Музейная практика
Шрифт:
Нас поддерживали ребята из "Черного Сатурна". Сегодня они даже не раздражали. Особенно Марк. На его лице явно читалось беспокойство. Но шоу есть шоу. Нужно двигаться дальше. Движение жизнь. И вот снова объявляют наш выход. Только вперед.
Мы вышли в центр. Заиграла мелодия и поехали. Наши стили сегодня были полностью полярные. Как и предлагала Матрешка мы выбрали агрессивный рок. Макс - поп. Я извивалась около Макса, стараясь сбить его. И у меня получалось. В конце концов, он оступился, плюнул на все, подошел и обнял меня. Это было его поражение. Это была наша победа, о которой громко объявили!
Все дружно мы пошли к бару. Нас угощали выпивкой, и я, впервые в жизни, забила на все. Я праздновала свою свободу! Я пила шампанское и смеялась, и было все равно, что я выпила лекарства. К нам подошли парни из "Черного Сатурна". Я всех расцеловала в щеки. Парни как то сразу зарделись, но выглядели довольными. Кажется, ни кто меня не узнавал в таком виде и поведении. Потом у меня закружилась голова, и Марк повел меня на балкон, выходящий во двор. Было так легко.
– Знаешь, я чувствую себя такой свободной, - сказала я, опираясь на перила.
– Я сильная, - заявила я и рассмеялась.
– Бли-и-ин, как стыдно, что говорю такую чушь. С тобой хорошо. Ты меня не понимаешь. С тобой можно говорить о чем угодно, и ты не проболтаешься, - сказала я и повернулась к парню. Он стоял очень близко.
– Я пьяна. А знаешь, как я это определила? Я хочу тебя поцеловать! Позо-ор! Я это говорю вслух, да еще и парню, которого хочу...
– мой пьяный бред прервал Марк. Своими губами. Своими поцелуями. Мы что, думаем одинаково?
Я стояла, облокотившись копчиком о перила. Не очень-то удобно знаете ли. Марк, кажется, догадался, приподнял, и посадил меня на них, не разрывая поцелуя. Было странное состояние полета. Ни когда прежде не испытывала такого. Я обвила его поясницу ногами. Он глухо застонал. И тут.
– Да, Марк - странный!
– открылась дверь и на балкон зашел Мурз с Дианой.
– А вот и наша потеря!
– засмеялся Диана.
– О, мы кажется помешали, - хмыкнул парень.
– Н-нет! Вы очень во время. Мне пора, - спохватилась я. Что я творю?
Вырвавшись из объятий Марка, я бегом понеслась в зал за вещами. Срочно домой. А как стыдно то! Накинув пиджак и взяв сумку я выскочила из клуба как ошпаренная. Казалось, все видели, что я вытворяла с Марком. Это был не просто поцелуй... нет! Это было... не правильно! Вызвав по телефону такси, я отошла подальше от входа.
– Маришка, - раздалось позади. Макс. Я медленно развернулась.
– Чего, - прохрипела я. Голос и в правду осип.
– Ты уже уходишь?
– я кивнула.
– Так нельзя. Так меня раздразнила и сбегаешь, - он попытался меня приобнять. Я отстранилась и нахмурилась. Макс явно был пьян.
– Отстань.
– Ты такая холодная. И пахнешь так знакомо. Шоколад, - приблизился парень, чуть прищурившись.
– У нас с сестрой одна туалетная вода, - я нервно одернула волосы.
– Ты мне, правда, нравишься. Я еще таких не встречал, - сказал он серьезно.
– Мне пора...
– Рами, а ну стоять! Ты куда? Празднование еще в самом разгаре! И Марк кажется, тебя искал, - кричала мне Ксюха, выходя из клуба.
– Рами?
– глаза Макса округлились.
– Ты прав, таких как я, нет, - улыбнулась я парню.
– Ксюх, я домой. Рука разболелась, - наврала я подруге.
– Ты Рами?
– ни как не мог поверить парень.
Пока он стоял потерянный, я поспешила к такси, которое на мое счастье только что подъехало. До общаги я доехала быстро. Таксист все время косился на меня, а перед выходом попросил телефончик. Я дала номер Томы. Она сама дала согласие на такой вот случай. Она любила вот таким вот типам мозги промывать. у общаги меня, как ни странно, ни кто не поджидал. Даже обидно как то. Добралась до кровати, и прям так и рухнула спать. Все таки я дурра, раз алкоголь с обезболивающем пересекла. Эх и аукнется мне это.
День 11
Проснулась от ноющей и назойливой боли, источник которой ни как не могла толком определить Медленно села в постели и "поплыла". Доигралась, допилась... попробовала встать - ноги дрожат. Вздох - выдох. Посмотрела на Мару. Девушка спит - похрапывает. Угулялась девочка. Я бросила быстрый взгляд на будильник. До подъема еще полчаса. Медленно встала и, кряхтя, подошла к окну. В комнате стояла духота, и я решила открыть его.
– Ой-е-е, - взвыла я и сползла на пол. Острая боль пронзила руку. Слезы сами собой потекли по щекам.
– Ты чего, - подскочила Мара. Она выглядела очень растерянной. Ну, еще б, я "умею" будить.
– Рука, - простонала я, закусив губу.
– Подожди, я сейчас, - рванула она к двери. Догадываюсь к кому...
Я смотрела на руку, точнее на кисть. Вся она была в маленьких гематомах... неужели связки порвала. Мне вдруг стало так жалко себя. Какая же я идиотка! Как могла допустить это? Почему я каждый раз веду себя жертвенная корова? Каму это нужно? Мое самобичевание прервал телефонный звонок. Его мелодия автоматически заставила меня покраснеть. Вспомнилось вчерашнее, тот поцелуй... я дурра. Это факт. Звонила бабушка, поэтому поскуливая, я таки доползла до тумбочки, где лежала трубка.
– Да, - я постаралась говорить бодрее.
– Милая, с добрым утром. Не разбудила?
– Н-нет, - голос все же дрогнул.
– В чем дело?
– всполошилась бабушка.
– Ни в чем ба. Что случилось?
– Ба? Ну ладно, - удивилась она. Я ее еще ни разу так не называла.
– Милая, я бы хотела подъехать к тебе и поговорить.
– Не стоит. Я сейчас занята, - скороговоркой ответила я, но всхлип не сдержала.
– Ты...ты плачешь?
– Не-ет.
– Ты из-за отца? Не переживай милая! Все образумится. Все будет хорошо. Свадьба это не смертельно, - успокаивающее говорила она.
– К-какая свадьба, - боль как то сразу отошла на второй план, спрятавшись за яростью.
– Кирилл умный мальчик, и он не будет настаивать, если так против. Просто это был бы идеальный вариант для тебя.
– Не для меня, а для отца, - буркнула я.
– Ну и для него. Ты хорошенько подумай внучка. Тот мальчик хорош, но подходит ли он тебе?
– Какой мальчик?
– растерялась я. Дожилась - в парнях запуталась. Хотя... ни одного моего среди них нет.
– Марк. Я про него, - усмехнулась бабуля.
– А-а, - протянула я. Сказать ей, что мы с ним не встречаемся? Или потянуть и прикрыться "липовой" любовью?
– Я знаю, у вас любовь, но... ты же уже обжигалась, - вздохнула она.