Чтение онлайн

— Думаю, вас отравили, — сообщила девчушка, и знахарка тоже кивнула уверенно.

— Яд огненной саламандры, скорее всего. Только от него бывает такое свечение. Его можно незаметно добавлять в напитки и еду, никто и не догадается. Он входит в состав некоторых блюд, придавая остроты вкусу, используется в косметологии и парфюмерии, но для прерывания беременности его концентрация должна быть намного выше.

В моих воспоминаниях промелькнуло столько подозрительных мелочей, что впору было подозревать всех и вся. Чай, которым меня до сих пор поила Эль. Духи, которые я давным-давно выбросила.

Да кто угодно мог добавлять этот яд в мое питье и еду в течение всех этих месяцев! Кто-то, кто не желал, чтобы у Фэнрида появились дети!

Кстати, о нем… внезапно я ощутила его требовательный призыв через амулет, прорвавшийся сквозь мою боль тараном. Его запредельную ярость. Его пугающую решимость кого-то убить.

Похоже, моя персона интересовала его гораздо сильнее, чем я считала. Он непрерывно следил за мной, хоть я и не замечала этого. Что это было, контроль за ненадежной женой? Или… вдруг он по-настоящему обо мне беспокоится?

Но прежде, чем я успела ему ответить, что со мной все в порядке, взбешенный муж ворвался в двери.

Должно быть, он ощутил вспышку моей ужасной боли и решил, что меня убивают, раз примчался сюда со скоростью света!

— Нет, не надо! — закричала на него я и попыталась отцепить от знахарки, которую он отодрал от меня и теперь душил у стены, изрыгая проклятия.

Девочка спряталась за кровать, прикрывая голову руками и отчаянно голося. А у старушки уже начали закатываться глаза.

Понадобилось немало усилий, чтобы доказать мужу, что никто здесь не желал мне зла. Я умоляла его остановиться, даже приказывала послушаться. Но он взял себя в руки только после того как я сказала, что его ребенок погибнет, как и все другие, если он не отпустит невинную целительницу!

Все мы должны были перевести дух. В хижине наступило временное перемирие, пока я терпеливо разъясняла слетевшему с катушек супругу, что здесь происходило. Почему я голая и на моем плече свежий ожог. И почему все это было так необходимо.

— Ты в своем уме?! — закричал теперь Фэнрид на меня.

Рывком натянул мое платье на плечи и теперь зашнуровывал так грубо, что я шипела и дергалась от боли, когда ткань прикасалась к ране.

— Ненормальная! Вместо того чтобы обратиться к моим проверенным чародеям, пришла сюда, в это убогое место! — рычал он сквозь зубы.

— Никому из твоих людей нельзя верить! — зло вытерла я слезы. — Кто-то из них отравил меня!

— Какая ирония, — процедил муж с ядовитой насмешкой, — не находишь?

Искоса я взглянула на него: он ведь был прав. Пока я пыталась убить его, кто-то незаметно травил меня, и теперь мы имеем то, что имеем. Последствия.

— Яд огненной саламандры — очень редкий, — заметила оправившаяся знахарка, оставаясь на безопасном расстоянии от Фэнрида.

Он не собирался задерживаться здесь ни минутой дольше. Всем своим видом показывал отвращение к этому месту, силой заставляя меня одеваться.

— А противоядие от него есть? — спросила я, просовывая руки в рукава теплой мантии, которую Фэнрид раздраженно мне подал.

— Эффект яда временный, спустя пару месяцев выветрится сам.

— Но у меня нет этих пары месяцев, — отчаянно прошептала я.

Через два дня я потеряю ребенка, а через неделю отправлюсь домой!

— Ваш муж может помочь вам сохранить ребенка, — добавила уже успокоившаяся девочка, с опаской наблюдая за нами издалека. Чтобы увидеть саму суть вещей, ей необязательно было приближаться: — Лед тает от огня. Но и огонь можно погасить с помощью льда.

Мы с Фэнридом понимающе переглянулись. Каждый из нас знал о невозможности такого воздействия.

— Разве тебя не волнует, кто сделал это со мной? — тихо спросила я, когда мы вернулись домой и вошли в его покои.

Слегка успокоившись, Фэнрид принес заживляющий бальзам и теперь смазывал мой болючий ожог.

Поленья потрескивали в камине, тепло огня лизало мой обнаженный бок. Муж сидел в кресле, а я — на мягком ковре перед ним.

— Сам подумай, кому выгодно, чтобы у тебя не появилось наследника? Твоему дяде придется уступить трон, когда твой сын вырастет!

— Если Морах за всем стоит, — возразил принц сердито, — зачем ему тогда вообще женить меня? Сам я никогда не искал себе жен. Я… как ты знаешь, не испытываю никаких чувств, а для удовлетворения физических потребностей есть свободные и доступные девицы, от которых можно не опасаться появления наследников. Он мог бы просто не суетиться.

Звучало вполне логично, но мне не нравилось, что Морах выйдет сухим из воды. Я знала, что он причастен ко всему, что со мной происходило, но хитрец обставил все так умно, что доказать его вину было невозможно.

— А что насчет твоего любимого магистра? — едко напомнил принц, и я опустила голову под тяжестью мыслей. — У него была возможность. Огненные саламандры водятся как раз в ваших пустынях. Он нанес тебе скрывающую руну, чтобы никто не смог увидеть, что происходит внутри. А еще вот это…

Пальцем муж прочертил линию к правой лопатке и обвел кружок, который тут же запульсировал в ответ на его прикосновение. Теперь Фэнрид видел все рисунки на моем теле и мог читать их как карту моих способностей.

— Подобную барьерную руну я видел всего лишь раз в жизни. Ее могут носить только Высшие маги, для всех остальных она смертельна. Я уже давно подозревал, что ты не просто прилежная ученица могущественного чародея, по тому, с какой легкостью ты освоила амулет связи, не прилагая вообще никаких усилий, но… кто воспитал тебя в убеждении, что ты обычная чародейка? Кому это было выгодно?

Маг высшего уровня? Я подняла на Фэнрида потрясенные глаза, в моей голове не укладывалось то, что он сказал.

Отец не раз твердил мне, что я должна выбрасывать из головы всякую ерунду и быть лишь дочерью, принцессой и будущей матерью, растящей детей и остающейся женой в тени мужа.

Но неужели же он пошел бы на такие крайние меры, лишил бы меня силы ради обыкновенной, ничем не выдающейся жизни? Он не хотел, чтобы я достигла успеха? Или считал, что магия мне счастья не принесет? Почему он ничего не сказал об этом мне, лишил дочь выбора?