Чтение онлайн

— Проходи, два, — сказал один из охранников и для верности показал два пальца.

— Хорошо, пусть будет два, — усмехнулся Цезарь и, обернувшись к своим сопровождающим, сказал: — Лютый со мной, а вы здесь погуляйте.

Охранник открыл дверь, и пропустил во внутрь Цезаря и Лютого. Едва они зашли, дверь за ними закрылась.

— Так о чём ты хочешь базарить со мной? — спросил пожилой чеченец, сидевший за столом.

— Послушай Ахмад, давай без этой блатной «фени» поговорим. Просто сядем, и поговорим, как люди, — сказал Цезарь, подходя к столу.

Ахмад и Рамзан молча переглянулись, и в их взглядах читалась явная растерянность. Видимо, они готовились совсем к другому — ожидали предъявы или разбора, и заранее выработали тактику ведения разговора с лидером Центральных, а тут…

— Давай поговорим, я не против, — пожал плечами Ахмад, и пригласил Цезаря присесть к столу.

Сергей тоже подошёл к столу, и стал за спиной Цезаря.

— А кто этот молодой человек? — спросил Ахмад, кивком головы указав на Сергея.

— Это мой помощник.

— Как его зовут?

— Откликается на Лютого.

— А-а, я слышал о нём. А это Рамзан — мой помощник.

— И его «погоняло» у меня на слуху.

— Может, выпьем по бокалу нашего лучшего вина? — предложил Ахмад. — Мне его сюда специальные курьеры доставляют. Оно на вкус напоминает знаменитое грузинское вино — «Хванчкара».

— Я не такой уж большой знаток вин, но от бокала хорошего вина не откажусь.

— Рамзан, принеси сюда бутылку вина, которое привезли вчера, — сказал Ахмад своему помощнику и тот, бросив злой взгляд в сторону Сергея, с явной неохотой вышел в другую комнату. Сергей перехватил этот взгляд, и усмехнулся. Ему, с самого начала, не понравилась затея Цезаря о замирении с чеченцами, и сейчас, он только молча наблюдал за развитием дальнейших событий, чувствуя, что Цезарь затеял какую-то, свою игру. Через минуту в комнату вернулся Рамзан и молча передал бутылку вина своему лидеру.

— Если ты пришёл с миром, давай выпьем за мир и дружбу, — сказал Ахмад, разливая вино в четыре бокала.

— И, за сотрудничество, — сказал Цезарь, поднимая свой бокал.

— Хороший тост, — усмехнулся Ахмад. — Только в чём мы с тобой можем сотрудничать? Интересы наши не совпадают. Ты живёшь вольготно, держишь центр города, и никого туда не пускаешь, а я задыхаюсь на окраине и перебиваюсь мелкими заработками — там ведь нет таких магазинов, ресторанов, и других мест, где крутятся большие бабки.

— У тебя есть «Рэдиссон Славянская», а это дорогого стоит, так что, давай не будем прибедняться. Конечно, с комплексом «Интуриста», из-за которого у нас есть разногласия, эта твоя точка проигрывает, но всё же, это лучше, чем ничего.

— Да, это лучше, чем ничего.

— Так как будем дальше жить? В мире?

— В мире и дружбе, — заверил Ахмад своего визави. — И я предлагаю ещё раз за это выпить.

— Согласен, — улыбнулся Цезарь, отхлёбывая из бокала вино мелкими глотками. — И, чтобы скрепить нашу дружбу не только этим вином и словами заверений, я решил уступить тебе ряд своих точек, пользуйся ими себе на здоровье.

— И, какие же это точки? Где они находятся?

— А всё, что на Киевском вокзале и вокруг него.

— Спасибо тебе, Цезарь, ты — сама щедрость, — усмехнулся тот. — Это же, фуфло.

— Ты же сам сказал, что мизер, всё же лучше, чем голяк. А большего, извини, дать не могу, мои компаньоны меня не поймут.

— Я понимаю тебя, дорогой. Как там у вас, у русских говорят? Дарёному ишаку в зубы не смотрят?

— Коню, а не ишаку, — с добродушной улыбкой, поправил Цезарь.

— Я не очень хорошо знаю русские пословицы, — с притворным сожалением вздохнул Ахмад.

— Ещё у нас говорят, что лучше синица в руках, чем журавель в небе.

— Конечно лучше.

— Прости, Ахмад, но мне уже надо уходить, есть неотложные дела, — вздохнув с показным сожалением, сказал Цезарь и поднялся из-за стола. — Благодарю тебя за гостеприимство.

— Приходи в любое время, двери моего дома для тебя будут всегда открыты, — любезностью на любезность ответил Ахмад. — Может, ещё по одной выпьем на дорожку?

— Спасибо, вино у тебя прекрасное, но меня ждут дела, и делать их надо на трезвую голову.

— Хорошо, тогда в другой раз продолжим.

— В другой раз — обязательно.

Лютый смотрел на весь этот разыгранный фарс, и с большим трудом подавлял в себе желание расхохотаться, так комично выглядела эта сцена братания двух непримиримых врагов, отлично понимавших, что каждый из них в этом спектакле играет свою роль, и думает, что он её играет лучше.

— Учись искусству дипломатии, — засмеялся Цезарь, усаживаясь в салон своей машины. — Теперь у чеченов руки связаны, и мы получили время для передышки.

— Почему вы думаете, что у них руки связаны? Они хитрые и коварные, и я им не верю.

— Ахмад дал слово.

— Как дал, так может и забрать.

— Нет, у горцев слово — закон, и они его не нарушат.

— А мы нарушим?

— Нарушим, если это нам будет выгодно, — усмехнулся Цезарь.

— Лютый, есть тема. Я хочу заполучить фирму «Вест-Ин-Вест», которая расположилась на нашей территории.

— Надо наехать?

— Да. Но могут возникнуть некоторые проблемы. Дошли до меня слухи, что эту фирмочку взялись крышевать «медведковские».

— Борзеет Сильвестр. Пора ставить его на место.

— Да, пора, пока они ещё не набрали силу. Чует моё сердце, что «медведковские» скоро станут головной болью для многих группировок, уж слишком борзые там пацаны — настоящие беспредельщики, да к тому же, они, как я слышал, объединяются с «ореховскими». Если это произойдёт, они станут самой сильной группировкой в Москве.

— Наши пацаны тоже не пальцам деланные, пока что, наша группировка самая крутая в Москве.

— Вот именно — пока что, — нахмурился Цезарь. — Нельзя нам расслабляться ни на секунду.

— У нас всё под контролем.

— Это хорошо, что под контролем.

— А что предложить хозяину «Вест-Ин-Веста»?

— Скажи ему, что если не ляжет под меня, я заберу его фирму.

— Хорошо, так и передам.

— Кого хочешь взять с собой?

— Циркача, Будулая, Буркана, Грека, ну и ещё пару пацанов.