Чтение онлайн

— Не смейте всю вину за последние события свалить только на нас, и в том числе на меня! — угрожающе зарычал Гарибальди. — Не мы сами себе запретили иметь в Пустошах полк миротворцев! Не мы устроили там резервации для неугодных! Не мы, по своей воле, боясь его гнева, посадили на цепочку, одного из самых уважаемых Вечных в Башне! Не мы устроили двадцать лет назад переворот, что чуть не привёл к Третьей Башенной войне! Да, мы виноваты в том, что в своё время, и я в том числе, допустили упадок нашей организации и во многом другом виновны, но что теперь? И это тогда, когда нам удалось нащупать точку опоры, которая сможет удовлетворить всех! По крайней мере тех, кто думает не только о себе! И всё это рухнуло за жалкий час! Мы все виноваты в том, что сейчас происходит!

— И ведь не возразишь вашим словам, — горько усмехнувшись, согласился Сехмет. — Но что мы, по вашему мнению, должны делать?

— Для начала, пускай твои земляки, хотя бы в этот раз, не вставляют нам палки в колёса, а также было бы не плохо, если глубокоуважаемый глава безопасности Совета перестанет подслушивать других людей, стоя за дверью, словно шкодливый ребёнок!

— Добрый день, господин главнокомандующий, — сладко, с наигранным придыханием, невинно посмотрев на Гарибальди, пропел Инпу, войдя в кабинет.

Петрос стоял возле своего жёсткого кресла, напротив входной двери, и хмуро смотрел на главу безопасности. Рядом с главнокомандующим сидел, а при его невероятном росте всё равно, что стоял, посол Рая - Сехмет Анх-Тауи. Когда холодные глаза посла встретились с расчётливыми глазами Инпута, первый ласково улыбнулся и слегка поклонился. Глава безопасности поклонился в ответ. — Добрый день, Сехмет. Как вы себя чувствуйте?

— Хотел бы я сказать, что хорошо, но на фоне последних событий это было бы огромной ложью для меня, — растягивая слова, словно посыпая их щёлочью, ответил посол, продолжая улыбаться. — Но если вы всё-таки соизволите мне помочь с эвакуацией из Пустошей наших земляков, то я буду искренне вам благодарен.

— Дорогой посол, но я ведь вам уже сказал, что это не возможно будет сделать, не прибегая к помощи Инженеров, и как вам сказал господин главнокомандующий: вещь эта весьма недешёвая в текущем положении. Да я и так сделал всё возможное, чтобы продержать временные туннели в стабильном состоянии, как можно дольше. По сути, оттуда не удалось сбежать лишь тем, кто оказался в самой гуще событии или их погубила жадность. Правда, есть маленькая надежда, что недавно, весьма удачно и благовременно переброшенные войска септа Махеджи смогут хотя бы задержать повстанцев, а может...

— Может, лучше поговорим о деле? — прохрипел Гарибальди, садясь на своё место и указав головой главе безопасности на одно из кресел, а затем с презрением спросил его. — Что тебе, чёрт подери, здесь нужно, Шакал?

— Мы это уже обсуждали сегодня утром, главнокомандующий, — на мгновение похолодев, после услышанного прозвища, но почти сразу начав изливать патоку, проворковал Инпут, садясь на самое ближайшее к нему кресло за длинным столом. — Я здесь по поручению Совета. Я должен лично заняться расследованием всего, что здесь произошло.

— Ах, вот оно что! — брови главнокомандующего поползли вверх. — А я подумал, что это очередное проявление твоего больного любопытства, Инпут. Так вот, можешь идти лесом со своим Советом! Это личное дело «Параллели» и точка! Мы не подчиняемся Совету напрямую! Мы союзники, как бы комично это сейчас не звучало.

— Личное дело? — хмыкнул глава безопасности. — После недавних событий это давно не личное дело «Параллели», господин главнокомандующий. Ладно, вы никак не можете поймать этого Тчи, но до меня дошли кое-какие слухи, что это не один человек, а как минимум двое. Тот, которого вы подозревали, не было на вашей милой вечеринке.

