было много возможностей для практики, когда ноги отказывались меня держать и мое тело становилось жертвой земного притяжения.

Падение длилось недолго. Зубы щелкнули так, что я почувствовала это всем черепом. Ноги обожгло огнем. Кости застонали. Головокружение обрушилось на меня с такой силой, что мне пришлось выждать, пока мир не перестанет кувыркаться.

Ага! Полы плаща мелькнули за углом соседнего здания и растворились в воздухе, плотном как лед. Я бросилась вслед за размытым силуэтом, едва замечая, как холод проникает в мою кровь и кости.