Чтение онлайн

— Да помирились уже, — отмахнулась Илона. — Не съезжай с темы.

— Иль, правда было трудно. И кстати, я даже не знаю, где мой телефон.

— Прости, — неожиданно быстро сдалась Илона. — Просто передай потом привет тому придурку, который его забрал. Я уж думала, только на похороны и успею.

— Ну, по состоянию на вчерашнее утро оно примерно так и было, — пожала плечами я.

— Вот и я о чём, — устало вздохнула Илона, проходя и усаживаясь на стул. — И я, кажется, не вовремя?

— Да нет, — мужественно сообщила я.

Положа руку на сердце, мне очень хотелось выставить её за дверь и вернуться к прерванному занятию. Но поступить так было бы с моей стороны крайне некрасиво. Начну с этого, а дальше что? Буду названивать по триста раз на дню, требовать не отходить ни на шаг, ревновать к продавщице из булочной и вообще к каждому столбу и даже тени того столба? Фу, вот ещё!

— Извини, — всё равно сказала Илона, явно обращаясь ко мне. — Просто… ну… я ведь тоже волновалась. Как только эта дрянь отпустила, сразу звонить бросилась, а телефон выключен. Поначалу подумала — дела, всё такое, да и что могло страшного случиться? Вернулась домой, с Рейном поговорили, и тут такие новости: задержание, четверо погибших. Я опять звонить, конечно. И вот…

— Четверо? — вздохнул Сантер. — Значит, Элиот не выжил?

Илона покачала головой.

— По дороге в больницу умер, — сказала она после небольшой паузы. — Жаль. Тут на весь город один целитель, и тот на свадьбу дочери уехал некстати. Спроса на услуги нет, сам знаешь.

— Знаю, — поморщился Сантер. — Чёртовы фанатики.

Я вспомнила его давний рассказ. В самом деле, подавляющее большинство жителей Плейна, насколько я знала, принадлежали к ортодоксальной церкви. Которая весьма не приветствовала магию, даже и целительскую. Получается, Тереза специально сюда примчалась?

— Ты-то сама как? — спросила я, пытаясь закрыть тяжёлую тему.

— Паршиво, — созналась Илона. — Чувство такое, будто из души вокзальный туалет сделали. А ты им всю дорогу ещё и улыбалась, пока они… Вот скажи, обязательно было подыгрывать?

— Обязательно, — вздохнул Сантер. — Иначе они бы поняли, что мы знаем или во всяком случае догадываемся, что именно они задумали.

— Кстати, — вскинулась я, — а каков был план? В смысле, зачем понадобился Алтарь?

— План был объединить в одних руках почти всех военных подрядчиков, а потом устроить провокацию и развязать войну с Джаниром. Разумеется, победить в ней благодаря шпионским возможностям Алтаря и прибрать к рукам фактически две страны. Много власти, много денег — в сущности, ничего свежего и оригинального.

— Амбициозно, — оценила я.

— Трудно сказать, насколько выполнимо, — довольно скептически заметил Сантер. — Но не оценить масштаб задумки в самом деле трудно.

— Да, да, — проворчала я. — Помню, ты говорил, что у тебя широкие взгляды на этику.

— Не настолько.

— Но теперь-то всё? — с надеждой уточнила Илона. — Всех переловили?

— Откуда мне знать? — фыркнул Сантер. — Я ещё даже новостей не видел.

— Думаешь, в новостях о таком расскажут? — усмехнулась я.

— Нет конечно. Это я так, описал степень своей информированности.

— Будем надеяться, что всё закончилось, — вздохнула я.

— Для тебя уж точно закончилось.

— Всё? — деланно возмутилась я. — Запираешь дома? Прогулка два часа в день под строгим надзором и больше никакой самодеятельности?

— Чувствую, это было бы правильным решением, — откровенно рассмеялся Сантер. — Но знаешь, жить всё-таки пока хочется. Хотя если подумать…

— Что?! — уже всерьёз собралась возмутиться я.

— Есть же ещё твоя мама.

— О господи… — застонала я.

Мама точно меня запрёт. Будет выпускать строго от звонка до звонка, если вообще ещё будет, кормить по часам, таскать по врачам… Вот какой, спрашивается, негодяй сдал меня ей?! Ещё пару месяцев точно можно было бы не признаваться и жить спокойно!

— И учти, — продолжил бессовестно веселиться Сантер, — я с ней спорить не буду. Во-первых, спорить с тёщей всегда себе дороже. А во-вторых, отец уже попытался. Долго потом пребывал в прострации и уверял, что такие действия вообще-то подпадают под конвенцию о запрете пыток.

— Ты хочешь сказать, — хихикнула я, — что мама устроила господину советнику допрос со всеми специальными методами?

— Точно. И господин советник, как видишь, не выдержал и сдал всех.

— Так что, — поинтересовалась Илона, — вас можно поздравить?

— Нам можно посочувствовать, — буркнула я.

Надзор и контроль это, между прочим, ещё только самая вишенка на чудном тортике ожидающих нас неприятностей. Потому что помимо этого мама теперь займётся ещё и организацией свадьбы. Все мои мечты втихушку расписаться у судьи, а потом попросту поставить семейство перед фактом благополучно улетели под кошачий хвост. Придётся отрабатывать полную программу, с роднёй и остальными ритуалами. Ужас…

— Брось, — отмахнулась Илона. — Просто сцепи зубы и переживи один день. Я же пережила. И вообще, скажи спасибо, что тебя ещё и репортёры не будут караулить везде вплоть до туалета. Это, знаешь, особенно чудесно, когда у тебя проклятый токсикоз, и ты бегаешь туда каждые полчаса.

— Уж поверь, — с чувством ответила я, — мои пятиюродные тётушки ничем не лучше.

— Это платье было какое уже по счёту?

— Пятое, — вздохнула я.

— И как? — тоже вздохнула Оливия.

— Никак. Не удовлетворило мамино стремление к совершенству.

— Сочувствую.

Когда-то я думала, что ожидание результатов защиты диплома станет для меня очень волнительным. А вот теперь мы сидели на подоконнике в сторонке от остальной толпы и, кажется, нам обеим было глубоко плевать, какие выставят оценки. Были в жизни проблемы и посущественней.

— Ты тоже держись, — от души ответила я. — Как, всё ещё плохо?

— Нет, к обеду отпускает, — хмыкнула Оливия. — Наоборот, есть хочется всё подряд. Представляешь, вчера ночью ела чипсы с сиропом. Вишнёвым. И ничего, кстати, вкусно было. А веселее всего, что Дан меня за этим делом застукал. Видела бы ты его лицо… Честное слово, подумала он сам сейчас на свидание с белым другом убежит.

— Завидую, — криво улыбнулась я.

Лучше бы чипсы с сиропом, честное слово. Я на этой стадии есть вообще ничего не могла, за очень редкими исключениями. В любое время суток. Правда, имелась в такой неприятности и своя светлая сторона: мне тогда было совершенно безразлично, что там задумала мама и кого наприглашала.