Инпут растянулся в самодовольной ухмылке, ожидая удивления и смущения главнокомандующего, но вместо этого Гарибальди усмехнулся, сверкнув здоровым глазом, и с насмешливой благодарностью проговорил:

— Кстати, спасибо, что напомнил мне о важном деле. О том, что пора бы уже вычистить мой кабинет от ваших жучков, а то в последнее время доносить тебе более тонкие материи стало опасно. Ах да! Я тоже кое-что слышал, да и не раз. Поговаривают, будто ты, Шакал, в исполнении собственных амбиций, решил пойти на кое-какую авантюру, а она тебе вышла боком.

— Я не понимаю, о чём вы говорите, господин главнокомандующий, — холодно произнёс Инпут.

— Ах, не понимаешь! Тогда, будь так добр, не лезь в наши дела без уважительной причины!

— Это не моя прихоть, а решение Совета! — с ещё большим холодом, выпрямляясь и сузив глаза, вкрадчиво прошипел Инпут.

— Которое, тем не менее, тебе выгодно, — зловеще улыбнувшись, заметил Петрос, — так как оно окончательно поможет тебе оборвать ниточки, которые связывают тебя с недавними событиями.

— Я не имел и не имею никаких связей с Пустошами! — к холоду в голосе Инпута примешались ноты плохо сдерживаемой злости. — Они находятся вне моих привилегий, господин главнокомандующий!

— Зато находятся в привилегиях твоего родного септа, мой дорогой Шакал, — заметил Петрос.

— Я не настолько меркантилен, чтобы жертвовать членами своего септа! — оскорбился Инпут, приподнявшись на руках. — И я не настолько глуп, чтобы не видеть возможных последствий!

— Когда ты думаешь, что дёргаешь кого-то за ниточки, то легко не заметить, что и тебя дёргают самого, — мрачно произнёс Гарибальди. При этих словах Инпут стал мертвенно бледным, не смотря на свой золотой оттенок кожи, а его руки угрожающе сжались в кулаки, но это никак не испугало Гарибальди. Он лишь разочарованно помотал головой и сжал правый кулак, на который была надета перчатка с кнопками и индикаторами. Комната на мгновение вздрогнула, отчего Инпут пошатнулся, но, вовремя схватившись за край стола, устоял: его красиво уложенные волосы растрепались, а в глазах появился страх. Он посмотрел на невозмутимого Сехмета. Тот, слегка улыбаясь, держался за край стола и проницательно всматривался в главу безопасности.

— Сядь и успокойся, — между тем, утешительно заговорил Гарибальди. — Что сделано, то сделано. Тебе будет предоставлено всё, что нам удалось узнать, и без всяких утаек, но после.

— После? — Инпут нервно хмыкнул, сверкнув глазами в сторону Петроса. — Что значит - после?

— После сегодняшних событий.

— Как содержательно, а можно поподробней или вы боитесь, что кто-то ещё вас подслушивает?

— Да нет, просто я хочу, чтобы ты сегодня отдохнул, прогулялся по городу, посетил своё родное поместье, а завтра, возможно, если всё удачно сложится, у тебя появится много работы. Впрочем, её у тебя будет в достатке в любом случае, но завтра.

— Загадки вам не свойственны, главнокомандующий, — ядовито проговорил Инпут. — Оттого мне слышаться детские шалости! Я хочу знать, что вы задумали?

— Сегодня к концу дня мы раскроем эту надоевшую загадку: «Кто такой Тчи!». Одно это лицо или множество! Кроме этого, мы не станем тянуть с его возможным подельником, если только это не тот же Тчи.

— Вы думайте, что вам удастся его обмануть после стольких неудач? — его злоба ушла, уступив место мрачному веселью.

— Конечно, так как его миссия явно подошла к концу, и ему тут нечего делать.