Музейный экспонат
Шрифт:
– Как так? – удивился особист. – У вас же там три пушки охренительного калибра!
– Шесть. Это на фото одна башня, а вообще-то их две. И калибр, да, немаленький – 305-мм!
– Обождите, товарищ капитан! – приподнялся с место собеседник. – Я генералу доложу!
– Да хоть маршалу, – пожал плечами командир батареи. – Если тут собрать только те рапорта, что я за последний год писал, – стены можно будет оклеить в два слоя! Докладывайте, конечно, у вас служба такая…
Особист куда-то унесся, а Никитин вышел во двор и присел на лавочку. Жарко…
Однако же, кто это отыскался в Cредиземноморье такой безбашенный?
Переть буром на не самый слабый корабль крайне обидчивой страны? Да ещё и в такое время? Это ж надо совсем головы не иметь! Американцы и так крайне болезненно воспринимали в последнее время любой щелчок по носу, а уж во всём, что касалось их флота, – так и вовсе! За меньший фокус развязали войну со Вьетнамом! Правда, там они и сами не слишком красиво в этом инциденте выглядели… но официальный-то повод был преподнесён именно таким образом!
– Товарищ капитан! – на крыльце показался давешний особист. – Вот вы где! А я уж вас ищу, ищу… пойдёмте скорее, вас генерал видеть хочет!
Генерал-особист? Да что тут такое происходит, наконец?!
– Генерал-лейтенант Коробов вас ждёт! – встал с места худощавый лейтенант. – Товарищи, вам придется немного обождать!
Сидевшие вдоль стен офицеры проводили Никитина удивлёнными взглядами. Что такое вдруг стряслось, если приехавший из самой Москвы генерал вдруг срочно затребовал к себе именно этого капитана?
Обычный кабинет, Т-образный стол для совещаний, во главе которого сейчас сидел хмурый дядька с погонами генерал-лейтенанта. Никитину никогда раньше не приходилось здесь бывать, в кабинет к главному «молчи-молчи» повода попадать как-то вот не случилось.
– Товарищ генерал-лейтенант, капитан Никитин по вашему… – вскинув руку к козырьку, начал командир батареи.
– Садитесь, капитан! – оборвал его столичный гость. – Это правда?
– Простите, товарищ генерал-лейтенант, что именно?
– То, что батарея находится в небоеспособном состоянии?
– В условно-боевом…
– Прекратите! – отмахнулся генерал. – Стрелять ваши пушки могут или нет?
– Могут.
– Так в чём тогда дело? – сурово взглянул на особиста столичный гость. – Что вы мне тогда тут голову морочите?!
– Простите, товарищ генерал-лейтенант, но это возможно лишь при наличии боезапаса – а его на батарее не имеется, – вступился за Кононенко капитан. Чем-то этот парень был ему симпатичен…
– А где он?
– Сдан на склад.
– Когда это?! Кто приказал?!
– Да уж лет пятнадцать как сдан, товарищ генерал-лейтенант… – развел руками Никитин. – Ещё при хохлах… Тогда другой командир батареи был, тот давно в запасе уже.
– Ага… – остывая, пробормотал генерал. – Ну, раз так… и где этот боезапас сейчас?
– Там и лежит – на складе. Частью в Сухарной балке, частью ещё где-то… нам не докладывали.
Столичный гость что-то записал в блокноте. Слегка повеселел.
– Ладно, этот вопрос мы решим… что ещё?
– В смысле, товарищ генерал-лейтенант?
– Ну, что там у вас ещё полагается? Личный состав, оборудование… я не артиллерист, так что не стесняйтесь, излагайте всё подробно.
Командир батареи поправил внезапно ставший тесным воротник форменной рубашки.
– Ну… стрелять мы в принципе можем, конечно… но…
– Что?!
– Гарнизон одной башни, товарищ генерал-лейтенант, составляет… должен составлять более семидесяти человек. Это при условии работы на электродействии. А в наличии всего восемнадцать человек, включая меня. Надорвёмся! Из одной бы пушки пальнуть…
– То есть?
– Наш снаряд, товарищ генерал-лейтенант, весит около полутонны. А есть ещё и пороховые заряды! И все это добро необходимо извлечь со стеллажей, скомплектовать, подготовить, загрузить в зарядники и поднять на высоту почти пятиэтажного дома! Мы, разумеется, можем это и без электричества сделать, но тогда нужны люди у подъемников, чтобы вращать механизмы подачи вручную.
– Так, – столичный гость вышел из-за начальственного стола и уселся напротив артиллериста. Положил на стол блокнот.
– Вы, капитан, когда что-то поясняете, будьте любезны мне это и нарисовать заодно, если попрошу, хорошо?
– Так точно, товарищ генерал-лейтенант, нарисую.
На листе блокнота Никитин быстро изобразил башню и подбашенное отделение. Нарисовал и схему подачи снарядов.
– Ну, вот, так гораздо понятнее… – вгляделся в рисунок Коробов. – А электродействие почему не работает?
– Первая причина – нет в достаточном количестве электромоторов. На каждую башню их требуется по семнадцать штук, в наличии же всего одиннадцать на одной и четырнадцать на второй. Новых нам не отгружают уже третий год… Вторая причина – не вписываемся в лимит энергопотребления, слишком большая нагрузка на сеть. Нам столько не дают…
– Кто не даёт?
– Город, кто ж ещё? – пожал плечами капитан. – Лимит…
– Так! – побагровел генерал. – Ладно! Но у вас ведь, насколько мне не изменяет память, есть и своя электростанция? Дизель-генератор?
– Даже два, товарищ генерал-лейтенант! Выпуска аж 1953 года! И с той поры у них был всего один капремонт! Двадцать лет назад. Часа три-четыре, они, разумеется, проработают, а вот дальше… я бы загадывать не стал.
– И вы хотите сказать, что запчастей на них тоже нет? – устало спросил столичный гость.
– На наших складах? Точно нет!
– А где есть? – ухватился за интонацию Коробов.
– Да рядом… в краеведческом музее, там такой же стоит – даже и работает по слухам!
Взгляд из-под генеральских бровей в сторону старшего лейтенанта – тот тотчас же кивнул. Так, похоже, что не придется Сокольникову спирт из закромов доставать! И совесть чиста, что тоже немаловажно!
– Вы мне вот что скажите, капитан… – постучал по столу авторучкой Коробов. – Ваши пушки ведь могут стрелять прямой наводкой, даже и без радиолокаторов, так?